Все мои мысли о тебе

Pov Чейз

— Ноен! Ноен, что случилось? Услышав резкие звуки на телефоне, я пытался докричаться до Ноена, но через пару секунд и вовсе послышался громкий шум, и связь прервалась. — Блять! — выругнулся я и быстро завёл мотор. На всей скорости я мчался по трассе, наплевав на полицию, сейчас важна только жизнь самого родного мне человека. Гнев и страх смешались во мне. С каждой минутой за рулём я начинал волноваться всё больше. Наконец, я припарковался возле нужного дома и пулей вылетел из машины. Я выломал входную дверь и увидел то, что больше всего в жизни не хотел увидеть: на полу, в луже крови лежало замученное тело...тело Ноена. В полном шоке я замер от увиденного, но через пару секунд подбежал к нему. — Господи.. Ноен.. ты слышишь меня? — убирая окровавленые локоны с его лица, дрожащим голосом спрашивал я. Не получив ответа, я осторожно поднял его лёгкое и хрупкое тело и понёс к машине. Аккуратно разместив Ноена на заднем сидении, я тут же сел на место водителя, охватил окрававленными руками руль и помчался в больницу. Из моих глаз, не переставая, текли слёзы. Я часто смотрел на зеркало заднего вида и, видя до ужаса избитое тело любимого, всё сильнее сжимал педаль газа. Я понял, что отец Ноена уехал, так как его машины не оказалось возле дома. Я знал, что обязательно найду этого урода и убью его. Совсем быстро мы оказались возле больницы. Я тут же взял на руки Ноена и побежал внутрь. Как только я ступил на порог здания, сразу же начал умоляюще звать на помощь. Ко мне тут же подбежали медработники и уложили Ноена на каталку. Я следовал за ними до операционной, где меня остановили. Передо мной закрыли дверь и я остался с человеком, расспрашивающим меня о случившимся. Я как в тумане помню разговор с врачом, ведь все мои мысли были заняты лишь здоровьем Ноена. Меня оставили одного и я с ужасом остался ждать конца операции. Я не замечал ничего вокруг, мой взгляд был устремлён лишь на дверь в операционную. Меня лишь на секунду прервал звонок от мамы. Я дрожащим голосом рассказал ей о случившимся. Через полчаса появилась мама и оставшееся время была со мной и старалась успокоить, тем самым переживая не меньше. Спустя 5 часов, которые для меня тянулись целую вечность, к нам вышел врач, и я тут же подлетел к нему с расспросами, в надежде на хорошие новости. Как же я был счастлив услышать, что жизнь Ноена удалось спасти. Но он пока не очнулся. Меня пустили к нему. Я сел возле его кровати и был с ним, держа его руку всю ночь, пока меня не попросили оставить его. Пять следующих дней я либо сидел в его палате, либо в коридоре. Я даже ночевал в больнице, не собираясь оставлять его. Эдисон и остальные ребята пришли в первый же день взволнованные и испуганные. Они по очереди оставались в больнице со мной и ждали, когда он очнётся. В этот день я с закрытыми глазами сидел возле его кровати. — Чейз..? — услышал я слабый голос и тут же открыл глаза. — Ноен, Боже... как же я рад, что ты очнулся. Я придвинулся ближе и, с улыбкой, стал нежно водить рукой по его щеке. — Я рад, что сказал ему правду о нас. Я чувствую такое спокойствие на душе... Я так люблю тебя, — он измученно улыбнулся. — Я тоже люблю тебя. Я приблизился к нему и поцеловал. Мне так не хватало этих нежных и сладких губ, поэтому мы долго не могли оторваться. А когда оторвался, я посмотрел на него. Я видел как ему до сих пор больно, но его лицо выдавало искреннюю улыбку и сияющий взгляд. В палату зашла Авани и, заметив нас, смотрящих друг на друга, только облегчённо улыбнулась и оставила нас одних. В один из дней, когда Ноен восстанавливался в больнице, пришла следователь по нашему делу и сказала, что отца Ноена нашли. Его остановили на границе и задержали. Меня попросили отправиться в полицию дать показания и написать заявление. Я согласился, хотя и на минуту не хотел оставлять Ноена. Оказавшись там, сделав все необходимые дела, я уже направлялся к выходу, как увидел, что двое полицейских ведут в наручниках его. Злость тут же наполнила весь мой разум, и я со всей скорости рванул к ним. С разбега я со всей силой ударил этому уроду в челюсть, от чего тот рухнул на пол. — Ублюдок! Какая же ты тварь! — несколько человек подбежали ко мне и стали сдерживать, в том числе и полицейские, — Он же мог умереть... Надеюсь ты сгниёшь в тюрьме, уёбок! Он лишь держался за окровавленное место на лице и злобно улыбался. Я вырвался из держащих меня рук и направился к выходу, осознавая, что моё заявление загонит этого урода в самою хреновую тюрьму в штате. Я снова вернулся в больницу и, зайдя в палату к Ноену, увидел Чарли. Она говорила с Ноеном, выглядев при этом очень обеспокоенно. — Чарли? — удивлённо проговорил я. Девушка обернулась и выражением лица дала понять, что хочет поговорить в коридоре. Я вышел за ней. — Я приехала как только узнала, что случилось. Я так рада, что всё обошлось. Я должна была быть рядом, — она говорила это виновато, смотря под ноги. — Чарли, — я легонько дотронулся до её плеча, — ты не виновата... уверен, Ноен очень рад, что ты пришла. Я улыбнулся, на что Чарли улыбнулась в ответ. Мы ненадолго замолчали, глядя на друг друга, после чего Чарли обняла меня. Я сначала застопорился, но спустя секунду в ответ обвил руками её шею. Через пару недель Ноена выписали и мы поехали на суд. Ноен безумно переживал, находясь в одном помещении с отцом. И облегчённо вздохнул, когда мы вышли из зала суда, услышав вердикт. Его (теперь уже бывшего) отца посадили на 8 лет, дали огромный штраф, а Ноен теперь располагает свои наследством. — Как же я рад, что всё закончилось. Теперь я свободен, — он с наслаждением говорил это. Мы оба понимали, что это так, Ноен теперь и вправду свободен, особенно душевно. Мы пригласили всех наших друзей в наш новый дом на новоселье. Как же все удивились и обрадовались, когда приехали в тот самый дом у озера, где все мы познакомились. Да мы купили его, и теперь часто всей компанией проводим там время. Чарли снова переехала к Дикси и тоже проводит время с нами счастливая, как прежде. А я познакомил Ноена с родителями, и по их лицам было понятно, что они рады и любят нас. Мы счастливы... теперь точно.