Полнолуние

Пятая глава Ослабить врага было нелегким делом. Парень, что нагло ухмылялся и изредка хихикал себе под нос, держал дистанцию. Стоял себе спокойно, иногда делая странные движения тела, и наносил увечья чем попадётся уже ослабшему Кошмару. А что же Найтмер? Он был в некультурном шоке от силы его врага. Но, увы, возможности разглядеть крысу поближе и удостовериться в данном факте у него не было. Он и без того едва успевал уворачиваться и отступать от бесперерывочных выпадов соперника. Противник не выглядел особо крупным, но его сила... Тени соперника и ближайшие к нему предметы принимали любые формы. То лапы, что отламывали от разрушенных стен большие куски камня и как легкий мячик швыряли в Кошмара. То какие-то личности различных рас, которые быстро приближаясь атаковали уже в ближнем бою. От подобного разнообразия Найтмер уставал ещё больше. Он, не успевая даже привыкнуть к одному виду бою, насильно втягивался в другой. Оба молчали. Если атакующий уже упивался предчувствием выигрыша, то защищающийся просто старался остаться в живых. Под лучами полной луны негативная оболочка полностью стекала, оставив хозяина без какой-либо защиты и возможности контратаковать векторами. Перед глазами всё плыло от чёртовой вони. Терпкий аромат коньяка бил в голову не хуже бутылки залпом выпитого алкоголя, а переспелая груша ещё сильнее мутила состояний Найтмера. Так как быть раздавленным от летящих в голову булыг, парой секундой ранее являющиеся монолитной стеной, не хотелось, Найтмер, запихивая свою гордость куда подальше, уворачивался, укрывался и отступал, немного спотыкаясь и всё хуже ориентируясь в пространстве. Но вскоре его схватили как какого-то котенка и до болезненного хруста сжали, от чего он еле сдержал жалкий всхлип, все же без своей защиты он был слишком хрупким. Его трясли как какую-то погремушку, из-за чего после кружилась голова и подташнивало. Когда Найтмера резко швырнули с приличной высоты на землю, он почувствовал на себе какого это, когда из-за резкого движения спертывает дыхание. От удара с уст слетел вскрик. Его тело было все в синяках и кровоточащими порезами. Хватка на его рёбрах и животе ослабла, давая вздохнуть свободнее. Было ощущение что он скоро потеряет сознания от вспышек боли или усталости, но помирать он ещё не собирался. Его снова подбросили как тряпичную куклу и швырнули на каменную статую, разбив последнюю на куски. Найтмер уже не чувствовал и не осознавал ничего кроме боли от ударов и очередного подкидывания вверх. Он уже ничего не видел, а дышал и вовсе чрез раз, а то и два, задыхаясь от вони и перепадов высоты, в ушах дико звенело от ударов и хриплого кашля, что раздирал горло. На периферии сознания, сквозь звон и чьи-то, а может и собственные вскрики он слышал голос, что всегда был рядом с ним, а сейчас лишь просил Найта держатся. Но что он мог поделать? Без своей защиты он слаб, жалок и тот, кто, безумно хихикая, втирал его в землю, знал это, используя свой шанс на полную катушку. Это продолжалась слишком долго. Кошмар давно потерял сознание и был простой безвольной игрушкой в руках безумца. Горизонт окрасился в красно-оранжевый, и ненормальный как по команде остановил свое насилие. Незнакомец, будто только очнувшись, глянул на давно вырубившегося Найтмера и себе под нос выругался. — Не для этого я пришел, — сказал тот и даже боязливо осмотрел какой ущерб нанес телу, которого не должен был трогать в первую очередь. — Надеюсь он это не узнает, — шепча под нос, гость, не найдя лучшего решения, попросту выкинул куда-то к замку заснувшее тело и, бормоча ругательства, исчез. * С восходом солнца на истерзанном теле Кошмара начал появляться слой нефти, с отливом нефритового цвета, мягкими волнами укрывающий раны и гематомы. Пока теплые лучи все больше захватывали темные уголки разрушенной территории, негатив, наконец, укутал хрупкое тело привычными слоями, и Найтмер смог приподняться на локтях. Его сильно трясло