Аукцион

Ожидание момента, когда Драко оправится от травм, было еще более невыносимым сейчас, когда Гермиона знала, что их отделяет одна лишь стена. Она подозревала, что его состояние было тяжелым, но не критичным. Нарцисса и Миппи часто его навещали, но Люциуса видно не было — должно быть, снова отправился куда-то по приказу Темного Лорда. Гермиона оставила дверь своей комнаты приоткрытой, чтобы слышать все, что происходит в коридоре. Всякий раз, когда раздавался стук тонких каблуков Нарциссы, она вскакивала и приставляла ухо к двери, в надежде услышать хоть что-то. Как только шаги удалялись от комнаты Драко, гриффиндорка прокрадывалась к его двери и стояла там, пока изумрудные глаза дракона насмешливо за ней наблюдали. Однако каждый раз, когда она дергала ручку, та не поддавалась. Несколько раз она пыталась воспользоваться своей магией, но все было тщетно. Гермиона думала, было ли это потому, что она без палочки, или потому, что на дверь наложено нечто большее, чем обычное запирающее заклинание — в таком случае Алохомора не сработала бы, даже будь у нее палочка. На следующий день Гермиона снова пробралась на кухню, где на глаза бросилась стопка старых выпусков «Ежедневного пророка». Схватив несколько верхних газет, она сунула их под свитер и помчалась обратно в свою комнату. Закрыв дверь, Гермиона села на полу и принялась за их изучение. Заголовок за заголовком гласил лишь о том, что Великий Орден — так прозвали режим правления Темного Лорда — подавляет восстания. Это выглядело как удар под дых Ордену Феникса, словно его стерли с лица земли и переписали заново. Рита Скитер, безусловно, умела красиво преподносить новости. Гермионе было известно это еще со школы. Но следует отдать репортерше должное — благодаря ей гриффиндорка научилась читать между строк. Слова «небольшое восстание» и «десятки жертв» встречались слишком часто, заставляя Гермиону усомниться в масштабе мятежа. Еще несколько статей описывали подробности произошедшего в Дувре. Все было настолько преувеличено, словно Великий Орден приложил немало усилий для этой победы. Одна из статей, поистине заинтересовавших Гермиону, содержала краткое упоминание о нападении в Лондоне за три дня до возвращения Малфоев. Вчера вечером в маггловском кафе состоялось жестокое нападение при участии Нежелательных лиц №1 и №2, Джорджа Уизли и Анжелины Джонсон. Сторонники Темного Лорда, быстро среагировав, начали сражаться с преступниками. В результате перестрелки погибло несколько магглов, что еще раз доказывает, что повстанцев мало заботит жизнь того населения, которое, как они сами утверждают, нуждается в защите. (Полный список Нежелательных лиц можно увидеть на стр. 3) Гермиона прищурилась оттого, насколько написанное пропитано ложью. В статье также нет упоминания о поимке или смерти Джорджа и Анжелины. Они никоим образом не могли убить магглов. Дыхание гриффиндорки перехватило, когда она открыла страницу три. Большую часть страницы занимало лицо Джорджа Уизли, улыбающегося в своем ярком костюме продавца «Всевозможных волшебных вредилок». Ниже на нее смотрела Анжелина Джонсон в гриффиндорской квиддичной форме. Глубоко вздохнув, Гермиона осознала, что раз Анжелина в бегах, то именно она — та пленница, сбежавшая из поместья Макнейра, а не Рон. Под ее фотографией была интересная приписка: «Разыскивается за убийство Уолдена Макнейра». Где же Рон? Разве его не было в поместье, когда Джордж пришел за Анжелиной? Драко упоминал, что вскоре после Аукциона его «попросил» сам Волдеморт. Тень страха отразилась на лице девушки. Заставив себя сосредоточиться, она продолжила читать статью про Анжелину. После описания роста и цвета кожи была запись: «Отсутствует левое предплечье». Гермиона закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Значит, она права. Отрезав руку, она сможет покинуть поместье. Грейнджер попыталась представить это. Попыталась представить Джорджа и Анжелину, стоящих на границе барьера, смотрящих друг другу в глаза. Анжелина кивком дает согласие и… А сначала они убили Макнейра, вероятно, полагая, что если хозяин Анжелины умрет — она будет свободна. По крайней мере, у них были палочки. Гермиона принялась обдумывать свое