Ради тебя

Когда небо снова не стало ясным, а Париж не окутала блестящая стая божьих коровок, Адриан понял, что что-то пошло совершенно не так. Он притронулся когтистой лапой к своей груди, ощутив замирающие отголоски боли. Давление в грудной клетке исчезло, но в глазах всё ещё стояла темнота. – Ч-что случилось? – прохрипел Адриан. С трудом ему удалось сесть, и он увидел её. Между ним и его леди был едва ли полуметр расстояния. – Кот, – произнесла она треснувшим голосом. Он склонил голову, застилающая глаза пелена, наконец, растаяла – девушка стояла, отвернувшись от него. У Нуара не получалось поймать её взгляд, только не так. Порывы ветра бесновались вокруг, будто бы разверзая между ними обеими пропасть, и Адриан никак не мог избавиться от безошибочно подсказывающего ощущения того, что всё пошло более чем неправильно. Это была катастрофа. – Ледибаг, – сказал он, заставляя себя подняться на ноги. – Акума. Она... – Она всё ещё здесь. Она произнесла это таким голосом, будто бы это был конец всего. Но это было не так. Адриан знал, что его Леди не позволит, чтобы всё так закончилось. Он заставил себя верить в это, даже несмотря на то чувство, которое проникало всё глубже в его чутье и рассудок. Нуар почувствовал, как Плагг вырывается из кольца, и он заставил того замолчать. Они ещё не закончили. – И что же мы будем делать дальше? – он потянулся за своим жезлом, но Ледибаг не ответила. Не шелохнулась. Это было так не похоже на нее, что он замолчал. – Ледибаг? Она бросила ему своё йо-йо, и он едва не выронил жезл, чтобы поймать его. – Нет уже никакого дальше. Не для меня. Нуар все же выронил свой жезл. Звук железа об бетон был слишком громким, но даже он не заставил треснуть оглушающую тишину между ними. Парень сделал ещё один шаг, ещё ближе, и она улыбнулась. Ледибаг улыбнулась, но это была... не та улыбка. Он не знал, что щелкнуло в его голове, и он... – Что ты сделала? – Я не знаю. – Что ты сделала? – Адриан попытался утихомирить панику. Йо-йо в его руке упало вниз, зазвенев об бетон. Эта крохотная вещица была слишком тяжелой для него. – Ледибаг, что ты сделала? Он потряс её за плечо, чтобы привести в чувство. – Я честно не знаю, – когда она, наконец, взглянула на него, то засмеялась тем ужасным смехом. Её голубые глаза встретились с его, но они были темными, нечитаемыми, и Адриан не мог, не хотел... – Я не должна так использовать Чудесный Шанс, не для этого, – она указала на его грудь. Адриан посмотрел вниз. Его сердце дрогнуло, когда он всё вспомнил. Та акума… она убила его. – И ты… – у Нуара не получилось это озвучить, во рту пересохло. – Ты не был мертв, – сказала она так, будто бы это могло ответить на все его вопросы. – Ты умирал, и я не могла... – Но ты не должна была этого делать! – резко сказал он. – Ты лишь обязана спасти Париж и очистить бабочку. Я того не стою! – А мне плевать. – Ледибаг! – Я не могла потерять тебя. – Что? – Адриан отшатнулся, будто бы его оттолкнули от неё эти слова. – Я не могла тебя потерять, – она произнесла это едва различимым шепотом, который прекрасно уловили его кошачьи уши. – Нет, нет, – он почувствовал, как нервно дергается его хвост. – Это не должно было случиться. – Но это случилось. – Ты ведь не можешь… Но ведь это… – Должен был быть ты? Как ты всегда и делаешь? – резко ответила она. – Ты вечно подвергаешь себя опасности. Ты спасал меня, сотни раз, снова и снова, но мы же… напарники. – Моя Леди, ты просто не понимаешь, – это же была обязанность Кота Нуара – всегда защищать её. Быть неудачей к её удаче. – Это ты не понимаешь. Я бы не смогла без