и, судорожно вздохнув, он опять чуть не упал лицом в засохшую траву, но его спасли векторы, поддержавшие голову и грудь и опёршиеся о землю. Горло вновь нещадно раздирал кашель, вызванный реакцией Найтмера на запах эмоций гостя. «Хорошенько нас приложили, чем быстрее закроемся в комнате, тем лучше.» Привычный, столько лет преследующий голос, послышался в голове. Найтмер, едва присел, тело сковала боль. Казалось, что он ещё не полностью пришел в себя. Голова кружилась, картина перед глазами куда-то ехала, путая хозяина тела, где именно он находится. Но голос был слышен достаточно ясно и пытаясь прийти в себя Найтмер сконцентрировался на глубоком бархатистом басе в голове, ощущая попытки отростков его поднять. «Давай, поднимайся потихоньку, у нас не очень много времени. Ты слишком слаб, чтобы я смог продержать защиту достаточное время, а до замка не так уж далеко.» Поддержка была так себе. — Ебучее полнолуние — голос совсем осел, вышло очень хрипло и еле слышно, но собравшись с силами Кошмар все же смог подняться. Его шатало, боль тарабанила по вискам, тело не слушалось. Найтмер очень и очень давно такого не ощущал. Благодаря поддержке векторов, он смог добраться до огромных дверей замка. Ноги Кошмара подкосились, и он опёрся на перила перед входом, глядя на массивные двери. В одно мгновение его накрыла такая боль, досада и ярость на чужака, на себя и свою беззащитность, на голос в голове, на луну, на ребят его команды… Он не мог позволить себе ни слёз, ни крика – достаточно с него унижений, но избавиться от этого комка озлобленности в горле надо, казалось из-за него Найт может задохнуться. По замку пронёсся дикий скрежет и вой, выражая состояние хозяина, а двери распахнулись, впуская под свою защиту того, кто пусть и не особо удачно оборонял этой ночью замок. «Если это не конец, то стоит предупредить наших» На что Найтмер лишь сипло произнёс: -Нужно, где они? ** Наконец четверо пришли в себя и соскочив с нагретых мест, приблизились к лежащему на полу телу. Никто не трогал нечто, что по консистенции напоминало тающее желе и имеющее очертание босса. — Дышит, уже хорошо — первым разрушил тишину убийца. Услышав это, один из ребят в непонимании изогнул бровь. — Тогда чего он упал? — это был Хоррор, он почесал свою темно-коричневую макушку и сел рядом с телом, наблюдая за отростками. — Выбился из сил? — Он сказал следить за замком, значит поблизости есть чужак? — спросил Даст, возвращаясь с коридора. Он сразу ломанулся к входной двери, чтобы отразить нападение, если таковое есть. Сейчас же он неуверенно поправлял красный шарф на своей шее и поглядывал на Босса. — Возможно чужак и измотал его? — присев с другой стороны тела, напротив каннибала, спросил Кросс. Киллер стоял возле головы их главнокомандующего, задумчиво вертя в руке недавно вытащенный нож. Его душа постепенно принимала спиральную форму, блеклые зрачки терялись в черных глазницах и, когда бледно-розовая челка упала на лицо, он хмыкнул. — Если чужак все ещё шастает по нашей базе, мы должны его найти. — быстро убрав челку и вытерев потекшую черную жидкость из глаз, он указал рукояткой ножа, на Даста. — Бери с собой Хоррора и осмотрите местность возле замка. Его душа странно себя вела, то таяла, превращаясь в перевернутое сердце, то вновь обретала спиральную форму. Являясь правой рукой Лорда, Киллер принимал командование бандой на себя, если босса не было по близости. Даст кивнул и, не дожидаясь пока встанет каннибал, схватил того за шкирку и потащил на выход. Хоррор лишь успел схватить свой тесак и шуточно отдав рукой честь, исчез вместе с Пыльным на улице. Остальные же двое парней, тяжко выдохнули. Тело все так же не двигалось, выглядело вроде осязаемым, твердым, но у самого пола меняло консистенцию на более жидкую, теряя форму и растекаясь в лужицу, что затекала обратно на Найтмера и снова стекала с него. Киллер убрал нож во внутренний карман своей куртки, наблюдая как альбинос слабо тормошил