положение. Укради она кухонный нож и отруби собственную плоть, укради палочку у одного из Малфоев и отрежь руку заклинанием — любой из этих вариантов возможен. Ужасен, но возможен. Но так ли это необходимо? Назовет ли ее кто умной, соверши она этот поступок? И куда она отправится без руки и с открытым кровотечением? Конечно, она могла бы спрятаться, но лечить ампутированную конечность с украденной палочкой слишком рискованно. Скорее всего, у Ордена есть штаб-квартира и все необходимые запасы, но как она их найдет? Должен быть другой способ обойти действие татуировки, не подвергая себя такому риску. Гермиона разместила эту информацию на воображаемой полке в своей голове — это своеобразная уловка окклюменции, кратко упомянутая в учебнике. С тех пор как она узнала, что по ее венам сочится магия, Гермиона начала раздвигать границы своих навыков окклюменции. (У нее было подозрение, что именно это и послужило первопричиной сохранения ее магии.) Чем больше она экспериментировала, тем реальней были полки в ее голове — места, куда можно складывать мысли и воспоминания и не возвращаться к ним какое-то время. Однажды днем Гермиона тренировалась, сидя в кресле у камина, как вдруг кто-то постучал в дверь. Быстро спрятав учебник, она увидела мягко улыбающуюся Нарциссу. Гриффиндорке пришлось заставить себя улыбнуться в ответ и отбросить разочарование на задний план. Конечно. Маловероятно, что он уже поправился, да и вообще стал бы навещать ее. — Здравствуй, дорогая, — произнесла миссис Малфой. — Прошло довольно много времени с нашей последней встречи. Прошу прощения, что ты осталась… — Мне так жаль, Нарцисса, — перебила ее Гермиона. — Клянусь, я не хотела ранить его. Я понятия не имела, что… что у меня есть магия… Я была зла, и… и все произошло так внезапно. Поверьте мне, я бы хотела все исправить… Миссис Малфой моргнула, ее губы дрогнули. — Спасибо, Гермиона. Но мне кажется, что ты извиняешься не перед тем человеком. — Его дверь заперта, — она плотно сомкнула челюсти, сожалея о том, что тараторила так быстро. — Я хотела сказать, что он… он не хочет меня видеть, — что-то на мгновение промелькнуло во взгляде Нарциссы, и Гермиона ощутила тепло, исходящее от нее. — Он, скорее всего, отдыхает. — Конечно, отдыхает. Несколько последних недель выдались слишком трудными для него. Как и для всей семьи. Гермиона кивнула, опустив глаза. — Э-э… Вы войдете? — Было бы прекрасно, — ответила миссис Малфой. Грейнджер села обратно в кресло, ерзая. — Как он? Что… Девушка подпрыгнула, когда на маленьком столике внезапно появились две чашки. Нарцисса напряженно улыбнулась. — Необходимо срастить кости грудной клетки, а так — неплохо. Гермиона была не в состоянии что-либо ответить. Зрение затуманилось, и она моргнула, вспоминая, как его тело распласталось по полу беседки, как он врезался в колонну… Она сделала это. Она послужила причиной его множественных переломов. А потом еще гладила его какое-то время, вместо того, чтобы немедленно позвать Миппи. Губы Гермионы задрожали. Холодная мягкая ладонь коснулась ее руки, и, подняв голову, девушка посмотрела в глаза Нарциссы. — Не беспокойся, дорогая. Он восстанавливается, — она откинулась на спинку кресла. — И если я достаточно хорошо знаю своего сына, то, вероятно, он заслужил как минимум пощечину, — миссис Малфой улыбнулась Гермионе и сделала глоток чая. Они беседовали, обходя стороной тему здоровья Драко и битвы при Дувре. Нарцисса рассказала только то, что это время, пока Драко приходил в себя, а Люциус странствовал, они провели в коттедже на окраине. Гермиона не хотела давить на миссис Малфой и донимать расспросами. Она не видела Люциуса — и была несказанно рада этому — с тех пор, как он ткнул пальцем ей в лицо и обвинил в том, что случилось с его сыном. Недавно провозглашенный Генерал Люциус Малфой. Она пыталась не думать о том, чем может обернуться его отсутствие для ее друзей. Нарцисса уже встала, чтобы уйти, и напоследок произнесла: — Слышала, ты заинтересовалась газетами. Гриффиндорка залилась краской и, затаив дыхание, ждала наказания. Вместо этого Нарцисса с улыбкой протянула ей свежий выпуск «Пророка». Гермиона не могла не принять его. — Спасибо, Нарцисса. Оставшись