Кровь с молоком

Намджун, после встречи с омегой, еще долго смотрел тому вслед, но, решив не трогать того, пошёл в главный зал. За завтраком он все размышлял насчет Джина. С одной стороны, он милый и красивый, даже привлекает, но с другой, это напущенный омега, воспитанный эльфами, не проявляющий должного уважения. Джун почти ничего не съел и просто вернулся в свою комнату. Его окна выходили на сад, где завтракал омега. Парень был какой-то странный, но вампир мог понять, ведь тот уезжает. Всё-таки он был жалок и не подходил по статусу Киму, хоть омега и был принцем. — Что же с тобой не так? Он пристально смотрел на Джина, пока внутри боролись противоречивые мысли. Но Намджун откинул их и ушел в библиотеку, она все-таки славилась огромной коллекцией книг

× × ×

Немного успокоившись, Джин отстранился от отца и посмотрел тому в глаза, ярко улыбаясь, хотя в глазах можно было увидеть вселенскую печаль. — Отец, можно я переоденусь всё-таки? Он намекнул на то, чтобы тот отвернулся, поэтому Сокву немного смутился, понимая, что его мальчик уже взрослый. — Да, конечно, Джинни. Посмотри, там остались одеяния твоего папы, вы с ним так похожи, ты его копия, лишь глаза мои. Старший тепло улыбнулся и быстро покинул свою комнату. Джин нашел в шкафу любимое кимоно папы, он всегда мечтал его надеть, поэтому Ким сразу выбрал его. Аккуратно надев прекрасный наряд с узором карпов, что так любил маленький мальчик, он посмотрелся в заркало. Джин не помнил так четко своего папу, но он действительно видел его в отражении. Воспоминания захлестнули омегу, и одинокая слеза разрезала такое прекрасное лицо. — Пап, я скучаю по тебе... Быстро вытерев мокрую дорожку, он вышел к отцу. — Пойдем, там дождь закончился. Он ярко улыбнулся и подхватил отца под руку. Они медленно шли по саду в самую его глубь. Кусты благородных роз скрывали и оберегали памятник. — Ну привет, пап, я давно сюда не приходил. Мы с отцом решили навестить тебя. У меня теперь есть муж, но я уезжаю. На север, но я буду приезжать, обещаю. Ким взял сына за руку, пытаясь поддержать того. — Милый, жаль ты не видишь, как он вырос. Джинни уже носит твоё любимое кимоно, а помнишь, как он надел его маленький? Ты тогда уже лежал, не мог встать, но так смеялся и улыбался, потому что малыш буквально тонул в нем. Сокву обнял сына, что уже не мог сдержать слез, старший его понимал, потому что сам пытался сдержать их, но те предательски стекали по мужественному лицу. Джин хватался за руку отца, как будто тот тоже исчезнет. Он боялся потерять отца, поэтому и не хотел уезжать. Тот не слишком одинок, но что будет после отъезда сына? — Отец, я не могу, я хочу остаться, я так вас люблю, я буду приезжать как только смогу, пиши мне пожалуйста, я всегда буду отвечать, я очень люблю тебя. Ким крепко обнял сына, целуя того в макушку. — Я тоже люблю тебя Джинни. Он сорвал самую красивую розу и отдал сыну, тот был прям как эта роза, такой же красивый и хрупкий. — Нам пора возвращаться, сохрани эту розу до нашей следующей встречи. Джин остался стоять у памятника, он не хотел уходить. — Я ещё немного побуду тут, хочу чуть-чуть посидеть здесь. Сокву кивнул и пошел обратно к замку. Принц дождался, пока отец уйдет и глубоко вздохнул — Пап, я хочу любовь, как у вас была, я тоже хочу быть счастливым, хоть ты помоги мне там сверху, я не хочу страдать. Мне так страшно. Я всегда мечтал, что все будет хорошо, любовь будет прекрасной, как цветы сакуры, а первая ночь с альфой будет сладкой и тягучей, как мед, но на деле это кровь, грязь и слезы. Джин громко рыдал на могиле папы, прижимая розу к себе. Он боялся уходить, ведь теперь его мечты разрушены, покинув памятник, омега окунется в ту ужасную правду.