Кошмара за лопатки, и сухо усмехнулся. — Бери уж нашего принца на руки, не думаю, что он в сознании. — усмехнулся тот. Кросс же поднял взгляд - звучало слишком фальшиво. Киллер всегда улыбался, может ухмылялся, казался весельчаком что лишь бы похихикать, но в данный момент Мечник приметил отличие. Соратнику словно было лень что-то скрывать за занавесом глупой улыбки. Но не сильно отвлекаясь на своего друга, Кросс, опершись на свои колени, руками аккуратно ухватив за плечи и ребра принца тьмы, перевернул на спину. Послышался рваный вдох и шумный выдох, от которого руки у Кросса чуть дрогнули. Мышонок, стараясь несильно давить, опасаясь, что все же есть раны, взял на руки на удивление легкого босса и поднялся на ноги. Они молча отправились на нужный этаж. Убийца шел впереди, держа руку на рукоятке ножа, он оглядывал помещения на наличие чужих персон, но пока никто лишний не встречался. Мечник же шел позади, неся на руках лёгкую тушку их темного лорда. Как работают дополнительные конечности их босса, в виде щупалец - векторов, никто не знал. Они могли вести себя вполне разумно, активно помогая их хозяину особенно во время битвы, или неразумно дурачась, играясь и всячески подставляя Найтмера. А могли быть неживыми, волочась по земле, хлюпая на ступеньках и пачкая всё и вся. Казалось, что это отдельный разум. И сейчас, Кросс нервно сглотнул, чувствуя, как эти черные отростки постепенно опутывали его тело, слабо стягиваясь на запястьях и локтях, даже почувствовал как один из них обмотался на его талии. Возможно, слабый румянец не был в тему, но он почувствовал неловкость. Всё же эти щупальца теснее прижали спящее тело к нему. А парень все больше не понимал почему эти своевольные отростки закручивались на его теле, не позволяя отпустить тело. ** Киллер, открыв дверь, ведущую в комнату хозяина замка, осмотрел её и пропустил первым альбиноса. Он обратил внимание на отростки, что облепили Кросса, и тихо усмехнулся, видя смятение на его лице, но все же прошел следом, прикрывая дверь. Пока Кросс укладывал спящего на кровать и мучался с векторами, которые не планировали его отпускать, Киллер подошёл к рабочему столу. Через приоткрытые шторы, проскользнуло утреннее солнце, осветившее мебель и людей в комнате. Парень, уже который раз смахивая с глаз мешающую челку, опустился на колени и открыл нижний ящик стола. Покопавшись, он достал оттуда средних размеров коробочку, она была пластмассовой, и после, сдув несколько слоев пыли, он сумел разглядеть пресловутый крестик, указывающий на тот, что это аптечка. Из-за своего нефтяного слоя Найтмера трудно покалечить, но его состояние не предвещало уверенности в его целости на данный момент. Задвинув ящик обратно, убийца поднялся. Возможно, она и не пригодится, но если помощь нужна, то аптечка будет под рукой. Поставив коробочку на прикроватную тумбочку, парень замер, глядя как бедный мечник, не зная куда деваться, пытался все так же высвободиться из хватки щупалец, что уже не просто держали, а без стыда тянули парня на кровать. Киллер не был слепым дураком, хотя Найтмер и любил его так звать. Он знал о пристрастиях его босса, был ближе чем другие, но не настолько что бы тот доверял ему все свои секреты его ни одной черной душонки, что порой было обидно. Как ни как, парень с странной витающей вне грудной клетки душой, был первым, кто последовал за ним и видел каков был тот в начале своего ужасного пути. Помнит до сих пор, как тот бесился из-за скачущих способностей, что его не слушались, как тот резко отрубался, падая без сил, вел себя как котенок, что терпеть не мог людского внимания и всячески шипел на все попытки помочь ему, но при этом нуждался в поддержке. И ведь с того случая с аномалией, тогда, когда их босс опять подобрал альбиноса, Киллер заметил это. Взгляды, мелкие изменения в движениях в сторону того, перемена настроения. У Киллера давно пропали надежды и мечты, были лишь желания, которые он пытался