наедине со своими мыслями, девушка открыла страницы и увидела статью об очередной схватке в Нью-Йорке, которая состоялась накануне. Автор утверждает, что зачинщиками снова были Джордж и Анжелина. Гермиона, нахмурившись, пыталась собрать воедино все последние новости, однако не нашла ничего общего между местами, где они останавливались. Открыв третью страницу со списком нежелательных лиц, гриффиндорка была удивлена, увидев там имя Кэти Белл рядом с Биллом и Флер Уизли. Грейнджер попыталась вспомнить, была ли Кэти в Министерстве… Нет? Кэти сбежала во время битвы за Хогвартс? Удалось ли кому-то еще сбежать? Она обдумывала прочитанное, просматривая статью снова и снова в поиске скрытого смысла и каких-то подсказок. Обратив внимание на дату выпуска газеты, Гермиона оторопела. С битвы за Хогвартс прошел уже целый месяц. Четвертое июня… Она, ощутив всю тяжесть навалившегося чувства стыда, залезла с ногами на кресло. В день своего рождения Драко все еще будет лежать в постели с переломанными костями.

***

Следующий день она провела, блуждая по библиотеке. Смело достав уже знакомую книгу о крестражах, Гермиона перечитала ее уже, казалось, в тысячный раз. Адское пламя, яд василиска… Ничего нового. Возвращаясь в свою комнату, она решила снова попробовать открыть дверь Драко. Она забыла дернуть ручку по пути в библиотеку, хотя это уже вошло в привычку. Ручка поддалась… Гермиона открыла дверь и вошла в комнату. Ей даже не пришло в голову постучать. — Грейнджер? Он лежал на подушках и выглядел смертельно бледным. Увидев ее, Драко начал медленно двигаться в попытке сесть, сохранив свое достоинство. — Не надо, — бросилась она к нему. — Не травмируй себя еще больше. Я только на минутку. Прости. Мне очень, очень жаль, Малфой. Его глаза расширились, и естественный легкий румянец вернулся к щекам, когда Гермиона подошла еще ближе. — Я понятия не имела, что моя магия не подавлена. Думала… Мне казалось, что мне дают зелье… О чем, собственно, я и хотела спросить, но… Нет, в другой раз. Она заикалась, чувствуя, как заливается краской. Драко откинул мягкие волосы со лба и прочесал пальцами шевелюру. — Я бы никогда не ранила тебя специально. Обещаю, что я не… — она сглотнула. — Да, я была зла и потеряла контроль, но… — Грейнджер… — Пожалуйста, дай мне закончить, — она снова сделала шаг к нему, и в какой-то момент ее посетила шальная мысль схватить его за руку и сесть на край кровати. — Это было непреднамеренно. И… Я не виню тебя за то, что произошло в Дувре. Да, я не одобряю твой выбор, положение твоей семьи на этой войне, но знаю, что для меня все могло обернуться гораздо хуже. Знаю, что ты делаешь все возможное… — Грейнджер, мы здесь не одни. Она замерла, сердце пропустило удар. Повернув голову, Гермиона увидела, что Блейз Забини уютно развалился в кресле, весело потягивая что-то из бокала и ухмыляясь. — Грейнджер. Как хорошо, что ты зашла. Ее губы раскрылись в немом вдохе, она смотрела в темные глаза мулата, когда он причмокнул губами, отпив огневиски. — Забини, — произнесла она осторожно, перебирая в голове все, что только что произнесла вслух, опасаясь, что сказала лишнее или слишком личное. Конечно, он здесь. Сегодня ведь день рождения Драко. Она оглянулась на него, такого бледного. Как глупо было стремиться попасть к нему после того, как она долгое время пыталась все забыть. Желание увидеться с ним и извиниться было слишком велико, и затмило здравый смысл. Вытянув ноги, Блейз улыбнулся в стакан, как только гриффиндорка повернулась к нему. — Грейнджер, присаживайся. Поговорим, — Забини скрестил ноги и сверкнул глазами. Она смотрела на него, быстро моргая, а затем закрыла лицо руками, и попыталась сосредоточиться. — Я просто пришла, чтобы… прояснить ситуацию, — Гермиона бегло взглянула на Драко. — И… У меня… Так… Всего хорошего, — она кивнула Забини и поспешила к двери, а затем, обернувшись, добавила: — С Днем рождения, Драко. И закрыла за собой дверь. Ее пальцы дрожали. Она назвала его Драко… Она поздравила его с днем рождения. А это свидетельствовало о том, что она знает, когда у него день рождения. Гермиона застонала, проведя пальцами по волосам, и быстро вернулась в свою комнату.

