Любовью шутит Сатана

      Он умер.       Навсегда.       Его больше нет.       Ади стоял у ветвистого дерева и молчал. Он все ещё не мог смириться со своей потерей. Все, что ему оставалось, это вспоминать голос Сэми… его улыбку… его смеющиеся глаза… Вспоминать тот день, когда они впервые познакомились.

***

      Был тёплый день, школа Ангелов и Демонов открывала свои двери для новых учеников. Здесь были все: Ангелы, Демоны, Непризнанные. У ворот их встречал ворчун-Фенцио, он же проводил и первый урок. Все расселись по своим местам в кабинете. На партах стояли чернильницы с перьями и лежали небольшие листы пергамента. Класс был уставлен книжным шкафами, на стенах висели картины.       «Скука смертная», — подумал Ади и стал разглядывать класс.       Ангелы, Демоны, мёртвые людишки. Белые крылья, чёрные, серые. Ничего интересного.       — Также хочу напомнить вам о главном правиле Ада и Рая… — продолжал свой нудный монолог Фенцио.       И тут Ади не выдержал:       — А если я гей? — Крикнул он, и класс тут же начал хихикать.       Фенцио бросил на него гневный взгляд:       — Это не значит, что вам можно нарушать запрет.       — Почему? Детей-то все равно не будет.       И снова по классу прокатились смешки. А один ангел, немного подумав, присоединился к обсуждению.       — И все-таки, ангел Фенцио, почему запрет распространяется и на однополые отношения?       — Я так понимаю, еще один? Как вас зовут, молодой человек?       — Сэми. Ади начал пристально разглядывать этого дерзкого ангелочка: тёмные волосы, широкая улыбка, добрые глаза, в которых горел огонь.       — Так вот, Сэми, — начал объяснять учитель, — запрет придуман давно, и касается всех, независимо от пола. Надеюсь, мы закрыли этот вопрос.       — Нет, ангел Фенцио, — возразил Ади. — Мы не закрыли этот вопрос. Что делать, если я уже втюрился в одного ангелочка? Вырезать себе сердце, чтобы не тянулось к нему?       — Прекратите этот цирк! Вы, двое, вон из класса!       Ади и Сэми заговорчески переглянулись и вышли из класса. Как только дверь кабинета за ними закрылась, оба согнулись пополам и разразилась громким смехом. Первым успокоился Ади. Он хлопнул ангела по плечу, и, все еще улыбаясь, произнес:       — Вот же попадёт нам, когда мы в следующий раз встретимся с этим ворчуном!       — И не говори, — согласился Сэми. — Но оно того стоило.       Повисло неловкое молчание. Парни смотрели друг другу в глаза и улыбались. Тишину нарушил несмелый голос Сэми:       — А ты правда гей? Или это была шутка?       — Скажем так, мне в равной степени нравятся и парни и девчонки. Но не волнуйся, у тебя есть все шансы завоевать мое сердечко!       — Мне показалось, что я уже это сделал… — произнес Сэми, и мальчики снова залились смехом.

***

      — Эй, Ади, чего раскис? — Крикнул приближающийся к дереву ангел. — Я тебя по всей школе ищу!       Ади поднялся на ноги и двинулся в сторону названного гостя. Он собирался кричать на него, ругаться за то, что тот прервал его размышления, но не смог…       — С… Сэми? — Заикаясь произнес он.       — Ну не Шепфа же! — Сэми улыбнулся и крепко обнял Ади.       — Но ты… ты же…       — Умер? — Поинтересовался ангел.       Ади, не в силах говорить из-за кома в горле, кивнул. По щеке его скатилась одна-единственная слеза.       — Да, — подтвердил Сэми. — Да, я умер… Но не для тебя, так, Ади? Я всегда буду с тобой… всегда!       Ади открыл глаза. Яркое солнце ослепило его, но ненадолго. Он поднял голову. Над ним высилось ветвистое дерево.       Сэми умер.       Он больше не увидит его.       Но забыть не сможет.