Неожиданные перемены (Sudden Changes)

      Голова Гермионы гудела, и она вжалась в твердую подушку. Обычно она не пила, но количество спиртного, которое она употребила вчера, было ужасным. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а глаза слепил мягкий свет утреннего солнца.       Вчера ночью был ровно год с тех пор, как Гарри победил Воландеморта.Все магическое сообщество решило праздновать эту знаменательную дату. Чтобы не оказаться превзойденными кем-нибудь еще, близнецы организовали вечеринку в честь «Мальчика-Который-Выжил-Чертову-Кучу-Раз». Фред и Джордж Уизли не были бы собой, если бы эта вечеринка не стала самой лучшей, обсуждаемой, и, разумеется, посещаемой.Гермиона наткнулась на многих преподавателей этой ночью, но это было настоящее зрелище- видеть профессора Макгонагалл выпившей. Сильно выпившей.       Вообще девушка не планировала идти, но Джинни, которой уже порядком надоела депрессия Гермионы из-за Рона, все-таки потащила ее. Рон Уизли бросил ее больше месяца назад, потому что «дела шли не очень успешно». Гермиона полагала, что настоящая причина была в том внимании, которое ему оказывали одинокие ведьмы за титул спасителя волшебного мира.       Джинни удалось убедить Гермиону выпить и показать Рону, кого он потерял. Гермиона не планировала пить больше одного фужера, но планы резко поменялись, стоило ей заметить Рона с его новой подружкой. Ее живот свернулся, ревность накрыла ее, заставляя чувствовать себя использованной и бесполезной. Она любила Рона. Ну хорошо, она была уверена, что это любовь. Когда дело коснулось отношений, у нее было очень мало опыта, но глубоко в душе она была уверена, что ее чувства к Рону-любовь, про которую пишут в книгах. Во время битвы они поцеловались, а после — стали парой. Казалось, никто не был удивлен, даже в Пророке этого ожидали.       Однако прямо сейчас Гермиона силилась вспомнить вчерашнюю ночь. После первых нескольких напитков она почти ничего не помнила. Она танцевала с Гарри, целовалась с Невиллом… Попросила Джинни прикрыть ее перед миссис Уизли, поэтому ей не надо было возвращаться так рано. Миссис Уизли всегда была ей как мама. Она была прекрасна в этой роли: к Гарри она привязалась в первую же их встречу.       Родители самой Гермионы по-прежнему жили в Австралии, не имея ни малейшего представления о своей дочери. Когда Гермиона хотела вернуть им память, она обнаружила, как счастливы они были. Ее мать была глубоко беременна, а отец открыл кофейню рядом с их домом. Они жили так, как всегда мечтали. Девушка просто не осмелилась разрушать их счастье. Но периодически она навещала их, притворяясь подругой сестры матери.       Громкий стон рядом с ее ухом вытащил Гермиону из мыслей. Она открыла глаза и поняла, что твердая подушка, к которой она прижималась, на самом деле оказалась грудью. Мужской грудью с коротким рыжими волосами, разбросанными на ней. Гермиона села, отдаляясь от фигуры и неосознанно отползая в кровати. Все было в тумане, пока она не почувствовала легкий ветер из открытого окна. Почувствовав прохладу, девушка поняла, что ее грудь была обнажена. И она была почти уверена, что под одеялом, которое прикрывало ее бедра, тоже ничего не было.       Она схватила одеяло и потянула на себя, чтобы прикрыться, не рискуя смотреть на спящего рядом мужчину. Его знакомые рыжие волосы беспорядочно разметались во все стороны, а на лице красовался особый узор веснушек. Это был один из близнецов. Гермиона не могла поверить в это! Она была совершенно голая в кровати с одним из близнецов.       Другой беглый взгляд позволил ей выяснить, что это был Фред, так как оба уха были на месте. Она ощутила легкое облегчение, потому что Джордж сделал предложение Анджелине неделю назад. Она хотя бы не провела эту ночь, разрушая отношения своих друзей. Облегчение было легким, очень легким.       