***

Выйдя из душа спустя целый час, она все еще краснела, представляя в голове разные реакции Блейза Забини и Драко Малфоя на ее внезапное вторжение, и довольно интимное поздравление с днем рождения. Вздохнув, Гермиона попыталась убрать смущение на одну из полок в своей голове. Она надела халат, завязала в хвост мокрые волосы и вышла в спальню. Блейз Забини сидел в кресле у камина, просматривая одну из ее книг, и потягивал чай. Он улыбнулся ей через всю комнату, бросив взгляд на голые ноги. — Как водичка? Гермиона запахнула посильнее халат, чувствуя, как быстро бьется сердце. В школе она редко сталкивалась с Забини. Она не видела его во время битвы за Хогвартс… — Как ты сюда попал? — ее голос прозвучал резче, чем она хотела. Он махнул рукой. — Да, это действительно было нелегко. Заклинание отвода глаз и все такое, — Блейз скрестил ноги и улыбнулся. — Но я знал, что твоя комната будет неподалеку. — Нет. Как ты вошел сюда? — требовала она ответа. — Здесь ведь… «Барьер крови» или… — Гермиона не знала. Ей было известно только то, что после вторжения Беллатрисы Драко изменил защиту. — Ах, да, — произнес Забини, поставив чашку — ее чашку — на столик. — Мне потребовалось несколько попыток. Пришлось убедить комнату, что я здесь не для того, чтобы нанести вред её обитателю. Или обитательнице. Облегчение Гермионы мгновенно переросло в раздражение, когда его взгляд вновь коснулся ее голых ног. — Если ты продолжишь так на меня смотреть, надеюсь, комната сочтет нужным выкинуть тебя отсюда. Он сверкнул глазами. — О, нет. Я предпочитаю взаимное удовольствие, Грейнджер, можешь не сомневаться. Она напряглась, затем закатила глаза. — Великолепно. Теперь я смогу спать спокойно. Послушай, Забини, спасибо, что заглянул, но… — Это совсем не похоже на секс-темницу, — он встал, поправив брюки, и окинул взглядом комнату. — Я разочарован. Гермиона, нахмурив брови, посмотрела на него. — Секс-темница, — фыркнула она. — Откуда в твоей голове такие мысли? Он на мгновение обернулся в ее сторону и раздвинул шторы. — От Драко. Гермиона моргнула, пытаясь осознать услышанное. Конечно, должно быть, Драко поддерживает легенду среди своих друзей. Сейчас она может только надеяться, что ничего не испортила. — Он довольно уклончиво отвечал на вопросы о тебе, но все же рассказал нам о том, в каких условиях ты живешь. — Мои веревки и цепи в шкафу, — невозмутимо ответила Гермиона. — Кому это — нам? Блейз подошел к книжному шкафу. — Парням, — его пальцы прошлись по корешкам книг. — На наших собраниях, — он взглянул на нее, но его выражение лица не отражало ровным счетом никаких эмоций. — Собраниях… — повторила Гермиона. — Ты имеешь в виду встречи Пожирателей Смерти? — Не все мы Пожиратели. Они переглянулись. Гермиона тщательно обдумывала свой следующий вопрос. — Где Пэнси? Его темные глаза внимательно следили за гриффиндоркой. — Она мертва. Дыхание перехватило. В глазах поплыло. Ее пальцы сильно сжали халат. В голове гриффиндорки замелькали воспоминания. В последний раз, когда Гермиона видела слизеринку, она бежала в объятия Блейза... и он освободил ее. Она уставилась на Забини. — Как это произошло? — Убили за нелояльность к Темному Лорду, — мягко ответил он. Слишком мягко. — Ты врешь. Блейз сделал паузу, а потом пожал плечами. — Спроси Драко, — он приблизился к ее кровати. — Он будет более чем… Забини резко прервался, когда его взгляд упал на… Она проследила за его взглядом, который был прикован к прикроватной тумбочке. Книга, с которой она уснула прошлой ночью, пустая шкатулка для драгоценностей и подсвечник. Название книги не было интригующим — Гермиона позаботилась о том, чтобы обернуть учебник по окклюменции