Гарри Поттер и Совсем Другая История

~ Тисовая улица. Гарри один год.

      На самой окраине Лондона стоит глубокая ночь. И лишь фонари вдоль Тисовой улицы и луна освещают удивительные события, происходящие здесь. Альбус Дамблдор, а именно так зовут нашего сегодняшнего героя, наконец собирается с мыслями и трансгрессирует из своего кабинета прямо к нужному дому №4. Зная, что сейчас произойдёт, Альбус решает, что лишние глаза здесь не нужны. Он достаёт из складок своей мантии, которая сегодня спокойного лилового оттенка, причудливую вещь, сильно смахивающую на зажигалку. Ирония в том, что эффект от её использования совершенно обратный. В тот момент, когда по велению Альбуса угасает последний фонарь в радиусе 200 метров от дома, Дамблдор замечает удивительную полосатую кошку, сидящую на крыльце дома. Удивительна она не тем, что красива, хотя это неоспоримо. Удивительна она своей грацией, изяществом, но строгостью во взгляде. Ах… А глаза удивительно умные. Удивительно умные для кошки. В этот момент кошка начинает странно расти во все стороны. В высоту в особенности. Лапы странно удлиняются. Всё тело сильно изменяется. И вот перед нами уже не кошка, а ещё один герой этой истории — Минерва МакГонагалл. На ней сегодня не такая строгая одежда, как обычно. И нет неизменной шляпы. Женщину облачает мантия благородного тёмно-изумрудного цвета. Минерва встречает Альбуса тёплой улыбкой, но с грустью во взгляде и говорит: — Добрый вечер, профессор Дамблдор, — Минерва глубоко вздыхает и садится обратно на крыльцо. Альбус совершенно понимающе глядит на неё и, приблизившись, усаживается рядом, аккуратно подгибая мантию и укладывая бороду. Минерва поворачивает на него голову и с тревогой во взгляде спрашивает: — Это правда, Альбус? Дамблдор отвечает, засмотревшись в темноту: — К сожалению, да, Минерва. — И где же сейчас мальчик? — Рубеус заберёт его, — спокойно отвечает Альбус. Однако Минерва не выглядит столь же спокойной: — Вы считаете, что это разумно? Доверять ему столь важное дело? — Я бы доверил ему свою жизнь, — философски замечает Дамблдор. Минерва пару секунд ещё разглядывает профессора и только потом смиряется с его словами и затрагивает ещё одну волнующую её тему: — А что случилось с Вы-сами-знаете-кем? — Минерва, дорогая, мне, вам и всему магическому сообществу известно только одно: Гарри Поттер — избранный. Он выжил. Волдеморт убил только Лили и Джеймса. А сам исчез. Полагаю, что он мёртв. У меня только одна теория. Лили умирала, но желала защитить Гарри, и её материнская любовь сразила Волдеморта. Гарри вобрал в себя эту любовь и фактически убил Волдеморта. Так что не стоит грустить, Минерва. Сегодня великий день. И люди это знают. Вы видели, какой пир устроили в Министерстве по поводу победы над Волдемортом и восхваления Гарри?! — Минерва осторожно кивает. — Мальчик стал знаменитостью. Я полагаю, что будет лучше, если он вырастет в маггловской семье, а когда придёт время — он обо всём узнает и будет готов к своей ноше. — Я могла бы быть с вами не согласна, Альбус. Но тут придраться не к чему. Дурсли действительно замечательная семья. Я уверена, Гарри будет хорошо здесь, — Минерва оборачивается на дом, вспоминая, как следила за Дурслями. — Знаешь, а ведь у них уже есть малыш. — Это ведь хорошо, Минерва. У Гарри будет брат. Родители. Настоящая семья, — но глаза Альбуса за очками-половинками сверкнули грустью.       Неожиданно вдалеке раздаётся шум, и в тот момент, когда мотоцикл становится видимым для глаз, он приземляется на дорогу, останавливаясь напротив уже известного нам дома. Огромный мужчина намного выше стандартных размеров тяжело выходит из мотоцикла, бережно держа в руках свёрток. Рубеус Хагрид имеет много волос и большую густую бороду, однако всё равно чётко слышно, как он говорит: — Профессор Дамблдор, — кивок. — Профессор МакГонагалл, — ещё один. — Припозднился чутка. Но всё хорошо. Гарри уснул совсем недавно, — он протягивает свёрток Альбусу. — Вы. это. аккуратнее, ага? Разбудите ещё.       Альбус бережно берёт свёрток с маленьким, годовалым, но уже таким знаменитым Гарри Поттером и направляется к крыльцу. Бережно укладывая малыша, Альбус вкладывает в одеяло конверт с письмом для семьи Дурслей. — Так Вернон и Петунья разберутся, кто это и что произошло, — Альбус нежно гладит ребёнка по щеке, прощаясь с ним на долгих 12 лет. — Хорошо, что нынче ночью тепло, — задумчиво оброняет Дамблдор, поднимаясь и готовясь трансгрессировать. Рубеус всхлипывает. — Полно тебе, — успокаивает его Минерва, придерживая за локоть, — ты ещё с ним увидишься. — И то верно, — говорит Хагрид и плетётся обратно к мотоциклу. Альбус и Минерва прощаются и трансгрессируют. Рубеус улетает. На Тисовой улице снова светло — фонари горят, освещая крыльцо, где мирно спит маленькая знаменитость.       Спустя длинную долгую ночь улица медленно оживает.