получить. И главным желанием однажды стал тот, кто вытащил его из опустевшей вселенной. Он хотел стать ближе, намного ближе. Старался. Рвался. Но однажды один разговор с Найтмером расставил все точки над «I». Он понял, что все его усилия не возымели желаемого исхода. Его лёгкая улыбка, стала нервной, из-за мыслей что все ещё вертелись в его голове из глаз потекла та самая черная жидкость. На этот раз он ее даже не стал стирать. Подойдя к кровати, слегка нахмурившись, он с некой агрессией оторвал отростки от альбиноса, освобождая его. Парень знал, что там внизу у него был шанс оказаться на месте Кросса и, возможно, получить шанс, но сейчас смысла злится за уведенную попытку добиться должного внимания, бессмысленно. Легче от этого не становилось. Кросс с благодарностью поднял уголки губ, но негативный взгляд Киллера заставил его поскорее отвернуться к боссу. Его взгляд переменился, выдавая с лихвой волнение и что-то ещё, что смогло утихомирить пыл убийцы. Его тонкие брови расслабились, а в груди почувствовал неприятный комок. Отойдя, Киллер вытер с щек черные подтёки, которые уже замарали воротник, и с малой грустью оглядел двоих, шумно выдохнув. — Ладно, — идя к двери, Киллер еще раз тяжко выдохнул, чувствуя глупую несправедливость. — Аптечка на тумбочке. За Босса отвечаешь головой. — А ты? — слегка в смущении спросил тот. — Обследую этажи и к тем двоим присоединюсь. — и после этого он вышел. Киллер прикрыл дверь и не убирая руки с ручки почувствовал, как узел внутри стянулся в разы сильнее, не давая вздохнуть. Но выбор сделан Найтмером, Киллер понимает это и, если его боссу будет с ним лучше, то так ему и быть. Отпуская ручку двери, попутно делая шаги назад, он с выдохом дал себе цель после серьезно поговорить об этом с Крестом, стянуть хотя бы обещание, а то его душа полная решимости так просто не успокоится. Ведь он знал, каков был на самом деле их босс, и попросту боялся за него. И все же, Киллер ушел. Навострил уши и придерживая руку на рукоятке ножа, пошел проверять помещения. ** Шумный, скорее сиплый выдох вырвался из уст. Тело ломило. Мелко задрожав, парень вспомнил, что не дошел до своих покоев. Он резко подорвался с жалким хрипом, но из-за вспышки боли по всему телу, будто разряд тока, завалился обратно на мягкий матрас с хриплым скулежом. В глазах потемнело, а Найтмер ощутил прохладу от своих движений на коже, значит, он не был покрыт толстыми слоями ненависти. Всё бы ничего, но, почувствовав рядом знакомый уже едва различимый запашок, он испуганно дернулся в сторону. Но теплые руки, аккуратно надавили на его дрожащие плечи, мягко укладывая обратно. Его взгляд прояснился, открывая взору обеспокоенного Мышонка, что оглядывал его. Кошмар нахмурился. — Молчи, — хрипло прошипел Найтмер, не дав что-то сказать альбиносу, он предполагал какие будут вопросы и болезненно передёрнув плечами скинул с плеч чужие ладони. — Даже не смей. — тихо говоря, кошмар шумно выдохнул, тело все ещё ныло, а теперь внутри встревоженно трепещут инстинкты и горький опыт прошлого. Хотелось поскорее остаться в уютном одиночестве. Страх собственной слабости перед кем-то другим бился в груди обезумившей птицей. Кошмар не показывал своих слабостей, никого не подпускал с предложениями его подлечить, справлялся сам, хотя Киллер был тем, кому он спускал с рук наглость и через нехотя позволял тому помогать. Но это был Киллер, он первый кто мог, но не убил его и пошел за ним, ему он мог довериться. А здесь… Глянув на монохромного парня, Кошмар слегка дрожа телом, попытался отдалиться. Кросс был удивлен. Когда ему не дали спросить, что с внешностью лидера случилось, появилось лишь больше вопросов, но он покорно держал рот закрытым. Ранее черные волосы, что были схожи со смолой - осветлились, стали молочного цвета, а их концы завились в милые кудри. Холодные, смотрящие чуть ли не в душу, нефритового цвета глаза, знающие все твои грехи, потеплели, стали нежно-фиалковыми. Он был