в другую обложку. Блейз стоял, нахмурившись, а затем повернулся к ней. — Более чем счастлив поделиться с тобой этой информацией, — закончил он. — Замечательно. Что-нибудь еще? Или я могу, наконец, переодеться без свидетелей. Он улыбнулся. — Мне просто было интересно взглянуть на твою секс-темницу, но… — Забини резко выдохнул. — Ты не оправдала моих ожиданий. — Прошу прощения, — Гермиона подошла к своему шкафу и раскрыла дверцы. — Приятно видеть, что вы с Драко сблизились. Девушка застыла, глядя на одежду. Блейз же, прислонившись к изголовью кровати, пристально за ней наблюдал. — Мы не сблизились. — Серьезно? — он поднял бровь. — Когда мой день рождения, Грейнджер? Она закусила нижнюю губу, борясь с румянцем, моментально покрывшим шею. Блейз, ухмыляясь, направился к двери, а напоследок бросил через плечо: — Или я должен звать тебя по имени? Все ведь в этом доме обращаются друг к другу по имени. И он исчез. Гермиона на мгновение закрыла глаза, а потом подперла дверь креслом и лишь после этого решилась переодеться в пижаму.

***

Все дальнейшие новости о Драко Гермиона получала от Нарциссы. Вскоре он впервые за последние дни вышел из своей комнаты. Спустя еще некоторое время он спустился в сад поместья, а уже в понедельник покинул Мэнор. Гермиона пыталась контролировать свое любопытство, задаваясь вопросом, куда же он отправился, как проводит время. Одновременно с этим она боялась узнать, что его вызвали на очередной рейд Пожирателей Смерти. Она выглядывала его все утро из своего окна, надеясь увидеть, как он возвращается домой по территории сада, проверяя свои ребра, но так и не дождалась. Во вторник Грейнджер решила возобновить свои визиты в библиотеку. Поздно позавтракав, она распахнула массивные двери, намереваясь погрузиться в мир окклюменции, но перед этим пролистнуть несколько страниц о крестражах. Она шла своей обычной дорогой прямо туда, где хранилась книга с информацией о крестражах между двумя большими томами в кожаных обложках. Однако ее там не оказалось. Гермиона моргнула, быстро просмотрев ближайшие полки. Той самой книги нигде не было видно. Сердце девушки колотилось, когда она прикидывала варианты. Спустя пару минут Грейнджер прочистила горло и подошла к каталогу. Однако он засветился тусклым красным, что означало отсутствие запрашиваемой книги в библиотеке. Значит, кто-то еще читает единственную книгу в огромной библиотеке Малфоев, содержащую информацию о крестражах. Не находя себе места от беспокойства и волнения, Гермиона шагала по библиотеке. Неужели Люциус отслеживает книги, которые она читает, и решил прервать ее исследования? Знали ли Малфои о крестражах? Люциус много лет вел дневник Тома Реддла, после чего подсунул его в Хогвартс. Но разве Гарри не упоминал о том, что Дамблдор сомневался, что Люциусу вообще известно об этой тайне Темного Лорда? Не имея возможности получить ответы на все свои вопросы, Гермиона решила, что теперь обязана сосредоточить все свое внимание на окклюменции. Она сумела отыскать в библиотеке еще несколько книг с более продвинутыми методами защиты сознания. Также в этих учебных пособиях была информация о том, как же отразить нападение легилименции. Первая книга, к изучению которой приступила гриффиндорка, охватывала только основы, такие как концентрация и медитация. Одна продвинутая техника, которая заинтересовала Гермиону, заключалась в представлении книжного шкафа или множества полок для хранения воспоминания и мыслей. В ее первом учебнике было лишь краткое описание этого метода, и она уже тогда решила поэкспериментировать с ним, прежде чем приступить к изучению следующего. Однако теперь у Гермионы были десятки страниц