Приключения по-американски или Ну что есть интересного в твоём скучнющем Джаспере?

Flashback

      Девушка спокойно шла по улице. До занятий было ещё полчаса, торопиться пока нет необходимости. Хотя надо бы. Небо затянуто тучами, ветер дует в лицо. дождь редкими, но крупными каплями падал на волосы, одежду, оставался на лице. Ей было хорошо. Она любила ветер, а теперь полюбила и дождь. Именно такой, крупный и редкий. Она шла без капюшона, лямка гитары немного давила на плечо.        — Лёля-я-я! — вдруг окликнули её со стороны автобусной остановки. Девушка обернулась. Под крышей находилось несколько парней, на скамейке стоял проигрыватель. Один из ребят махал ей рукой. Мишка! Девушка поспешила к другу. Тот сразу же затащил её под крышу.        — Ты чего без капюшона? Дождь на улице, а ты даже не в ветровке! Кто же в такую погоду в спортивных кофтах бегает?        — Так это и есть та девушка, которая единственная знает физику и русский на «отлично» в вашем классе? — к ним подошёл высокий юноша, в косухе, накинутой на плечи, явно на пару-тройку лет постарше.        — А так же заканчивает музыкалку по классу гитара! — похвастался Миша. — Лёль, знакомься, это Серёга, наш, можно сказать, лидер.        — Очень приятно, — Лёля, немного стесняясь, пожала протянутую руку.        — А там Вадим, заведующий нашей техникой, — черноволосый парень, сидящий на скамейке возле проигрывателя, кивнул в приветствие. Единственный из всех, он сидел в футболке.        — Добрый вечер, прекрасная незнакомка! — неожиданно возник справа блондин в серой ветровке.        — Не останетесь с нами на пару песен? — слева появился точно такой же парень.        — А это наши близнецы — Ярик и Стас.        — Ужасно рады знакомству!        — Эй! Гусеница? Ты что здесь забыла? Рискнула попасться мне на глаза в моём же районе?! — раздался вдруг сзади противный голос Светки. — Да ещё и в такой жалкой компании!       Девушка разом погасла и поспешила надеть капюшон. Парни с удивлением переводили взгляд с неё на Светку и обратно.        — Колба, а ну-ка спроси у неё, что Гусеница забыла в нашем районе!        — Ага! — амбал, что шёл с ней, быстрым шагом направился к Лёле. Близнецы выскочили вперёд и в два приёма уложили его на лопатки в лужу. После же небольших догонялок, Колба застрял головой между прутьев забора.        — С-спасибо…        — Мы своих в обиду не даём! Учись давать отпор!        — Хорошо. А что… что это за музыка?        — Ооо, это Ария, подруга.

