Заметки о том, как ухаживать за Хаскером.
Отрывки из дневника великого, страшного и могучего Радио-демона.
***
Доброе утро, мои дорогие читатели! С вами я, ваш бессменный радиоведущий Аластор! Вероятно, вы удивлены, почему же я вещаю не по своему излюбленному радио, а пишу данный дневник, который вы и читаете сейчас? Все очень просто! Я устроил себе отпуск. Просто я решил попробовать себя в чем-то новом. Почему же именно дневник? Вести его я начал благодаря своему верному другу Хаскеру.
Будучи приверженцем радио, я с недоверием относился к тому, что мой старый вредный кошак дорогой Хаск постоянно ведет записи о себе и своих днях. Это привычку я заметил у него еще давно, за несколько десятков лет до того, как я решил принять участие в развитии плана Принцессы Шарлотты, а именно Отеля Счастья который я благополучно переименовал в отель Хазбин. Уже тогда Хаск запирал в ящике своего стола небольшую потрепанную тетрадь в кожаной обложке. И на мое вежливое уточнение, что это, он без всякого стеснения ответил: «Дневник». Тогда я еще удивлялся: как это, Хаск пишет дневники? И я тогда еще думал: о чем же он может писать? Нет, не подумайте, я люблю читать мемуары особенно личный дневник Хаскера, и имея опыт чтения его дневника уже как полгода, я могу смело заявить, что у моего дорогого Хаска если не талант в писательстве, то как минимум у него есть зачатки этого самого таланта, ибо пишет он очень интересно. И еще одна причина, почему я люблю читать его дневник — Хаск ничего не скрывает, когда пишет обо всем, что с ним случилось, и что он переживает, и я имею возможность, если я ошибся и как-то задел Хаскера такое, к сожалению, случается, понять, что я что-то сделал не так узнать о себе много чего нового, возможно, даже в не совсем цензурном виде, и извиниться перед ним. Но я не был уверен, что подобное может получиться и у меня, и поэтому с подозрением относился к мыслям о том, что мне, возможно, тоже стоит завести себе дневник. Но Хаскер, видя мои мучительные раздумья, на мое удивление поспешил мне на помощь. Как это все случилось?
Он просто однажды потихоньку отозвал меня в свою комнату.
— Хаски, дорогой мой, у тебя что-то случилось? —
стоя на пороге, вежливо уточнил я, пока моя дорогая кошка мой милый друг копался в шкафу и всячески не давал мне подойти к нему и заключить его в крепкие боковые объятия, дабы он успокоился и сказал мне о том, что он хотел со мной делать.
— У меня все, блять, нормально. Просто я хотел подарить своему придурку, то есть тебе, один маленький подарок, — нервно отозвался Хаск, мотая длинным хвостом. Его большие прекрасные крылья кровавого оттенка тревожно хлопали за спиной Хаска, прекрасно выдавая его… взволнованность? Да, Хаски определенно был чем-то взволнован. Я уже был слишком заинтригован, поэтому намеревался подойти к нему с целью как минимум успокоить его, как вдруг Хаск застыл в странной позе и судорожно выдохнул, резво прижав что-то к своей груди.
— Хаскер? — я застыл в нерешительности, как кот кинул на меня привычный взгляд исподлобья и шумно выдохнул.
— Успокойся. Все нормально, — мне не было понятно, говорит ли он это себе, или он все-таки обращается ко мне, но я его послушался и довольно закивал, мило для серийного маньяка-каннибала улыбаясь Хаску. — Ты это, — Хаск заметно стушевался, смотря на меня через плечо и не решаясь ко мне повернуться, — Сделаешь мне одолжение: закрой глаза, о-кей?
Услышав его, я заинтересованно улыбнулся.
— Закрыть глаза, говоришь? — я широко улыбнулся, обнажив свои зубы, когда Хаск смущенно рыкнул и громко хлопнул крыльями. Я очень сильно люблю его дразнить, и искоренить это в себе у меня никак не получается.