подробной информации и теорий конкретно этого метода. Несмотря на то, что данный метод являлся невероятно продвинутым, Гермиона не могла выбрать что полегче, ведь всегда соблазнялась самыми смелыми идеями. Несколько часов спустя она села в одно из больших кресел возле окна с видом на пруд и сосредоточилась на спокойной воде и книжных полках. Она пыталась вычленить воспоминания о своих родителях и поместить их на отдельную полку. Она все меньше и меньше думала о своей семье, уставившись на пруд и сосредоточившись на воспоминаниях, которые в последнее время всегда были в центре ее сознания. Голые плечи Драко, когда он высасывал из нее яд. Немой крик Рона через сцену перед Аукционом. Тело, отлетевшее назад в колонну беседки. Маленькое тело Гарри на руках Хагрида. Высохшая кровь на виске и бледная кожа Джинни, которая находится в центре внимания Пожирателей. Гермиона схватила каждое из этих воспоминаний, словно книгу, и положила на самую высокую полку. Затем подцепила еще одно, о том, как родители водили ее в цирк. Юмор матери, легкий смех отца… И поместила его на полку с самыми счастливыми воспоминаниями. Картина того, как мама сжимает руку маленькой Гермионы на балконе Дворцового театра, резко сменилась пошлыми выкриками из зрительного зала в ее адрес, они кричали и оценивали ее в галлеонах. Книга на нижней полке ее сознания скользнула вперед, умоляя открыть ее. И Гермиона сосредоточилась на том, чтобы спрятать это воспоминание куда подальше. — Грейнджер. Она моргнула, придя в себя. Она все еще сидит в кресле библиотеки и смотрит на пруд. Книжные полки в ее голове дрогнули, переполненные энергией. — Грейнджер, — снова произнес кто-то. Девушка обернулась. Рядом с ней кто-то был. Но если она посмотрит на этого человека, книги сорвутся с полок и снова оставят ее наедине со своими воспоминаниями, обнаженными плечами, мертвыми телами и мягкими голосами… — Тебе уже лучше? — спросила она, затаив дыхание. — Как твои ребра? Гермиона сосредоточилась, призывая все свои внутренние силы, чтобы удержать ментальный щит. Сердце билось от волнения — она сейчас увидит его снова. Гриффиндорка успокоила очередную дрожащую книгу, рвущуюся наружу, и затолкала ее обратно на полку. — Лучше, — прогремел голос рядом. Глубоко вздохнув, Гермиона посмотрела на него, на его высокое тело и любопытные глаза. Она тут же отвела глаза, сосредоточившись на книжных полках в своей голове. — Как прошел твой день рождения? — вопрос сам по себе сорвался с ее губ. — Удалось отпраздновать? — Посмотри на меня. В его голосе был слышен командный тон. Повернув голову к нему, Гермиона взглянула в его серые глаза, отчего он едва заметно дернулся. Он обратил внимание на книгу у нее на коленях, затем снова посмотрел на девушку. Гермиона видела его сквозь дымку. Ее тело казалось слишком мягким, а голова туманной. Она моргнула в попытке сфокусировать зрение на Драко Малфое, который стоял рядом и смотрел на нее с явным беспокойством. Одна книжная полка треснула, и книги, полные ее воспоминаний, повалились на пол. Она глубоко вздохнула. Его оголенная грудь, его сломанные ребра, его окровавленные губы, его холодные глаза — все упало на пол. Глаза гриффиндорки болели, словно она долгое время смотрела на солнце. Она закрыла их ладонями и принялась неистово тереть. А спустя мгновение ощутила, как книга с продвинутыми методами окклюменции соскользнула с ее колен. — Ты слишком экспрессивна для этой техники, — пробормотал он. — Слишком очевидно, что с тобой что-то происходит, — она слышала, как он переворачивает страницу, а затем резко закрывает книгу. — Ты пропустила промежуточные уроки? — Естественно, — произнесла Гермиона с