Конец Flashback’а

      С тех пор музыка стала неотъемлемой честью Лёлиной жизни, и если раньше её мало кто понимал, то сейчас… стали понимать лишь в узком кругу. Практически всегда рядом с ней играла музыка, или она топала ногой в такт. Но на данный момент этого не происходило, что довольно сильно напрягало жителей базы. Два дня она выходила с базы, явно что-то печатая и отправляя. Теперь же она сидела слишком тихо. Пожалуй, единственным кого это радовало был Ретчет, ведь никто его не отвлекал и ни во что не вовлекал. Джека спокойствие кузины пугало, да и Фоулера, надо признаться, тоже. Они не понаслышке знали её временами взрывной характер. У автоботов был временный «перерыв» но все они пропадали в патруле. Раф колдовал над компьютером. Ничего, казалось, не могло нарушить идиллии.       Мико, как самая отважная, решила подойти к подруге. Та сидела на диване, обняв руками колени и всхлиповала. Слёзы стекали по её лицу и почти мгновенно впитывались в джинсы. Перед девушкой, на столе, стоял телефон, подпёртый кружкой. «Титаник она, что ли, смотрит?» — подумала Мико, и тоже взглянула на экран. Шли титры, а на заднем плане — джунгли, большой слон и, почему-то, лохматый мамонтёнок.        — Лёля… ты чего?        — (хлюп) Мультик смотрю-у-у!        — Какой?..        — Де-е-етский.        — Да? Что-то я таких не знаю.       Лёлины глаза моментально высохли.        — Ты не знаешь этот мультик?       Японка отрицательно помотала головой.        — Ты вообще чтоль не смотрела советские мультики?! Подруга, — Лёля схватила её за плечи. — тебе уже пятнадцать лет, и ты такого не видела! Тебя спасать надо. Бедную… — на последнем слове она обняла подругу, а потом быстро потащила к дивану.       Первым делом было решено посмотреть про царевен, или принцесс, как их называла Мико. Лёлин переводчик исправно делал свою работу и открывал Мико тайны Царевны-Лягушки, Сказки о царе Салтане и о спящей царевне, чудесно перевёл песни из Летучего корабля, а так же всего Вовку из дворца пионеров, каким-то макаром затесавшегося в остальные мультики.        — Лёля, — обратилась к ней Мико после просмотра.        — М?        — А с кем бы ты хотела полететь на Летучем Корабле?        — Ну уж точно не со своим напарником! Да и думать мне об этом рано… — в голове непроизвольно возник образ Ярика, всегда ей помогавшего в трудную минуту. Мико хихикнула. Ей теперь можно вообще всё, а она тут воображает.        — Слушай, Лёля, а как ты… в смысле, ну… ты ж не только к двоюродному брату приехала?        — Ну, к тёте ещё.        — Да не, я… в общем, ты ведь приключения любишь? А как их найти, когда скучно?        — Слушай, я как приехала, так сразу и влезла сюда, по самое некуда! — засмеялась русоволосая. — Просто нужно к жизни относиться, как к тому из чего можно черпать энергию довольно продолжительное время. И порой поступать безрассудно. Например, — девушка сунула пульт от своего вейвборда в карман, а в другой кошелёк, подаренный родителями перед поездкой. Потом сгоняла на склад и приволокла ось с деталью, очень похожей на колесо, и ещё две пластины. Приклеила их к оси.        — Вот и твой транспорт, а на месте стырим у Жеки велик! — Лёля встала около своего вейвборда, а затем сняла ремень и закрепила на руке. Другой конец протянула Мико. — Давай, хватай, вставай и держись. Я быстро разгоняюсь!       С этими словами она вскочила на своё средство передвижения и переключила рычажок сразу на 18 км/ч. Мико едва удержалась. Так, гогоча и виляя из стороны в сторону, они покинули базу. Как и обещала Лёля у кафешки, в которой работал Джек они оставили Микино «моноколесо», а велосипед отдали девушке. Теперь ремень одним концом был привязан к Лёле, а другим к рулю. В таком виде они разъезжали по Джасперу, визжали, обогнали Винса, заехали (прямо с велосипедом!) в парикмахерскую, а конечной точкой назначения оказалось кафе-ресторан на другом конце города, куда как раз заехала группа байкеров…

