Занято

Ойкава знал, где он может встретить Хинату. Тот, кто знаком с Шоё, точно понимал куда сбегает этот воронёнок перед играми. Капитан хочет увидеть предмет воздыхания прямо сейчас, в данную секунду и мгновение. Казалось ещё немного и все чувства выплеснуться наружу и ничего не сможет их остановить. С каждым поворотом сердце ускорялось в бешеном темпе, а дыхание сбивалось от того, что парень перешёл на бег. Тело само тянуло вперед, мозг отключился уступая место желаниям и инстинктам. "Пожалуйста, будь там" Эта мысль крутилась в голове круговоротом, не думая останавливаться и выветриваться. Тоору уже не в силах сопротивляться себе и своим желаниям. Иваизуми доказал это своим неуверенным вопросом: "Добиваться?". Но первый номер твердо ответил: "Да!". Остался последний поворот и вот перед ним находится дверь с вывеской мужского туалета. Ойкава остановился как вкопанный и попытался отдышаться, чтобы перевести дух перед возможной встречей. Если встречи не будет, кто знает когда они ещё смогут увидеться один на один. Шатен протянул руку к ручке, собираясь открыть ее и зайти в злополучное место, но не успел дотронуться до нее, как кто-то сделал это за него. Пришлось сделать шаг назад, чтобы не быть пришибленным. Сердце остановилось, будто всё - пришел его час отправиться на небеса; дыхание замерло, а бабочки в животе решили станцевать вальс, где гвоздь программы стало непонятное сальто. В горле пересохло, а тело пробила невесомая дрожь. — Ой, Великий Король, — чуть отойдя назад, пискнул маленький воронёнок. Такой знакомый и приятный голос, доводящий до экстаза всего тремя словами; прозвище, которое Хината самостоятельно придумал ему(что, конечно, невероятно льстило, ведь с таким неподдельным восхищением смотрел на него его любимый коротышка), странное, но Ойкава не против, чтобы он произносил только это. — О, Чиби-чан, — мягко протянул Ойкава, когда смог более менее вернуть контроль над собой и сделал шаг вперёд, заставляя Шоё в лёгком испуге отодвинуться назад. — Что вы тут делаете? — тихо прошептал Хината, заходя спиной обратно в туалет. Все начиналось так хорошо! Не считая боли в животе, но теперь Шоё встретился с капитаном команды соперников. С Великим Королем между прочим! "Туалет слишком опасное место. Пора научиться терпеть" Подумал Хината, увидев расслабленного Тоору впереди. Он мог бы просто быстро ретироваться, но парень перекрыл ему все пути к побегу. — Ничего такого, Чиби-чан, — приторно сказал Ойкава и подошёл ещё ближе к Хинате, которому уже некуда было отступать. Что ж поделать, проклятые стены. — Эээ... У нас сейчас игра, может пойдем? — почувствовав за собой холодную гладь, Хината понял, что всё – он в ловушке и лучший вариант спастись от пугающего Ойкавы – это сослаться на игру и сбежать как можно быстрее. — Конечно, — улыбка Тоору не выглядела обнадеживающе и приятно, даже наоборот, заставила насторожиться. Парень подошёл к рыжему и протянул руку, мягко дотронувшись до плеча Хинаты. Тот пискнул, не ожидая физического прикосновения. Тоору же, словно не веря себе, нежно сжал кожу Шоё, проверяя, сон это или явь. Да, Хината Шоё здесь, прямо перед ним. Стоит и удивлённо хлопает своими большими глазами, обрамленными густыми черными ресницами, которые так соблазнительно подрагивали. В них целая вселенная, которая не могла оставить равнодушным ни одного человека на земле. От этих мыслей у Ойкавы закружилась голова, и ярость поднялась прямо к горлу, застревая тугим узлом. Парень положил обе руки на плечи Хинаты, который не смог сказать и слова, не говоря уже о телодвижениях. Почувствовав обжигающее дыхание на своем теле, капитан невольно закрыл глаза, пока сердце отбивало чечётку, собираясь пробить грудную клетку.