ухмылкой. Ее голова кружилась. Было ощущение, словно она не спала несколько дней. — Ты ожидал чего-то меньшего от меня? Грейнджер открыла глаза и снова уставилась на пруд за окном. Она пыталась мысленно ухватиться за спокойные воды, умиротворяющие разум, но ее энергия была на исходе. — Это может быть слишком утомительно, — едва слышно произнес Драко. Девушка кивнула, ощущая неистовую сонливость. — Я попрошу принести мне чай. Пауза. А потом: — Ты больше не пьешь кофе? Гриффиндорка была поражена таким вниманием. Она смотрела на него, пока он листал страницы другой книги с продвинутыми методами окклюменции. Вопрос невинно повис между ними в воздухе. Гермиона действительно предпочитала кофе. На самом деле, она пила чай с медом только потому, что он его пил на протяжении последних семи лет. Некоторая безумная мысль проскочила в голове девушки. — У нас есть кофе, — тихо предложил он, все еще глядя на книгу. — Спасибо. Я… В следующий раз я попрошу кофе, — она еще обдумает эту ситуацию. Однако сейчас есть более насущные вопросы. — Как Пэнси? Его взгляд мгновенно стал жестким и сосредоточенным. Драко быстро закрыл книгу. — Она мертва. — Как это произошло? — Убили за нелояльность к Темному Лорду. Гермиона нахмурилась, пристально наблюдая за ним. — Точно так же мне ответил Забини. Любопытно. Он уставился на гриффиндорку. — Когда ты говорила с Блейзом? — он был явно недоволен, услышав эту новость. — Он заходил. Вошел в мою комнату и пил чай, как ни в чем не бывало, — Гермиона удобнее расположилась в кресле и подняла бровь, взглянув на угрюмого Драко. — Как ты изменил защиту после посещения твоей тетки? Драко сжал челюсти. — Комната не пропустит человека, намеревающегося причинить вред обитателю. — И ты не расскажешь, почему семья Малфоев не намеревается причинить мне вред? Он закусил губу, отказываясь отвечать. И Гермиона вздохнула, опустив плечи. — Если бы ты добавил туда «намерение приставать», я была бы благодарна. Она встала и слегка пошатнулась. Окклюменция истощила ее гораздо больше, чем казалось, и Гермиона сразу схватилась за спинку кресла. Как вдруг почувствовала руку на своем локте. Ее виски неистово пульсировали, когда она, закрыв глаза, поняла, что Драко касается ее. Открыв глаза спустя мгновение, она попыталась встать ровно. — В следующий раз тебе следует быть более осторожной. Окклюменция отнимает много сил. Девушка моргнула, их тела были так близко друг к другу, его пальцы все еще касались ее руки. Драко внезапно покачнулся, он выглядел слишком бледным. — Ты все еще не поправился, — сказала она. — Тебе также следует быть осторожным. Он внимательно смотрел на нее, а затем почти незаметно ухмыльнулся. — Мы нашли друг друга, не так ли? Кожу Гермионы покалывало, даже после того, как он убрал руку. Драко предложил провести ее обратно в комнату, чтобы она отдохнула. Девушка чувствовала, как накаляется воздух вокруг них. Каждый их шаг по мраморному полу отдавался глухим эхом. Кости Драко все еще срастались, а голова Гермионы неистово пульсировала. Сворачивая за очередной угол, Грейнджер могла поклясться, что почувствовала легкое касание его руки на своей спине, словно он направлял ее, придерживал. Драко довел девушку до двери ее комнаты. Возможно, именно больная голова виновата в том, что Гермионе представилось, будто он провел ее домой после свидания. Его глаза скользили по лицу гриффиндорки, когда она кивнула в знак благодарности и, закрыв дверь, прислонилась спиной к прохладному дереву, прислушиваясь к его удаляющимся шагам и стараясь не думать об ощущении его губ на своих. Проснувшись следующим утром, Гермиона увидела большую дымящуюся чашку кофе на прикроватной тумбочке.