***

      Девчонок не было весь день, и док начал переживать ещё и по этому поводу. Только он починил Бамблби Т-шестерню, как нагрянуло это осознание. Би сейчас говорит с Рафом, а Джек и мисс Дарби очень беспокоились. Как и Оптимус. Это было заметно. Но как только Раф с Бамблби решили прокатиться, в коридоре показались обе пропажи. У обеих драные джинсы, у Мико по всей голове маленькие пальмочки, у Лёли три косички, а волосы как будто мелированные, только изумрудным цветом, а там где истинный цвет и краска соединялись, были фиолетовые пятна. То-ли особенность краски или волос, то-ли просьба бесбашенной девчонки. Связанные друг с другом ремнём, на одном вейвборде, на спинах они тащили Джеков велосипед с вывернутым рулём. Девчонки пели «Мама, мы все тяжело больны, мама, я знаю, мы все сошли с ума» при этом выражение лиц было самое счастливое.        — О! Мужики! — заметила удивлённые лица Лёля и слезла с вейвборда. Мико за ней. — А мы тут… -качающейся походкой они шли к платформе для людей, продолжая тащить велосипед.        — В ресторан заглянули!        — На полдня? — даже не удивился агент Фоулер.        — Да там просто такие классные ребята отдыхали! И с музыкой нормальной!        — А потом покатали нас на своих мо-отоциклах. Здорово было!        — Вы пили? — нахмурилась Джун.        — Да ни в одном глазу! — сразу принимая нормальный вид сказала Лёля. — У нас просто… музыкальное опьянение, вот!        — Говорю же, там у пацанов музыка была классная, переслушали.        — А на обратной дороге я решила научить Мико нашим песням. Так что всё чики-чики!       Девушки обняли друг друга за плечи и поднялись наверх. Так и поднялись, вдвоём по одной лестнице.        — Лёля, — как-то странно произнесла Мико.        — Чего? — насторожилась девушка.        — А помнишь того парня, Пита?        — И?        — Он говорил что служил! Возможно даже в морской пехоте — не уточнял.       Лёля окинула её взглядом и нараспев сказала:        — Даже даром вот не надо Мне морпеха твоего. Подавайте мне связиста — Лучше нету никого! — и рухнула на диван, украдкой глядя на Ретчета, сжавшего кулаки.       Затем пересилила себя, и перед тем как спать за полчаса починила велосипед Джека. Со словами: "Жека, принимай аппарат!" она толкнула его двоюродному брату. Джек едва успел поймать свой транспорт, а Лёля уже сопела, свернувшись калачиком.       Сон ей приснился странный. Как будто искажённая версия Папиных Дочек.       Она встала с дивана и охреневшим взглядом обвела всю базу. "Я тут поняла…", — пара десятков глаз обернулась к ней. — "Я беременна!..". Первым очнулся Ретчет: "Беременна?!". "Беременна??", — спросил вышедший из коридора Саундвейв, почему-то голосом Ярика. "Беременна?", — повторили остальные, ребята удивлённо, автоботы недоумённо переглянувшись. "Ну все повторили, только Фоулера не хватает!", — проворчал медик. "Я всё слышал! Ольга беременна!" И главное, никто не удивился появлению Саунда.       Затем подсознание перенесло её в прошлое, тоже искажённое. Ярик отговаривал Лёлю от прыжка с дерева, для испытания первого изобретённого ею планера. Она всё же прыгнула. Материал не выдержал и крылья сломались аккурат по позвоночнику. Тринадцатилетняя Лёля грохнулась вниз, ушибла руку и сломала ногу. Ярик на руках отнёс её в травм-пункт, а как только наложили гипс, так же на руках отнёс её в школу и посадил рядом с собой, где они делали на уроке физики новый чертёж.       А потом… Лёля оказалась на той самой скале, где Саунд впервые пообещал ей никогда не оставлять. И сам связист тоже был здесь. Он ей улыбался. Она поняла это даже сквозь маску.       Лёля проснулась со слезами. Уже целый вчерашний день он не мучал её своим молчанием, неотвечанием и сведением её с ума своим отсутствием. Лёля понимала, что это неправильно, что он, как и все десептиконы, ненавидит белковых, и её тоже, что ему, как любому десептикону нельзя верить. Но она не могла противостоять этому влечению. А так же понимала она и то, что всё это слишком походило на любовный сериал. Да вообще, банальнейшее «Ромео и Джульетта»! и от этого ей становилось ещё горше. Заливаясь слезами, она подбежала к сумке, схватила пистолет, повесила на плечо свой любимый АК и, удивив автоботов своим неадыкватом, вскочила на зарядившийся за ночь вейвборд. Старт, и сразу на 40, быстрее, дальше, дальше от всего, что сейчас напоминает её о Саунде. Ручейки слёз текли прямо в рот, но ей было всё равно, она мчалась по пустыне, не замечая ничего. От сильного ветра некоторые слёзы текли к затылку, и уши тоже были мокрые. Вот вейвборд зацепился за какой-то кактус, и Лёлю из-за сильного разгона по инерции бросило вперёд. Не растерявшись, девушка перекувырнулась, одновременно срывая с плеча автомат и принимая положение «стрельба из положения лёжа». Даже если бы хотела, она повторила бы это навряд ли, на тот же момент её не интересовало ни само происшествие, ни песок, прилипший к лицу, ни запутанные волосы. Интересовал её лишь кактус, по которому она палила. Целый магазин ушёл внутрь растения, образовывая форму Саундовой маски. Запасного не было. Лёля достала пистолет.       Сзади раздались тяжёлые шаги. Девушка в раздражении обернулась — кого нелёгкая принесла?! Ну конечно, вспомнишь солнце… Лёля пару раз выстрелила в ногу десептикона. Не попала. Схватив автомат за дуло, она с диким воплем бросилась на противника и прикладом стала колотить его.        — Зачем… зачем… вернулась… ты… из…той… холодной… темноты… в мою… любовь… в мои… мечты?!       Саунд схватил девушку одной тентеклей, другой отнял автомат, а после поднял на уровень глаз.       --Ты не рада меня видеть?-- — спросил он по ком-линку.       Лёля посмотрела на него с минуту, схватила десептикона за палец и снова разрыдалась. Саундвейв офигел от такого поворота событий и даже тентеклю убрал. Девушка так и осталась висеть на одном из пальцев, продолжая плакать.        — Саунд, не оставляй меня, не оставляй, прошу тебя, не бросай меня здесь!       Открылся мост, и из него опять вышел Ретчет. Лёля зарыдала ещё сильнее и ещё сильнее вцепилась в палец Саунда. Пять минут отдирали. Наконец, она оказалась в руке Автобота. Саундвейв кивнул ему, благодаря. Лёля, глотая слёзы, стала кричать. Кричать на Ретчета, на Саундвейва, который сразу развернулся и пошёл от них, на не справедливую судьбу, кричала, пока вдруг по картинку мира не поползли чёрные пятна, а небо не поменяло своего положения.       Когда медик уже заходил в мост, Саунд оглянулся, и смотрел на растрепавшиеся Лёлины косички, единственное что не закрывал Ретчет. Смотрел на них, пока они не переместились на свою базу и мост не закрылся.       --Прости меня, Лёленька--