Once in my lifetime: Dark Faith

Чита прекрасных и Эмма сидели за столом в кафе «У бабушки». Уже пол часа они беседовали об их семейных делах, о том, что они прошли и как тяжело им было в некоторых ситуациях. Генри был в школе, а Реджина дома, плохо себя чувствуя. Прошел месяц. Все было спокойно и только Реджина мучилась от головных болей и кошмаров. Ей казалось, что Джулия вот-вот отберет у нее сына и Эмму. Блондинка же в свою очередь большую часть времени проводила в полицейском участке и ловя хулиганов. Ей казалось, что Реджина ей чего-то не договаривает и стала слишком молчаливой. Девушка переживала, что королева к ней остыла и предпочитает быть в одиночестве. Но как?! После всего, что между ними было! Эмма посмотрела на часы — 1:23. Глубокая ночь, а она все еще в участке слушает завывания Ворчуна за решеткой. Эта была какая-то песня гномов? Она поняла, что по-немного он начинает ее сводить с ума, потому Эмма собрала со стола свои вещи и, положив их в сумку, пошла на выход. В машине она включила радио и медленно жала на газ, желая ехать как можно дольше. Реджина еще месяц назад предложила переехать к себе, но Эмма в последнее время уже подумала купить себе новый дом и переехать туда с Генри. Девушка настолько привыкла к холодности со стороны Реджины, что сама уже начала остывать и думать, что все, что было между ними — это просто порыв. Обычна ошибка. С кем не бывает? Эмма зашла в дом и тяжело вздохнула от усталости. Она бросила сумку на столик у зеркала и также неуклюже сняла обувь, даже не соизволив аккуратно поставить ее у выхода. Только Реджина требовала это делать у себя дома. Это было для Эммы не свойственно. Вообще это ее раздражало, как и чистоплотность Реджины, ее постоянная строгость по отношению к «у каждой вещи свое место». Эмме порой казалось, что она жила с ворчливой старушкой, а не с девушкой. Не сказать, что Эмма была неряшливой, но и не настолько «чистюлей», как называла она свою соседку по комнате. Реджина скорее всего уже спала. Так думала Эмма. Поэтому она взяла бутылку виски, налила в стакан и села за стол в гостиной. Она сделала глоток, потом второй, опустошая стакан. Она даже не заметила медленные шаги. Было темно, лишь свет луны едва освещал гостиную, в которую вошла Реджина. Эмма вздрогнула, ощутив запах ее духов и взглянула на женщину, что стояла возле нее со скрещенными руками на груди. — Если ты прикрываешь свои измены засаживанием на работе допоздна, то лучше признаться сказу и закончить все это. Не мучай себя алкоголем, Эмма, — отозвался ледяной голос Реджины. Эмма опять вздрогнула и стиснула зубы. Снова это бесполезное обвинение, что слышала спасительница день ото дня. Только на этот раз она не стала молчать, она разозлилась и встала. Реджина даже не пошевелилась, устремив холодный взгляд на Эмму. — Пожалуй ты права, я уйду. Я же настолько тебе стала в тягость. Ты даже комнату мне выбрала подальше от своей, мол, Ее Величество не привыкли спать с какой-то простушкой. Только вот в начале тебя это не напрягало, — сказала Эмма и направилась в сторону лестницы. — Это же ты ушла в ту комнату! — Потому что ты постоянно отворачивалась и вздыхала, стоило мне зайти и лечь рядом с тобой. Ты боялась, что это я потеряю веру в тебя, но вышло как раз с точностью да наоборот. Ты меня не простила. — Эмма, прекрати. Я не хочу даже слушать об этом! — наотрез сказала королева. — Тогда что с тобой происходит? — не выдержала Эмма и спросила напрямую. Реджина стала мяться на месте, зажмурилась и застонала от головной боли, что мучила ее целый месяц. Сегодня ей было особенно плохо. Она схватилась за голову руками и упала на колени. Эмма вдруг остыла и растерялась, не понимая, что происходит. Она подбежала к Реджине и попыталась помочь ей сесть на диван. — Эмма, уйди, — сквозь стон, сдавленно процедила Реджина. — Да что с тобой происходит?! Эмма убрала