Младшая сестра

За всеми переживаниями Адара не заметила, как зима промчалась. А экзамены были всё ближе. Не то, чтобы девушка их боялась, скорее напротив, но на неё уже все стали странно посматривать: как же так-то, не боится СОВ? Даже Сириус с Джеймсом в прошлом году в это время были вынуждены засесть за учебники, а Адара даже и не думает волноваться. Учёба никогда не была для Блэк сложной: во-первых, девушка всегда была любознательной, а во-вторых, ей всегда помогали родители. Дориан каждый раз, когда выпадала такая возможность, учил дочь всему, что знал сам. Во Франции они часто сидели в беседке за домом по вечерам и что-нибудь простое разучивали. Если же Адара сама проявляла интерес к чему-то более сложному, Дориан объяснял всю теорию, а потом, если это было возможно, мистер Блэк позволял дочери и на практике попробовать. Маленькая Адара схватывала всё быстрее, когда это объяснял папа. Именно поэтому сейчас Блэк была абсолютно уверена в своих силах. Её волновало совсем другое: девушка просто ненавидела весну, ведь весна – это время, когда все хронические болезни обостряются, а старые раны начинают болеть. Поэтому Адара в каждом письме справлялась о самочувствии отца и каждый раз очень расстраивалась, узнавая об очередном приступе, хотя их и было не так много. Также девушку занимали вопросы отношений. Нотт, как и обещал, терпеливо ждал её ответа, но она не сомневалась, что он уже вёл активную переписку с Дорианом Блэком и спрашивал его совета. С Римусом дела обстояли ещё хуже: они начали отдаляться. Как бы Адара не пыталась узнать причину отстранённости Люпина, ничего не выходило. Парень всегда был рад ей, но не смотрел на неё так, как ей бы хотелось. Кроме того, с Сириусом отношения не только не стали ближе, а даже испортились. Почему? Потому, что Адаре не нравилась Марлин, а Марлин не нравилась Адара. И как бы каждая из девушек ни старалась переступить через себя, ничего не выходило: они раз за разом ругались. А ещё Лили. Она тоже пыталась разобраться в себе и понять, что ей делать. Ей определённо нравился Поттер, но признавать этого Лили не желала, выбрав объектом для «душеизлияния» Адару. Поэтому теперь они часто ходили вместе в Хогсмид и обсуждали вопросы отношений то одной, то другой, решив, что две головы лучше, чем одна. В воскресенье редко кто ходит в Хогсмид, ведь домашняя работа и другие заботы тоже требуют внимания, но Адара и Лили чаще ходили именно в воскресенье: можно поговорить, не боясь, что кто-нибудь услышит. - Так ты думаешь, всё-таки стоит дать ему шанс? – в который раз спрашивала Лили, потягивая Сливочное пиво. - Мерлин, Эванс! – Адара закатила глаза, - ты повторяешь этот вопрос уже в три тысячи третий раз! - Я хочу слышать ответ, - жалобно сдвинула брови Лили, - стоит? - Да конечно, стоит! – выдохнула Адара, - попробуй хоть раз, в конце концов, это не свадьба, а всего лишь свидание: не понравится – уйдёшь. - Наверное, ты права, - вздохнула Лили. - Я всегда права, - буркнула Адара, смотря куда-то поверх головы Лили, на стену. - Почему ты никогда не берёшь Сливочное пиво? – спросила Лили, глядя, как Адара подносит к губам чашку с кофе. - Отец никогда не пьёт алкоголь, - ответила Адара, переводя взгляд на Лили, будто возвращаясь в реальность, - и мне запрещает. - Так Сливочное пиво же можно, - нахмурилась Лили. - Может и можно, - пожала плечами Адара, - я никогда не спрашивала. - Так ты его вообще не пробовала? – удивилась Лили. - Нет, - снова пожала плечами Адара, - и не буду. Не хочу. - Ну ладно, - отстала Лили, - чего ты всё время туда смотришь? – спросила Эванс, оборачиваясь и не видя ничего, кроме стены. - Да так, задумалась, - Адара мотнула головой, - прости. - Вы с Сириусом так и не поговорили? – сочувственно поинтересовалась Эванс. - Я пыталась, - Адара сморщилась, будто жевала лимон, - он не хочет со мной разговаривать. - Так, а ты действительно думаешь, что Марлин лучше вообще не высказывать своё мнение? – спросила Лили. - По поводу моей семьи – определённо, - Адара откинулась на спинку стула, - ей вообще следует побольше молчать. - Зря ты так, - покачала головой Лили, - Марлин хорошая, вам просто нужно получше узнать друг друга. - Она сказала, что мои родители ничего не добились бы, если бы не фамилия и статус! – вспылила Адара. - Успокойся, - попросила Лили, - она ошиблась, но