летят на восток орлы.

Спустя пару дней работы на два фронта — универ и лаборатория — Усянь понял, что это совсем не для него. Конечно, они медленно раскручивают этот клубок из химических нитей, но факт остаётся фактом — устаёт он просто смертельно. Цзян Чэн устаёт не меньше, но эта работа приносит ему куда больше удовольствия, ведь иногда к ним заходит Лань Сичэнь, чтобы поинтересоваться результатами. Цзян Чэн очарован Сичэнем и полностью скрыть этого не может. Вчера они засиделись допоздна и вернулись домой только к трём часам ночи, а к восьми уже нужно быть в универе и вести пары. Проснувшись, Усянь сразу же влил в себя две кружки крепкого кофе и немного взбодрился, но бодрости этой ему хватило всего на три часа — после первой пары он потащил Цзян Чэна пить кофе и заодно захватить завтрак, поскольку поесть дома они не успели. И вот он, Вэй Усянь, держит в руках два стакана кофе, пока Цзян Чэн несёт два пластиковых контейнера с едой. Усянь зевает и торопливо делает глоток из одного из стаканчиков. — Мне кажется, я скоро умру, — Усянь тяжело вздохнул. — Это же просто нереально работать сразу на двух работах. — Это временно, нужно немного потерпеть, — ответил Цзян Чэн. — Ты разве не хочешь помочь следствию? — Я хочу помочь именно следствию, а ты, похоже, изначально хотел помочь лишь Лань Сичэню, — усмехнулся Усянь. — Тебе лучше не шутить так, когда у тебя в руках горячий кофе, — фыркнул Цзян Чэн и слегка толкнул Усяня бедром. — Эй! — воскликнул Вэй Ин. — Ещё раз так сделаешь, и я всё вылью на тебя! — Торопись давай, — сказал Ваньинь. — Пара через две минуты. Вэй Ин ускорил ход, но под ноги не смотрел — сфокусировался на кофе, чтобы не пролить. Поэтому совершенно не заметил, когда кто-то случайно задел его плечом. Кофе, надо полагать, выплеснулся на белый халат Усяня, а сам он зашипел из-за того, что обжёгся. Он поднял взгляд и столкнулся со спокойным лицом мужчины, который и стал причиной инцидента. — Ну неужели нельзя осторожнее ходить со своими широченными плечами, — возмутился Вэй Ин, пытаясь высушить пятно на одежде. — Прошу прощения, но вы сами отклонились в сторону и столкнулись со мной, — ответил мужчина, не теряя самообладания. Вэй Ин, разозлившись, пристально посмотрел ему в лицо и немного растерялся. Длинные чёрные волосы, заделанные в высокий хвост, ясные глаза и тонкие черты лица. Взгляд скользнул на его руки — изящные пальцы и красивые запястья. Усянь сглотнул, усмирив возникшую злость. — Это же вы, да? — усмехнулся он. — Это же вы играли тогда на фортепиано в студклубе. — Что? — по лицу мужчины пробежала тень, а брови слегка дрогнули. — Не понимаю, о чём вы говорите. — О том и говорю, что случайно стал свидетелем вашей игры, — пояснил Вэй Ин. — Кажется, на прошлой неделе во вторник. — Я… я не думал, что в зале кто-то был, — он шумно выдохнул. — Усянь, мы опаздываем, — шикнул Цзян Чэн. Охнув, Вэй Ин схватил стаканчики, полупустые, и уже хотел было идти, но остановился и, обращаясь к мужчине, спросил: — Что за мелодию вы тогда играли? Я слышал довольно много из классики, но, кажется, именно эту слышал впервые. — Я сочинил её сам, — ответил мужчина без намёка на хвастовство. — Она чудесна, — улыбнулся Вэй Ин, слыша, как за спиной цыкнул Цзян Чэн. И уже на ходу добавил: — Прошу прощения. Видимо, человеком с широкими плечами оказался я сам! Он уже не мог видеть, но губы мужчины тронула лёгкая улыбка.

***

Как только Усянь зашёл в лабораторию, взгляды студентов оказались прикованы к нему. Он поздоровался со всеми и встал у доски рядом с Цзян Чэном. — Господин Вэй, у вас халат грязный, — заметил кто-то из студентов. — Всё потому, что у господина Вэя кривые руки, — ответил Цзян Чэн. По лаборатории прокатилась волна смеха. Усянь с укоризной взглянул на брата и незаметно для остальных пригрозил ему кулаком. — В этом и проблема, — сказал он, обращаясь к студентам. — Я дам своей группе задания и схожу переодеться. Вам нужно взять методички и начать лабораторную номер 4. Пока просто оформите шапку. Я уже вернусь к моменту, когда вам нужно будет начать саму работу. Все всё поняли? Ребята закивали в ответ, и Усянь, оставшись довольным, поспешил в лаборантскую, чтобы сменить халат. Благо их у него было два — на всякий случай. Примерно такой, как сейчас. Незаметно для самого себя, он напевал себе под нос ту самую мелодию, услышанную неделю назад в большом зале студклуба.