тебя, – она потянулась к своим ушам с красными в черные пятнышки сережками. Он бросился вперед, хватая её за запястья: – Ты не можешь так поступить! – Но я должна, – она и не попыталась вырваться из его рук. Едва посмотрела на него и почти заглотнула его полностью своими голубыми, голубыми глазами. У неё получалось это делать одним лишь взглядом. – Ледибаг... – Я больше не могу быть ею, – всего лишь одно движение. Движение, которое – Адриан не знал – смог бы ли он предотвратить. Вспышка была слишком яркой, и когда она угасла, Адриан посмотрел в глаза своей одноклассницы. Маринетт. Он ослабил хватку – он не так хотел об этом узнать. Совсем не так он хотел снять маски. Запястья Маринетт, её тонкие запястья выскользнули из его ладоней, и красная квами опустилась на её сложенные в чашу пальцы. – Тикки, – сказала она, и Адриан едва ли мог следить за тем, что происходило прямо перед ним. Плагг снова дернулся, наверное, почувствовав поблизости другого квами. Он не знал. Всё, что он видел – сцену, разворачивающуюся перед ним. Ту, что он остановить не мог. – Спасибо тебе, – сказала Маринетт. – Прости меня. Она сняла сережки, свои камни чудес, другой рукой, и поднесла их Тикки. – Маринетт, мне... – Всё в порядке, – ответила она, её голос даже не дрогнул. Она чуть подбросила сережки, и они звякнули. – Я знаю о последствиях. Давай, тебе нужно найти другую Ледибаг, прежде чем акума окончательно всё разрушит. Тикки кивнула. – Береги себя, Маринетт. Ты ведь знаешь, что это не конец, правда? – Я справлюсь с этим, – сказала она твердо, и квами подхватила сережки. Девушка подняла ладонь, так, чтобы Тикки могла посмотреть Адриану в глаза. Малышка глянула на Нуара так, будто бы видела того насквозь. – Привет, – сказала она. – Пожалуйста, – вырвалось у Адриана. – Она ведь не может.... Он мог бы умолять. Он мог бы сам отдать свой камень. Это было неправильно. – Мне очень жаль, – сказала Тикки, – но это нарушение правил. Я не могу... Плагг снова пошевелился внутри, и Адриану опять пришлось его утихомирить. – Пожалуйста, я сделаю что угодно. Она должна… – Скажи Плаггу, что мы увидимся с ним в следующий раз. Маринетт очень повезло, что именно ты был её Котом Нуаром, – и затем квами растаяла в ярко-красной вспышке. Нуар беспомощно смотрел, как она уходит. Вдруг он почувствовал легкое прикосновение к своей руке. – Кот, – мягко сказала Маринетт. – Маринетт, у меня не получится, – она сидела прямо за ним в школе. Она была его одноклассницей, и она была его Леди. Даже сейчас она всё ещё была его Леди. – Кот, – повторила девушка, и его мысли затихли. Она прислонилась к нему, мазнув поцелуем по щеке. – Спасибо за всё. Адриан в отчаянии потянулся к кольцу: – Тогда ты тоже должна знать, что я... Маринетт помотала головой, накрыла его руку с кольцом своей ладонью. – Будет лучше, если я останусь в неведении. – Но я ведь знаю, что ты Ледибаг. – Была Ледибаг, – поправила его Маринетт. – Так будет лучше. На случай, если кто-то попытается добраться до меня. Ты будешь в большей безопасности, если я не буду знать твое имя. – Я не буду в безопасности до тех пор, пока ты не будешь там же. – У тебя будет она, новая Ледибаг. Давай, иди скорее. Тебе ещё Париж спасать, – и это ли не Ледибаг? Она всегда напоминала ему, что Париж у них на первом месте. – Ты та, с кем можно поговорить, – наконец ответил Адриан. – Но я ведь муржасна, разве нет? Иди. Нуар на миг зажмурился. У него даже не получилось посмеяться с её каламбура. – Что, если я... – Даже не спрашивай, – ответила ему Маринетт. – Иди. И Адриан никогда не мог отказать своей Леди.