руки Реджины с ее же лица и посмотрела в глаза. Взгляд был затуманенным и тяжелым, казалось в них была вся боль, которую может испытать человек. Стоны раздавались по всей гостиной. Блондинка вскочила и побежала за аптечкой. Взяв обезболивающее и воду, она подошла к королеве и протянула ей. Та быстро выпила таблетку и нервно поставила стакан на стол, снова закрывая лицо ладонями. — Что с тобой, Реджина? Прошу расскажи мне… — уже умоляла Эмма и села рядом. — Голова уже как месяц раскалывается на части. Я думала это просто погодные условия так сказываются, но каждый день только хуже и хуже. Эмма, уходи. Я не хочу, чтобы это передалось тебе. Кто знает, что это за боли? — с тяжестью в голосе отвечала Реджина. — Ты невыносима, Реджина! И как я только полюбила тебя… — недовольно отозвалась Эмма и обняла Реджину, помогая ей встать. — Тебе нужно поспать, пошли я тебя отведу в спальню. Реджина не стала сопротивляться и доверилась своей девушке. Спустя время они добрались да спальни и Эмма осторожно положила королеву на мягкие шелка. В комнате было темно, спертый воздух не давал свободно вздохнуть спасительнице. — Когда ты в последний раз проветривала? — строго отозвалась она и открыла окно. Комнату окутал прохладный свежий воздух. Реджина вздрогнула, открывая глаза. Было видно как она страдает, только вот непонятно из-за чего. Эмма бродила по комнате и думала. Этот последний месяц она сама чуяла нечто неладное, как будто над Сторибруком нависла тень. Девушка быстро достала телефон из заднего кармана брюк и стала искать нужный абонент в контактах. Раздались гудки и нежный голосок: «Да, Эмма, что-то случилось в столь позднее время?» — «Да, извините, что так поздно, но нужна ваша помощь. Можете приехать в дом Мэра?». Долго ждать не пришлось. Голубая Фея сразу же дала положительный ответ и через минут 20 уже стояла на пороге дома. — Я пришла как можно скорее. Что произошло? — с тяжелой одышкой отозвалась Фея. — Боюсь что-то магическое происходит с Реджиной. Она месяц мучается от головных болей и с каждым днем они становятся все сильнее. И у самой характер очень поменялся, словно она становится той же холодной и строгой Мадам Мэром как раньше. Фея не стала долго раздумывать и серьезно кивнула. Она стала подниматься по длинной лестнице в сторону спальни королевы, а Эмма плелась за ней. Она понимала, что Реджина будет очень зла на такой поступок, совершенный Эммой, но другого выхода не было и это понимали все. Фея зашла в спальню и склонилась над спящей Реджиной. Она взяла волшебную палочку и стала вести от головы до ног королевы. Предмет искрился ярко голубым светом, от чего Реджина хмурила нос. Эмма же сидела на кровати, опёршись локтями на колени и головой на ладони. Она терпеливо ждала, в голове молясь на лучшее. Она надеялась, что все в порядке, а это просто последствия… Однако чего? Их былого путешествия? Наконец едва слышно раздался голос Голубой Феи, от чего Эмма не сразу пришла в себя: — Это сильнейшая из магий… Такую я ощущала только находясь в присутствии Джулии. Боюсь из-за долгого прибывания в той стране о которой вы рассказывали, она заразилась вирусом, который могу назвать «вирус Фейт». — Что за бред? — не верила своим ушам Эмма. — Что это еще за вирус такой? — Когда верующая влюбится и при этом испытывает сильнейшую ненависть, сильнейшее предательство, она передает эту маленькую крупицу эмоций ее адресату, то есть Реджине. Я могу дать зелье, что немного облегчит состояние, но рано или поздно она ее убьет. Нужно с этим что-то делать… — Что же?.. — едва могла поверить Эмма в то, что говорила Голубая. — Нужно извлечь эту частичку из нее, — говорила Фея, — Но это может сделать только ее владелец, а именно Джулия. — Но все пути закрыты в мир Фейт. Она же нас уничтожит… Разве нельзя от этого избавиться иным способом? — спросила серьезно Эмма, понимая безвыходность ситуации. — В