***

В обеденный перерыв Усянь решил заскочить к Хуайсану. С этой работой он совершенно забыл о насущной проблеме с прекращением деятельности студклуба и о своём обещании помочь собрать нужную сумму. Но самое главное — он забыл о Хуайсане, которому сейчас тяжелее всего. А виновником торжества оказался Вэй Ин, подтолкнувший его к краю пропасти. Постучавшись, но не получив ответа, Вэй Ин попробовал толкнуть дверь и удивился, обнаружив, что она была не заперта. Хуайсан спал за столом, положив голову на скрещенные руки. Усянь бесшумно подошёл поближе, его взгляд зацепился за разбросанные по столу бумаги. Приглядевшись, Вэй Ин понял, что это были списки идей, откуда можно взять деньги, и письмо с отказом в получении кредита в банке. У Усяня захватило дыхание. Впервые он задумался о том, что натворил. Колени задрожали от осознания, что он просто дал всем пафосную ложную надежду, а помочь чем-то реальным был не в силах. У него никогда не было такой большой суммы денег, но он пообещал Хуайсану достать её и наконец вдохнуть в студклуб новую жизнь. По итогу единственным, кого действительно коснётся закрытие студклуба, станет Хуайсан. Ясное дело, он старается всевозможно достать деньги. Потому что, по сути, он единственный, кому реально придётся нести ответственность за происходящее. Хуайсан шевельнулся, заставив Усяня отпрянуть. Он медленно открыл глаза и непонимающе уставился перед собой. Затем его взгляд наконец сфокусировался, и он быстро принял сидячее положение, поняв, что перед ним стоит Усянь. — Хуайсан, я… — начал было Усянь, но друг перебил его. — Я надеюсь, ты пришёл, потому что у тебя есть какие-то идеи, откуда взять деньги. В его голосе Вэй Ин различил лёгкое раздражение и поёжился. — Эй, я просто пришёл навестить тебя и узнать, как ты, — произнёс Усянь немного нервно. — Что ж, — Хуайсан скрестил руки на груди, — как видишь, я пытаюсь решить нашу проблему. Или эта проблема стала только моей после того, как ты подтолкнул меня к её решению, а потом оставил один на один с последствиями? — Хуайсан, прости, я заработался, — Усянь вздохнул и потёр переносицу кончиками пальцев. — Эта вторая работа высасывает из меня последние силы. — Вторая работа? — бровь Хуайсана взлетела вверх, резко изогнувшись. — Что за вторая работа? — Я забыл рассказать тебе, хоть и собирался, — усмехнулся Усянь. — Нам с Цзян Чэном предложили помочь в расследовании по делу о синтетических веществах. Теперь каждый день после пар мы сразу же едем в лабораторию, бесконечно пытаемся что-то выяснить, но за неделю работы так ничего и не добились. — Это ничего не меняет, Усянь, — вздохнул Хуайсан. — Дело даже не в том, что я потеряю работу и буду вынужден искать новую. Дело в том, что мы посвятили в это студентов, и теперь несём ответственность и за них тоже. — Я всё это прекрасно понимаю и тоже стараюсь найти выход из ситуации. У меня пока нет никаких идей, но я в поиске, понимаешь? Усянь замолчал и присел на край стола. Хуайсан разглядывал свои руки, не поднимая головы. — Лучше расскажи, как ты, — тихо сказал Усянь. — Я так закрутился и устал, что даже забыл позвонить после того раза. — Вы с братом так и не помирились? — Нет, — ответил Хуайсан. — Я даже не пытаюсь с ним связаться, потому что его слова «твоё искусство бесполезное и никому не нужное» здорово меня задели. — Просто твой брат совсем далёкий от искусства человек, — попытался утешить Усянь. — Иногда я очень хочу быть похожим на него только для того, чтобы он перестал ко мне придираться, — Хуайсан встал на ноги и потянулся. — Я уже не маленький и имею право жить так, как мне захочется. — Это тяжело, но попытайся просто не обращать на него внимания. Если бы ты знал, сколько раз я хотел прихлопнуть Цзян Чэна за его скверный характер… — О ваших перепалках с Цзян Чэном в универе знают всё, — хохотнул Хуайсан. Телефон Усяня завибрировал. На экране высветилось новое сообщение от Цзян Чэна. — Я должен идти, — сказал Усянь. — Цзян Чэн просит прийти пораньше и подготовиться к занятию. — А, конечно, иди, — казалось, Хуайсан немного расстроился. — Только пообещай не пропадать, ладно? — Обещаю, — Усянь махнул рукой и направился к выходу. Когда одной ногой он уже был в коридоре, Хуайсан окликнул его. Усянь развернулся. — Извини меня, — сказал Хуайсан. — Я не должен был злиться на тебя и ворчать. — Должен был, — коротко улыбнулся Усянь. — Я действительно виноват во всём, что происходит, так что всё в порядке. Сказав это, он ушёл. В груди горело из-за чувства стыда, смешанного со страхом — страхом, что до конца месяца он не найдёт деньги и подведёт всех. По дороге в аудиторию Усянь снова и снова вспоминал слова Цзян Чэна, сказанные им пару дней назад. «Если наверху уже решили, значит так оно и будет». А не бессмысленно ли всё это? Что если им дали месяц на сбор денег, чтобы на самом деле отвлечь их от того, что происходит за спинами простых людей? Странно надеяться, что в будущем такая ситуация не повторится вновь. Если они решили закрыть студклуб, то разве группка студентов во главе с художественным руководителем помешает им? Конечно же нет. Может быть, у них и нет силы изменить решение руководства, но они могут хотя бы попытаться. За примерку денег не берут, а вот об упущенных возможностях, как правило, впоследствии придётся горько пожалеть.