Хината.

Такой мягкий и теплый прямо рядом с ним, смущённо держит руки у него на груди, пытаясь отодвинуть или, скорее, не дать приблизиться слишком близко; стеснительно метает взгляд из стороны в сторону, не зная что делать и как реагировать; красный румянец распространился не только на щеках, но медленно перешел и на уши, делая своего хозяина похожим на помидорку. Сердце не переставало бешено стучать, а мозг словно отключился выдавая только: мило мило мило мило мило мило мило мило мило мило мило мило Казалось Ойкава сейчас задохнется от такого сладкого запаха и наивности Шоё, выглядевший сейчас как потерянный ангелок. Хотелось поиздеваться ещё сильнее, поэтому парень приблизился чуть ближе, без труда сгибая руки соперника и издевательски протянул: — Чиби-чан, у тебя жар? — лицо Хинаты в этот момент оказалось что-то с чем-то. Губки, сложившиеся в тонкую линию, сведенные к переносице брови и сжатый вздёрнутый носик – всё это привлекало и тянуло к нему. Но нельзя спугнуть, о чем он позабыл, как только прижал карасуновца к стене... — Великий Король, что Вы делаете? — всё таки смог выдавить из себя хоть что-то Шоё и резким движением оттолкнул наглую персону от себя и поспешил отскочить на приличное расстояние. Поближе к двери, конечно. Тоору почувствовал некую опустошенность больше не чувствуя тепло исходящее от чужого тела, но виду не подал. Он и так тут слишком проявил свои эмоции, отпугнув приманку Карасуно. — Чиби-чан, ты такой жестокий, — и театрально положил руку на сердце, грустно закрывая глаза при этом не забыв томно вздохнуть. У Хинаты даже дёрнулся левый глаз от такого. Ему просто хотелось сходить в туалет, чтобы успокоить свой болезненный живот, а в итоге получилось это. Зато, как подметил Шоё, живот перестал болеть, что несказанно радовало его, но не в такой же ситуации... — Я... Эм... Ойкава-сан, я пойду. Меня, наверное, уже заждались, — пискнул Хината и показал пальцем на дверь, когда пронзительный взгляд устремился на него, выбивая из равновесия. — Извините, — рыжий сам не знал за что просил прощения, но это само вырвалось из его уст. Хината поклонился и ещё раз пробормотал извинение, поспешил удалиться и оставить капитана Аобаджосай одного без зазрения совести. Ойкава ослепительно улыбнулся и как ни в чем не бывало перекрыл путь вороненку, возвышаясь как скала. Его улыбка и взгляд не предвещали ничего хорошего, судя по тому, какая аура сейчас окружает его. Хината даже подметил, что Великий Король слишком сильно сжал ручку двери. Напряжённо и раздражённо. Парень боялся лишний раз выдохнуть. Все таки рост и аура человека имела огромный вес особенно сейчас, особенно для Шоё. — Чиби-чан, — несмотря на широкую улыбку, Хината ощутил стальные и жестокие нотки в голосе соперника. — Ты и правда жестокий, — улыбка медленно сползла с лица, открывая обзор на надменное выражение: усмешка, уверенный и строгий взгляд, брови, одна из которых слегка приподнята вверх. Парень не дал и шанса что-либо сделать нападающему, вцепившись в его плечи и резким движением повалив на, слава Господу, чистый пол. — Ой! — только и успел "ойкнуть" Хината, перед тем как удариться копчиком о пол и прикрыть глаза от не шибко приятных ощущений. "Коротышка" попытался встать, но перед ним оказалась широкая грудь Ойкавы, а по сторонам от его головы накаченные и, каким-то не понятным образом, изящные руки. Они схватили Хинату в своеобразную клетку, не позволяя хоть как-то избежать такого поворота. — Что за!? — крикнул Шоё, но сразу встретился с холодными глазами Тоору и вмиг замялся. Стало ещё больше не по себе. Ойкава смотрел на парня под собой и он точно понимал, что действительно одержим. Другого объяснения не найдёшь. У него фетиши буквально на каждый миллиметр Хинаты: худые и маленькие ладошки, с выпирающими костяшками, большие янтарные глаза, в меру пухлые губы, маленький рост, рыжие волосы, курносый носик. Господи Господи Господи Господи Господи Кто-нибудь спасет его от него же самого? Или он так и будет сходить с ума? — Ойк... — Ойкава вернулся в реальность, как только почувствовал на своей груди кисть Шоё, который, скорее всего, пытался таким образом отодвинуть его. "У тебя сейчас не то положение, совсем не то" — Помолчи, — одно слово, но Хината затих, что не могло не радовать Тоору. Парень наклонился к лицу возлюбленного и прошёлся внимательным взглядом, изучая каждый дюйм, каждую веснушку и напряженную мышцу. Вскоре он остановился на желаемых губах, которые так и просили себя поцеловать. Хината приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но от этого первый номер тяжко сглотнул, ощущая тугой и сладостный узел в нижней части тела. — Ты сам виноват, Шоё, — нагло и холодно бросил Ойкава. Он сжал чужую руку, которая все ещё упиралась в его грудь и резко откинул в сторону. Шатен обхватил талию рыжеволосого и нетерпеливо приподнял.