***

Она не виделась с Драко на протяжении нескольких дней. На третьи сутки в голову гриффиндорки пришла мысль, что он мог присоединиться к Люциусу, который, судя по всему, был на задании. Она сконцентрировалась на занятиях по окклюменции и в попытке увеличить свою выносливость пробовала новые техники. Измотавшись после целого дня тренировок, Гермиона свернулась калачиком с художественной книгой и попыталась забыться сладким сном на час-другой. Гриффиндорка дочитала своего любимого Диккенса на четвертый день отсутствия Драко, как вдруг дверь спальни внезапно распахнулась. Она, сидя в кресле у камина, подняла глаза и поразилась, увидев его. Он обычно стучит. — Ты что-то хотел? Малфой уставился на нее, его рот был жестким, а глаза — ледяными. — Переоденься. Выбери что-нибудь презентабельное. Гермиона моргнула, глядя на свои джинсы и джемпер. Да, вероятно, она не совсем готова к гостям, но она ведь их не ждала. Она встала, закрыв книгу. — Мы куда-то идем? Он молчал, и Гермиона, закатив глаза, подошла к шкафу с одеждой. — Есть пожелания? — спросила, подняв бровь. Легкое движение его пальцев, и нечто атласное вылетело из шкафа ей прямо в лицо. Гермиона взяла в руки… Нет, это какая-то ошибка. Оно ведь практически ничего не прикрывает… — Поторопись, — коротко и холодно произнес он и отвернулся, пока она, оторопев, отправилась в ванную переодеваться. Что-то не так… Он был взволнован, что ли? Гермиона покачала головой, отбросив в сторону все свои опасения. Он ведь далеко не зайдет, не так ли? Хотя его настроение… Но она ведь видела и похуже? Грейнджер быстро скинула джинсы и джемпер, натянула на себя атласное одеяние и поморщилась от собственного отражения. Как шлюха, словно ей лишний раз напомнили о ее роли за пределами поместья. Она затянула лямки платья поверх лифчика и поправила трусики, чтобы не впивались в кожу. Выйдя из ванной, Гермиона нашла его, рассматривающего ее книжные полки, а затем подошла ближе, готовая следовать за ним. — Кто разрешил тебе носить нижнее белье? Девушка споткнулась о ковер, застыв на месте. — Прости? — она смотрела на него. Да как он смеет… — Снимай. Он лениво наблюдал за девушкой, но его глаза выражали опасность. По спине гриффиндорки пробежал озноб. В прошлый раз, покидая поместье, он заставил ее снять лифчик, но трусики… Драко подкрался к ней, словно пантера, и Гермиона замерла, ощущая нарастающую волну страха в груди. Если бы она не знала так хорошо его походку, ловкие движения пальцев, она бы предположила, что кто-то под Оборотным зельем только притворяется Малфоем. Однако она помнила этот взгляд с шестого курса. Он отличается от обыденного. Жесткий и беспощадный. Драко остановился в дюйме от гриффиндорки, заставив ее поднять голову, чтобы взглянуть в его глаза. — Или мне сделать это самому? — прошипел он, и кудри девушки затрепетали от его дыхания. Кровь застыла в жилах. Она никогда не боялась его. До этого момента. Ни когда он схватил ее в кабинете Амбридж, прижав к себе за талию, ни когда его друзья пытались послать в нее Аваду в Выручай-комнате. Она внимательно смотрела в его глаза. Руки Малфоя резко взметнулись, сжав ее локти и развернув спиной к себе, отчего Гермиона едва не споткнулась. Ее грудь врезалась в ближайшую стену, она еле успела повернуть голову в сторону, чтобы не сломать нос. Воздух мгновенно выбился из легких. Она пыталась вырваться, но он прижал ладонь к ее лопаткам, не позволяя ей освободиться. Грейнджер ахнула, быстро прикидывая в голове варианты развития событий. Он пытается что-то доказать? Она разозлила его чем-то? Он под действием какого-то темного заклинания? Его пальцы скользили все ниже вдоль позвоночника, пока ее перепуганные глаза смотрели на кремовую стену. Он быстро нашел застежку лифчика и одним резким движением ее расстегнул. Одной рукой Драко стягивал лямку с плеча, а второй все еще прижимал ее к стене. — Ты ведь знаешь, что я чувствую к этим сиськам, Грейнджер, — его голос раскатился громом в ее сознании. Сердце девушки замерло, Гермиона буквально не могла дышать. Нет… Она не знала… Его пальцы медленно скользили по ее руке вниз, затем они коснулись ребер и, наконец, достигли груди. Так не должно быть… С ним что-то случилось… Она всеми силами пыталась оттолкнуться от стены, брыкаясь ногами и крутясь во все стороны. Он обхватил ладонями ее бедра, прижал к стене и, не оставив шанса на побег, прижался к ней сам. Гермиона чувствовала, как тяжело он дышит в ее шею. — Какая ты резвая сегодня. Она задыхалась, вжавшись в стену, все еще предпринимая нелепые попытки освободиться из его мертвой хватки. Может ли она позвать на помощь? Услышит ли ее Нарцисса? Малфой толкнулся бедрами вперед, и она ощутила некую пустоту. Не было никаких мыслей. Никаких догадок. Драко прикасался к ней. Он был возбужден. И опасен.