Зачарованном лесу есть Древо Жизни, которое может излечить от любого недуга, открыть любые пути, но оно скрыто от глаз людей и волшебников. Найти его может только самое светлое и чистое сердце наполненное любовью! Ты — Эмма. А то, что она стала холоднее… Это уж точно не от вируса. Тут поможет только искренний и честный разговор тет-а-тет. Девушка пришла в ступор. Не хватало еще одного путешествия, но она понимала, что должна найти то, что излечит Реджину. То, что ей может помочь. Она смотрела на брюнетку, что стала открывать глаза. — Эмма, — хрипло отозвалась она. — Я здесь, все в порядке, — ответила нежно Эмма, понимая, что сейчас несет ответственность за свою подругу. Голубая Фея оставила на столе зелье и ушла. Реджина недовольно нахмурилась, понимая, что здесь происходило и осуждающе взглянула на Эмму. — Она помогла тебе. Вот и последствия прибывания в стране Джулии. Она оставила в тебе частичку своей ненависти, что секундой назад была любовью. Вот и результат. Тебя излечит только Древо Жизни, что под силу найти только мне. Реджина хмыкнула и повернулась к Эмме. В ее глазах девушка увидела отчаяние. Впервые за столько времени королева показала свои настоящие эмоции. Ее что-то тревожило, но она молчала, она что-то хотела сказать, но надеялась, что Эмма прочитает по глазам. — Эмма… Оставь меня. Я не хочу, чтобы ты мучилась и встречалась с опасностью только чтобы спасти меня. Ты можешь быть счастлива… — Не неси чушь. Я счастлива только с тобой! Ты молчала долгое время и теперь нужно торопиться. Я вернусь в Зачарованный лес и найду это Древо, а дальше уже будь, что будет. Но я тебя спасу даже если придется вернуться к Фейт. Я люблю тебя, ты разве этого не понимаешь? — намного тише закончила Эмма. — И я тебя, Эмма. Но я отправлюсь с тобой! Я не отпущу тебя туда одну и давай договоримся, пожалуйста, мы отправимся туда без прекрасных, ладно? Пусть присмотрят за Генри. — Как пожелаешь. Но объяснить им это будет тяжело. Не думаю, что получится хороший медовый месяц, — усмехнулась Эмма. — Они это переживут! Реджина положила ладонь на щеку Эммы и притянула к себе, затягивая в нежный поцелуй. Эмма почувствовала трепет бабочек в животе, давно не ощущая губы ее королевы на своих. Она словно заново влюбилась и стала приближаться своим телом к любимой. Их тела покрылись мурашками. Реджина стала тяжело дышать, завершая поцелуй. — Извини, что я молчала и отдалялась от тебя. Я не привыкла говорить о своих проблемах и вешать их на других… — тихо и виновато сказала королева. — Ты не вешала мне свои проблемы, ты наконец мне снова открылась и мне так хорошо от этого… Мы избавимся от присутствия Джулии в тебе. — Вот видишь, даже Джулия во мне, а ты еще нет! Тебе не кажется, что это твое главное упущение? Эмма не стала долго колебаться и тут же нависла над Реджиной, устраиваясь на ее бедрах. Тут она осознала, как же скучала по этим томным моментам в объятьях возлюбленной. Сколько бессонных ночей в холодной постели в дальней комнате без теплых рук королевы она провела… Эмма чувствовала как тело покрывается мурашками всё больше и больше, а тело начинает дрожать без водолазки, которую минутой назад стянула с нее Реджина. Эта ночь окутала их в свои крепкие холодные объятья. Она проникла в их тела, в каждую клеточку, в каждый миллиметр. Девушки тонули друг в друге, едва успевая дышать сквозь страстные поцелуи. Казалось, что их тела уже готовы были отдаться сжимающей силе между ног, в узел, что заплетался все крепче. Реджина сейчас жалела, что так долго отталкивала Эмму, хотя каждую ночь она мечтала прижаться к ней и лить слезы от боли не в одинокой спальне, а на ее сильном плече. Страх показать слабость и свою боль, заставляли стать ее жесткой и ледяной, заставляли причинять Эмме боль. Но она поняла, что нужно наконец меняться. Поняла, что не может терять Эмму, ни одной секундой более.