и ты была неправа, когда сказала, что с её интеллектом ей только кофе в «Дырявом котле» разносить. - А разве это не так? – подняла бровь Адара, - она за свою жизнь хоть что-то, кроме интервью Селестины Уорлок в «Спелле», прочитала? Сильно вряд ли. - Адара, прекрати, - сказала Лили, - пусть Марлин и не такая любознательная, но она хороший человек и нравится Сириусу. Этого недостаточно, чтобы ты хотя бы попробовала с ней подружиться? - Нет, - тихо, но с вызовом ответила Адара. Лили только вздохнула. - Ладно, давай собираться, - произнесла Блэк через пять минут молчания и, положив деньги за заказ, поднялась, направляясь к выходу. - Хэй, Эванс! – окликнули Лили, когда девушки вышли из «Трёх мётел». Им даже не нужно было оборачиваться, чтобы узнать говорившего, но всё же они остановились. - Чего тебе, Поттер? – несколько обречённо вздохнула Лили. Адара кинула на неё удивлённый взгляд, как, впрочем, и парни, стоявшие у паба: Эванс не послала Поттера к Мерлину – это что-то новенькое. Адару же удивил тон – только что Лили вздыхала по нему и вот снова - сейчас она прикинется злобным ёжиком, нашипит на Поттера и пойдёт себе довольная на ужин. Удивительная девушка! Адара покачала головой. - Что ты хотел, Джеймс? – спросила она, пока Лили пыталась прожечь Поттера взглядом насквозь. - Спросить хотел, - пробормотал тот. - Так спрашивай, - сказала Адара, тяжело вздыхая и зажимая переносицу двумя пальцами. - Пойдёшь со мной на Весенний бал, Эванс? – Поттер, похоже, пришёл в себя и уже снова был в образе, хотя лёгкая растерянность в глазах никуда не делась. - Только в том случае, если меня внезапно настигнет слабоумие, - бросила Лили и, развернувшись, ушла. Все смотрели ей в спину. - Знаешь, - протянула Адара, косясь на Поттера, - я бы тоже не пошла, - и побежала догонять подругу. - Да что не так-то?! – взвился Поттер. - Бабы, - философски произнёс Сириус, а Римус усмехнулся, - с ними всё не так, брат, - Блэк похлопал Джеймса по плечу. - Тебе нужно попробовать просто поговорить с ней наедине, - сказал Римус, поджимая губы, - или хотя бы не пытаться сделать так, чтобы ваш разговор слышала вся Британия. Парни помолчали, думая каждый о своём, и медленно двинулись в сторону Хогвартса, заведя разговор на отвлечённую тему. - А что за Весенний бал? – спросила Адара по дороге к школе. - Последние лет пять Дамблдор проводит бал перед Пасхальными каникулами, - ответила Лили, - ничего особенного. - Ты туда пойдёшь? – поинтересовалась Адара. - Если пригласят, пойду, - пожала плечами Лили. - Эванс, ты сейчас серьёзно? – истерически хохотнула Адара, - тебя только что приглашали. - Поттер, - буркнула Лили, - с ним я не пойду. - А с кем пойдёшь? – стрельнула глазками в её сторону Адара, лукаво улыбаясь. - С кем-то, кроме Поттера, - ответила Лили, сама усмехаясь ситуации: пятнадцать минут назад она собиралась дать ему шанс. - А ты не подумала, что это идеальная возможность попробовать? – словно прочитав её мысли, спросила Адара. - Это было бы слишком просто, - покачала головой Лили. - Ну да, - пробормотала Адара, смотря на тропинку перед собой, - наверное… Только она это произнесла, сзади раздался взрыв такое силы, что земля завибрировала. Лили и Адара обернулись, и через несколько секунд их отбросило ударной волной, сверху покрывая тонким слоем пыли. - Лили! – прокричала Адара, поднимая голову, - она лежала на траве, метрах в четырёх от Эванс, - ты в порядке? - Да, - ответила шестикурсница, - а ты? - Порядок, - сказала Адара, а в следующую минуту её глаза распахнулись, - мальчики! – крикнула девушка и рванулась в обратную от Хогвартса сторону, по дороге выпуская из палочки какую-то ярко-жёлтую вспышку. - Адара! – Лили побежала за ней. Мародёры были не далеко от них, но парням досталось сильнее, так как они оказались ближе к эпицентру взрыва: Джеймс лежал прямо на дороге, Сириус – немного правее, а Римуса и Питера, как и Адару, отбросило в сторону. - Лили, Римус! – крикнула Адара подруге, та поняла её и побежала к Люпину и Петтигрю. Адара похлопала Сириуса по щекам, приводя в чувство, он поморщился почти сразу. - Давай, родной, - шепнула Адара, - Сириус, - позвала она, Блэк открыл ещё слегка затуманенные глаза, но попытался встать. Адара помогла ему и занялась Поттером. Когда все были в сборе, Сириус и Джеймс, немного оклемавшись, рванулись