тем, кто внушал ужас, своими взглядом и аурой, его все боялись, а теперь язык не поворачивался назвать его хоть немного страшным. Тот стал меньше, хлипче, его всего будто подменили. Найтмер с такими большими глазками, излучающими страх и недоверие, выглядел зашуганным и беззащитным. Но ушибы, раны и порезы, что виднелись под рваной одеждой, привлекли большее внимание альбиноса. Мышонок шумно выдохнул, без резких движений, плавно взял небольшую коробочку аптечки и показал ее Найтмеру. На появление перед лицом коробки, тот хмурясь указал пальцем на дверь, грубо отвергая помощь. Но Мечник, не говоря и слова, решительно кинул взгляд в фиалковые глаза, поставил аптечку на матрас, тем самым перекрывая любые возражения, и открыл коробку доставая всё необходимое. Кошмар возмущённо шипел, рычал и просто сверлил взглядом, но за всё это время не проронил ни слова. Кросс же спокойно лечил, обрабатывал раны, клеил пластыри на мелкие ранки, чтобы сохранить магию на лечение более крупных и глубоких ранений. Убирая ошмётки одежды с таких ран, руки Мышонка нависали над ними, не касаясь их, и после концентрации, его кисти обхватывало приятное пастельно-зелёное свечение. Пострадавший, наблюдая за всеми махинациями его подчинённого, слегка расслабился, он сравнил это с действием обезболивающих таблеток - от них Найтмера вечно клонило в сон. Но он все так же ожидал подставы, что вот стоит ему прикрыть глаза и больше он их не откроет. Такие мысли всегда будут, все желают его смерти, с этим нужно лишь смириться. От этого Найтмер нахмурился и отвёл взгляд. Тем не менее, раны затягивались под тёплыми излучениями магии. Предложение о помощи в избавлении от грязной и изорванной одежды был грубо отвергнут, а Кросс оказался за дверью под предлогом принести попить. Однако первые же попытки Найтмера стянуть нечто, бывшее свитером успехом не увенчались – боль пронизывала при каждом движении. Мечник же, вернувшись со стаканом, застал босса в забавном положении – голова и руки были скрыты свитером и майкой, которые из-за крови не хотели отлипать друг от друга и от Найта, а вот торс был полностью открыт, что не на шутку смутило Мышонка. Он быстрыми шагами подошёл к Найту и, поставив стакан с водой на тумбу, помог ему поскорее стянуть остатки одежды и натянуть свежую футболку. Найтмер подобный жест помощи принял агрессивно, но физически Кроссу не навредил, а после переодевания и вовсе поскорее нырнул под одеяло, заверяя, что со штанами уж точно справится самостоятельно. ** — Это был мой любимый — тихо, почти себе под нос просипел Найтмер, сидя на краю своей кровати и держа в руках порванный свитер с горлом. Сам он был в футболке и в штанах, расширяющихся к низу. Кросс молча прикрыл дверь обратно, так как ненадолго выходил проверять этаж. Он снял и аккуратно сложил свою куртку на тумбочке, оставшись в тонкой чёрной кофте и в штанах с перекрещенным ремнём, а затем спокойно подошёл к кровати и присел на краю. Найтмер все же смущаясь укутался в одеяло, пряча свою светлую макушку и худощавое тело. — Где остальные? — голос на пару тонов выше привычного всё ещё немного сипел. Поджав к себе свои ноги, Найтмер исподлобья глянул на мышонка. Тот лишь шумно выдохнул, так как планировал испытать удачу и спросить про облик Кошмара. — Проверяют периметр вокруг замка, — сложив руки на своих коленях, белесый непроизвольно наклонил голову набок, пытаясь встретиться взглядом с чужими фиалками. Но от него отвернулись, натянув поглубже капюшон из одеяла. — Киллер обходит внутри замка. —Тц, пришло же ему в голову оставить тебя со мной. — пряча свои щеки что заливал румянец, из-за настырности Мышонка. Кошмар поднес свои маленькие ладошки к лицу, с отвращением осматривая мелкие ранки. — Эээмм, — неуверенно протянул Кросс, в надежде, что вопрос не был риторическим. — Он дал лишь аптечку и, сказав куда пойдет, ушел. — Найтмер сел поудобнее, сжимая и разжимая кулачки и теперь и Мечник увидел белёсые шрамы