— Черт тебя бы побрал, да! — он огрызнулся, и я не сдержал еле слышимый смешок.
— Какие манеры, — хохотнул я, когда внезапно черты этой милой кошачьей морды приняли мрачноватое, но неуверенное выражение лица. Я не переставал улыбаться, однако Хаск точно был уверен, что я на мгновение испугался. Если честно, так и было. Не хотел бы казаться голословным, но после всего, что связывало меня и Хаскера, было бы глупо думать, что мне не все равно, что с ним. — Конечно, мой друг. Как скажешь, — уже со вздохом я прикрыл глаза, перед этим увидев его взгляд. Он был очень выразительным. И похоже, ему тоже не все равно. Я позволил себе легкую улыбочку и начал напевать себе под нос, когда ощутил легкое прикосновение к своей руке. Я могу поклясться своими рогами, что разорвал бы всякого, кто притронулся бы к моей руке, и я уже было распахнул глаза с намерением взглянуть на этого безумца, как увидел знакомые когти на своей руке. Мне хватило минуты, чтобы прийти в себя и убрать свой безумный оскал. В конце концов, это Хаск. И этим все сказано.
— Можешь открыть глаза, — хрипло протянул он и аккуратно повел лапой по моему плечу. Я продолжал улыбаться, когда глаза мои распахнулись, и я заметил, как мой ненаглядный старый, вредный кошак-засранец друг прячет свою руку за спиной и очевидно мнется, неловко дергая крыльями.
— Хаск, если ты хотел подраться со мной, мог бы сказать это напрямик, — я снисходительно улыбнулся, пока его брови в жесте восхитительного недопонимания приподнялись вверх, и кивнул на его руку, — У тебя в руке нож, я угадал?
— Если бы я хотел тебя укокошить, я бы затолкал тебе в твою ебучую глотку водку, а потом выпер бы отсюда и не показывался бы тебе на глаза месяц, как бы ты меня ни искал, — когда мозг Хаска не отравлен этим самым алкоголем, он прекрасно знает, чем меня можно поддеть. И кстати говоря, это вполне справедливо. Я прекрасно понимаю, что у меня отвратительный характер, несмотря на то, как я веду себя на публике. И то, что Хаскер, хоть и поливает меня отборнейшей руганью, остается со мной, это поистине великолепный пример его преданности. — Я хочу… Блять, я никогда не умел нормально делать подобное дерьмо, — кот потер свободной лапой затылок. он буквально краснел от злости, но шерсть не давала мне этим насладиться вдоволь.
— Хаски, Хаски, Хаски,— я широко улыбнулся, положив ладонь на пушистое плечо моего друга, и легонько сжал его. — Ты же знаешь, что в любом случае я выслушаю тебя. — Хаск поднял на меня взгляд, выгнув красные брови, и сейчас я увидел одно из редчайших событий в моей загробной жизни: он устало улыбнулся. Да, поверьте мне на слово, он тоже умеет улыбаться. Он так красив, когда улыбается… Улыбка его была измученной, но что-то в ней было искренним. В отличии от меня, он показывал своей улыбкой все, что у него было на уме. И хотя меня это раздражает в большинстве людей, я могу примириться с этой чертой Хаска.
— Что же… Слушай сюда, ублюдок улыбчивый, — спрятав улыбку за смущением, начал Хаск. — Я уже заебался от того, что ты постоянно тыришь мой дневник, поэтому… — тут Хаск вытащил со спины то, ради чего он меня и позвал, и протянул его мне. Этим оказалась коробочка, неумело упакованная и украшенная красным бантом. Я заинтересованно глянул сначала на подарок, после поднял глаза на Хаска.
— И что это?