было в бой, но Адара им не позволила. - Мы уходим, мальчики! – крикнула она, - их слишком много… - Но там же люди! – заспорил уже на бегу Сириус. - Я отправила отцу сообщение, - сказала Адара, - сейчас здесь будут мракоборцы… Снова взрыв. Уже не такой сильный, но ощутимый. Упав, Адара ощутила резкую боль в правой руке. - Вечер обещает быть интересным, - пробормотала она, осматривая друзей. Вдруг девушка заметила двух бегущих девочек. - Какой курс? – остановив их, спросила Адара. - Третий, - пискнули те. - Больше там никого нет? – подключился Сириус, по виску у него стекала кровь – ударился, когда упал. Дети покачали головами, - уходим! – скомандовал парень, подхватив одну из девочек на руки, чтобы не пришлось ждать, вторую взял Джеймс. Уже через десять минут послышались хлопки трансгрессии. Адара, бежавшая последней, оглянулась в надежде, что это помощь, и выдохнула с облегчением: мракоборцы. Школьники добежали до ворот, Джеймс и Сириус поставили девочек на ноги. Едва они зашли в школу, им навстречу поспешила МакГонагалл. - Что произошло? – с ужасом спросила женщина, оглядывая своих студентов и девочек, одна из которых была с Когтеврана, а вторая – со Слизерина, - идёмте, - профессор схватила Сириуса, который стоял ближе всех, за руку и направилась к Больничному Крылу. Остальные поплелись за ней. - Я вас спрашиваю, что случилось, - напомнила МакГонагалл, на полпути к Крылу. - На Хогсмид напали Пожиратели Смерти, - ответила Адара, - снова. - О, Мерлин, - ужаснулась профессор Трансфигурации и остановилась у дверей лазарета, пропуская всех детей вперёд. - Что случилось? – воскликнула мадам Помфри, едва увидев студентов в крови и пыли. - Пожиратели случились, - буркнул на этот раз Джеймс. - Садитесь, - велела целительница. Все без разговоров расселись по разным кроватям, только Лили и Адара сели на одну. Сириус сразу облокотился на стену, сглатывая и прикрывая глаза. К нему мадам Помфри и направилась в первую очередь. После недолгого осмотра третьекурсниц отпустили, напоив их Умиротворяющим бальзамом, - девочки не пострадали, только были сильно напуганы. А вот с остальными дела обстояли сложнее. Больше всего досталось Сириусу – у него было неслабое сотрясение мозга, разбит висок, сломаны пара рёбер и ушиб мягких тканей в области живота. У Джеймса дела были немногим лучше: тоже сломаны несколько рёбер, тупая травма живота, ушиб головы, только обошлось без сотрясения. У Адары была сломана правая рука, порезы на ногах от камней на дороге и весьма глубокий порез на щеке, что её очень расстроило, но мадам Помфри пообещала, что шрама не останется. Римус и Питер, можно сказать, отделались лёгким испугом: у них были ушибы, но переломов не было. У Лили те же самые порезы на ногах, как и у Адары, растяжение голеностопа и ушиб головы. Мадам Помфри настояла на том, чтобы все шестеро остались в Крыле на случай, если есть ещё повреждения, которые нельзя обнаружить сразу.

***

В это же время - Так, ты думаешь, что это его единственная цель? – спросил Карлус Поттер у Дориана Блэка. - Именно, - кивнул тот, закуривая. Карлус и Дорея были в гостях у Дориана и Кэтрин. - Что вы?.. – начала было Дорея, но перед Дорианом вдруг вспыхнуло что-то жёлтое, и на стол опустилось нечто вроде бумажки. Мистер Блэк взял это в руки. На записке будто рукой Адары было выведено: «На Хогсмид напали Пожиратели. Много.» Мужчина быстро поднялся на ноги и сразу отправил Патронуса с сообщением в Министерство. - Что случилось? – испуганно спросила Кэтрин. Карлус и Дорея смотрели выжидающе. - Это Адара, - выдохнул Дориан, - на Хогсмид напали. - О, Мерлин! – ужаснулась Кэтрин, - с ней всё в порядке? - Не знаю, - покачал головой Дориан, затягиваясь, - будем ждать. Если не придёт письмо в течение двух часов, я отправлюсь туда. - Что это за заклинание? – спросила Дорея, разглядывая записку, которая начала медленно тлеть и вскоре превратилась в пепел. - Французская магия, - бросил Дориан, - они используют это для переговоров. В окно ворвался Патронус в виде гончего пса. - «Мы отправили туда три группы мракоборцев, ждите новостей», - сообщил пёс и испарился. - Вы понимаете, что это значит? – выдыхая дым, спросил мистер Блэк. - Волан-де-Морт перешёл в наступление, - ответил глухо Карлус Поттер, - война началась. И снова, как после Рождества, повисла гнетущая тишина.