на руках Найтмера, которые пересекали руки извилистыми паутинками. — Гх, вот гавнюк, — тихо пробубнил Найтмер. Фырча, он хотел задать ещё вопрос, но его холодные ладошки перехватили теплые руки Альбиноса. Кошмар буквально проглотил свои же слова и с непониманием наблюдал, как Кросс мягко гладит пальцем по его старым шрамам, которые он получил, ещё в переполненном жизнью Dreamtale, но тех, кто ему эти раны оставил, он с наслаждением этими же руками и разорвал. Но смотря как большие и такие теплые подушечки пальцев нежно гладят по шрамам его ужасного прошлого, на щеках приливалось все больше краски. Мысли снова поплыли, как перед потерей сознания в бою, но в этот раз это было приятнее во много раз. От чужого тепла, по замерзшему телу прошлась приятная дрожь, мурашек. Мечник мягко погладил тыльную сторону ладони, после проведя пальцами по запястью. Он был удивлен тем, какие ледяные ручки были у парня, пока хозяин этих рук слегка морщился от бегающих по его телу мурашек. Мелко дрогнув всем телом, он немного пододвинулся, молча, аккуратно перехватив одну ладонь Кросса, и притянул ту к своему лицу. Найтмер был смущён, но всё происходящее напоминало сон, а во сне можно что угодно, ведь так? Когда теплая ладонь легла на щеку Кошмара, его уголки губ слегка приподнялись. Как кот, он прикрыл глаза и потерся о чужую руку. Альбинос промолчал, почувствовав слабый жар на своих щеках. Его губы дрогнули в улыбке, и он сам огладил мягкую щёчку. Хоть её хозяин и фыркнул, Кросс пододвинулся. Кошмар держал глаза прикрытыми. Оказывается, его щеки покрывали еле видные веснушки, которые немного проявились благодаря прелестному румянцу. Теплая ладонь аккуратно прошлась по щеке к уху, пальцы мягко проскользили по скуле. Чужое тепло манило, усталый организм требовал сна, а нежность рук успокаивала. Даже когда одеяло соскользнуло с волос и открыло вид на кудрявую макушку, Найт лишь глубоко вздохнул. А когда мягкая ладонь провела по его виску, зарываясь пальцами в молочные кудри, он с шумным выдохом, слегка наклонил голову вниз, поддаваясь навстречу. Кросс медленно перебирал невероятно мягкие локоны молочных волос, наблюдая как Найтмер зевнул, уже попросту клюя своим носом. С тихим смешком Кросс убрал руку и сонный хранитель негатива, потянулся к теплу чужого тела. Кошмар, шумно выдохнув, упал лицом вперёд, уткнувшись в ребра Мышонка. * Кросс ещё минуту, удивляясь хлопал веками и только после услышав тихое сопение опустил голову, смотря на вьющееся макушку. Своей ладонью он мягко потрепал светлые локоны волос и после выдоха, все же аккуратно начал укладывать уснувшего парня на кровать. Переложить на мягкую подушку, укрыть пышным, немного тяжёлым, одеялом – легче лёгкого, да только уйти ему не дали. Точнее Кросс нагнулся к Найту, чтобы укрыть его, но спящий принц, слегка сожмурив глаза, руками ухватился за ворот его кофты. Альбиносу пришлось снова взобраться на кровать, чтобы осторожно освободить ткань, но, когда пальцы разомкнулись, и он уже думал, что у него всё получилось, Кошмар, шумно выдохнув, обнял того за ребра, утыкаясь своим лбом в его ключицу и потянув на себя. На удивление Мечника хватка была сильной, не смотря на хрупкость тела Кошмара, и в итоге Кросс оказался полулежащим на постели, а спящий прижался сильнее, не давая попросту уйти. Было неловко? Не то слово. Даже в какой-то степени страшно было представить, что будет с ним на утро. Попытавшись выбраться из объятий ещё раз, Мечник сделал лишь хуже. Его полностью завалили на спину, а Кошмар устроился на нем, слегка потормошив щекой по мягкой ткани. Сдавшись, Кросс более или менее удобнее улёгся, он чувствовал себя будто в силках - при движениях Найтмер лишь теснее прижимался. Кросс, чувствуя себя пойманным, окончательно отдал ответственность за свою судьбу завтрашнему дню и обнял одной рукой лежащего на нем Кошмара. Последний явно чувствовал себя очень даже уютно, мирно посапывая на импровизированной подушке…