— А ты возьми и проверь, — проворчал Хаск, все-таки впихивая свой подарок в мои ладони. Критично осмотрев упакованное нечто, я потянул пальцами за конец бантика и откинул на стол ставшее ненужным украшением с порванной упаковочной бумагой. Сейчас меня распирал настоящий интерес. И каково же было мое удивление, когда спустя секунды, показавшиеся мне вечностью, я увидел на своих руках довольно увесистый блокнот с ярко-красной обложкой. Раскрыв тетрадь, я пролистал ее и пробежался взглядом по строкам. Это было похоже на обычную тетрадь для записи. И что меня заставило удивиться, она была совершенно пуста.
— Хаскер? — я оторвался от созерцания пустоты на листах странного подарка и посмотрел на Хаска. Тот вяло приподнял бровь, скрестив лапы на груди.
— Ты серьезно ничего не понял? — устало вздохнув, он потер переносицу. — Это твой дневник.
— Но я же не вед… — внезапно в комнате послышался звук съехавшей пластинки. — Это… Это мой дневник? Ты подарил мне дневник? — я был жутко растерян от простого подарка. Если бы мне было что-то нужно, я мог забрать это силой, или материализовать это. И тут Хаск дарит мне мой собственный дневник, чтобы я вел его?
— Дошло до идиота, — Хаск вздохнул с большим облегчением и приблизился ко мне, протягивая в руках несколько перьевых ручек. — Теперь ты можешь вести свой дневник и писать там все, что ты пожелаешь.
От этой новости у меня захватило дух. Прям-таки все?
— Ты не шутишь? — я взволнованно посмотрел на Хаска. — Смогу написать все, о чем только захочу?
— Да хоть о своих выступлениях по радио и о подробнейшей ебанной резне, — вздохнул Хаск, впихивая мне в руки эти самые ручки. А они-то зачем? Но тем не менее, меня охватил восторг. Это был мой первый дневник, и он принадлежал мне!
— О, Хаски, это великолепный подарок! — заявил я, крепко обняв его за плечи в моем излюбленном жесте. Кот что-то забурчал, но позволил это сделать, не отталкивая меня. Он явно привык ко всему этому. — Ах да. А зачем эти ручки? — конечно, вопрос был глупым, но ведь у нас имеются ручки. Или это еще один странный подарок, который я не буду использовать, но возьму из-за того, что не хотел бы видеть расстроенного Хаска?
— Это ручки для каллиграфии, идиот, — мягко отчитал меня Хаск и, забрав их у меня, начал возиться с ними.
— А… И… Что ты делаешь? — аккуратно уточнил я, ничуть не расстроившись. Такое поведение от Хаска было обыденным, и оно было довольно мягким, каким бы грубым он ни пытался быть.
— Эту хрень сюда... Это сюда, — бормотал Хаск, с трудом закручивая в ручку странный длинный предмет, похожий на… палочку. Я не знал, как это называется, а Хаск бы в любом случае не сказал мне сразу. — Это ебучие катриджи для этих гребаных ручек, и они пиздецки плохо закручиваются. С моими-то когтями, — заметил кот, весьма помрачнев.
— Давай я помогу, — я тотчас схватил с его рук едва собранную конструкцию и понял, что я не умею с ними обращаться.
— Затолкни эту хрень поглубже и закрути ее до щелчка, — последовал совет от Хаска, который внимательно наблюдал за мной.
— Так? — я выполнил все в точности, как он сказал, и услышал заветный щелчок.
— Теперь делай также со второй. — лениво продолжил Хаск, совершенно расслабившись. Я довольно хмыкнул и завершил сборку ручки, заинтересованно разглядывая ее в руках. Обычная перьевая ручка… Со странными катриджами.
— А ты умеешь ими пользоваться? — неуверенно задал я вопрос, посматривая на ручку. В свое время я не помнил, чтобы когда-либо пользовался такими ручками. Я помнил обычные ручки, но не помнил ничего подобного.