Она ничего не могла поделать, позволяя себе медленно разглядывать его. У него был четкий пресс с шестью хорошо обозначавшимися кубиками. У Фреда было хорошее тело, твердое и подтянутое из-за долгих лет квиддича в Хогвартсе. Девушка проследила за тонкой полоской рыжих волос, спускающихся вниз живота и скрывающихся под одеялом. — Черт, — застонал он, поворачиваясь лицом к Гермионе. Когда он открыл глаза, то выглядел не менее удивленным, чем чувствовала себя она.- Грейнджер? — Фред? — Гермиона ответила с кивком и круглыми глазами.       Фред попытался сесть, но одеяло сползло вниз, открывая полоску волос еще больше. Он быстро схватил его и потянул его дальше наверх. Одеяло сползло с Гермионы, позволяя побледневшему Фреду видеть ее грудь. Его взгляд скользнул на открывшуюся часть тела, прежде чем прерваться и посмотреть на ее лицо. Очевидно это стоило больших усилий. Гермиона с шумом втянула воздух и прикрылась одной рукой, попутно пытаясь натянуть на себя одеяло другой. — Боже, Грейнджер, ты голая! — c упреком сказал Фред, прежде чем поднял одеяло и осмотрел на себя. — Черт! Я тоже! — Я не понимаю, что произошло, — прошептала Гермиона, потирая висок. Голова гудела. Острая боль в ее обезвоженном теле от слишком большого количества выпитого алкоголя стала ощутимее. — Я могу объяснить. Даже воспроизвести в деталях, если хочешь Грейнджер, — предложил Фред с нахальной ухмылкой. — Я понимаю ЧТО случилось, но не понимаю, как это могло случиться между НАМИ. Я не помню, чтобы мы даже разговаривали, — пробормотала Гермиона.       Фред закатил глаза, наткнувшись на смущение покрывшейся румянцем девушки, и уголок его рта дернулся в улыбке. — Это очевидно. Ты так сильно меня хотела, что споила и воспользовалась моим совершенным телом. — Я думаю, что с тем количеством, которое ты вчера выпил, это не составило мне большого труда, — фыркнула Гермиона. — То есть ты согласна, что ты хотела меня из-за моего тела? — засмеялся Фред.- Никогда не думал, что смогу сказать, что Гермиона Грейнджер воспользовалась мной. — Я думаю, мне стоит уйти, пока твоя мама не встала готовить завтрак, — сказала Гермиона, оглядываясь в поисках своей вчерашней одежды. Она чувствовала себя очень неловко: у нее никогда не было партнеров на одну ночь. У нее было всего два любовника до этого. Теперь три. Но она не спала с Крамом. Это была лишь интрижка, вызванная подростковыми гормонами. — Да, ты права, — согласился Фред, свешиваясь с кровати, чтобы кинуть Гермионе ее красное платье. — Не волнуйся, я закрою глаза. Он закрыл глаза, как только Гермиона избавилась от одеяла и натянула платье. Она нашла лифчик, туфли и сумку, раскиданными по всей комнате, но нигде не было ее трусиков. В итоге она сдалась и решила идти без них. — Я одета, — сказала она, и Фред открыл глаза. — Я лучше пойду. — Гермиона, насчет этой ночи… — Все в порядке, Фред. Мы были пьяны и оба немного сглупили. К тому же, мы взрослые, удовлетворяющие свои потребности люди, ведь так? — Гермиона убедила его улыбкой. — Мы же останемся друзьями? Это ничего не изменит? — Мы всегда будем друзьями, Гермиона. У меня была великолепная прошлая ночь, хотя бы те отрывки, которые я помню, были фантастическими. С нетерпением жду, когда вспомню все остальное, — Фред подмигнул покрывшейся краской Гермионе. — Я тоже. Было здорово расслабиться хотя бы на одну ночь, — ответила Гермиона, надевая обувь. — Но давай оставим это между нами. — Нет проблем. Не думаю, что Рон будет рад, если узнает. Да и мама будет не в восторге. — Спасибо, Фред, — Гермиона обошла кровать и поцеловала его. Затем она прошла в гостиную к камину и переместилась в Нору.       Она аккуратно прокралась наверх, в комнату Джинни. Она была счастлива, что все еще спали. Она переоделась в свою пижаму и легла в кровать. Впервые Рон не появился в ее снах, она думала о волшебной ночи с Фредом Уизли. Она спала крепко.