— А ты что, не умеешь ими писать? — скептично поинтересовался кот. Я лишь отвел взгляд в сторону, а Хаск, тихо вздохнув, аккуратно взял у меня одну из ручек и снял с нее колпачок. — Смотри, я сейчас показываю один раз. — пробурчал он, пока я услужливо открыл тетрадь перед ним. Хмыкнув, кот начал водить ручкой по бумаге. Чернила оказались красного цвета. Я с восторгом глянул на Хаска, пока тот сосредоточенно вычерчивал что-то на бумаге. И скоро в его почеркушках я смог увидеть силуэт оленя с могучими рогами. Красными чернилами. Я с искренним восторгом посмотрел на кота, который, закрыв колпачок, протянул мне ручку.
— Хаск, это потрясающе! — даже с когтями, он смог начертить такую прекрасную вещь!
— Да ладно тебе. Считай, это пример для тебя, — потерев затылок, хмыкнул он. Я раскрыл вторую ручку и, сосредоточенно нахмурившись, начал шустро водить ею по бумаге. Хаск с некой заинтересованностью заглянул через мое плечо на то, что я пытался изобразить. Я лишь шумно хмыкнул и резко закрыл свою ручку.
— Готово! — кот послушно посмотрел на тетрадь и скривил губы в подобие улыбки: я с трудом, но сумел нарисовать силуэт крылатого кота в шляпе.
— Неплохо, Ал, — он похвалил меня, наградив меня улыбкой, и я гордо улыбнулся. Мгновение, и подарок аккуратно устроился на столе, а я же крепко обнял Хаска обеими руками, счастливо улыбаясь во все зубы.
— Большое тебе спасибо, мой друг! — довольно рассмеялся я, прижавшись к пушистой щеке Хаска и ткнувшись в нее носом. Было щекотно из-за шерсти, но я был слишком рад, чтобы обращать на подобное внимание.
— А-а… — кот с шумным вздохом махнул лапой и нехотя обнял меня в ответ. Видимо, он был слишком уставшим, чтобы убеждать меня в чем-либо. Улыбаясь, я решил присесть на кровать, и завлек Хаска к себе на колени. Кот поворчал, поморщился, но уселся поудобнее, улегшись на моем плече.
— А я смогу также читать твой дневник? — внезапно мне взбрела в голову мысль, что теперь, когда я могу сам вести дневник, Хакс перепрячет свой дневник, и я хотел удостовериться, что этого не будет.
— Ничего не обещаю, — смачно зевнул Хаск и потерся об мое плечо. Если бы это сделал кто-то другой, он бы уже лежал, истекая кровью — Но ты единственный на этот счет, успокойся.
Я широко улыбнулся и начал чесать его щеку, стараясь услышать его мурлыканье. Побурчав, кот шлепнул меня по ладони, однако я не отставал.
— Я буду давать тебе читать мой дневник! — бодро заявил я, почесывая его подбородок.
— Только без сцен с расчлененкой, осел, — проворчал Хаск, но я услышал от него заветные звуки. Мурлыканье разнеслось по всей комнате, а я же довольно улыбался, почесывая Хаска по голове.
— Как скажешь, Хаскер.
Теперь вы поняли, как я начал вести этот дневник. Но теперь я вижу, что вас мучает еще один вопрос: а что же вы увидите здесь?
Вопрос вполне интересный. Но ответ на него очень прост: мои взаимоотношения отношения с Хаскером, безусловно! Почему именно с ним? Он, хоть и вредный кот-алкоголик, но очень предан мне. Он мой близкий друг, и с ним все же можно найти общий язык, особенно если запастись терпением и парочкой бутылок хорошего хоть и дешевого коньяка или любого алкоголя. Ну, и у меня, за пятьдесят лет нашей дружбы с Хаском, имеются свои уловки, как взаимодействовать с Хаском и поднять ему настроение выше плинтуса. Ну, а мне уже пора вас покинуть! Мне необходимо навестить Хаска, выполнить все уловки для нормального общения с ним и заодно как следует повеселиться!