Их губы сомкнулись.

Ойкава не был нежен и сразу перешёл в наступление. Он ждал этого слишком долго и теперь не собирался останавливаться. Хината от неожиданности взвизгнул и капитан воспользовался таким моментом, углубляя властный поцелуй, тем самым сплетая из языки в бешеном танце. Он закрыл свои сияющие желанием глаза и прижал парня к себе так, чтобы можно было почувствовать всё тело. Ойкава понимал, что ему сносит крышу. Хината сладкий и нежный, такой мягкий и податливый. Губы так и пылают огнем, а сам Тоору сгорает от наслаждения. Одна из его рук мягко переместилась на бедро приманки, тот от такого напора чувств даже не заметил этого, что играло на руку первого номера. — Гм... — мягко говоря смущённо протянул Шоё, как только Ойкава оторвался от него. Хината выглядел потерянным, но след на его губах приносил Ойкаве такое удовлетворение, что все это кажется сумасшествием. Хотелось больше, он не может ограничиться меткой только на губах. — Не надо, Ойкава-сан, — попытался остановить связывающего солнышко, но его вновь заткнули наглым поцелуем. Через пару секунд они с шумом оторвались друг от друга, но Ойкава приблизился к шее и крепко обнял рыжего, чтобы тот не смел двигаться. — Что... Вы делаете? — Хината пытался донести свой "протест", но был благополучно проигнорирован. Ойкава поцеловал выпирающие ключицы и принялся непрерывно оставлять свои метки в виде засосов, как бы говоря "Моё. Не трогать". А Шоё сделать ничего не мог. Ему было страшно, приятно и ещё раз страшно. Эти эмоции смешались в одну и он ощущал себя потерянным, но после очередного укуса где-то в районе шеи не сумел сдержать стон, тут же заливались краской и закрыв рукой рот. "Это правда был я? Как же стыдно, черт!" Хината покраснел пуще прежнего, хотя казалось, куда ещё больше? Голова набухла, грозясь в любую секунду взорваться от неловкости, смущения и непонимания. Но самое ужасное, что он ничего не мог сделать против Великого Короля, совсем ничего. Тело будто не слушалось хозяина и просто отвечало на напор оппонента, словно так и должно было быть и он делал это множество раз! Какого черта, спрашивается? Спустя некоторое время Ойкава сумел оторваться от шеи рыжего и открыл глаза, переводя взгляд прямо в большие янтарные глаза смущенного парня. — Боишься? — он попытался слегка надавить на приманку, но изо рта вырвалось лишь одно слово с хрипотцой. В горле пересохло от возбуждения, а искорки страсти так и сверкали, показывая, что это было правда и на полном серьезе. — Да, — честно признался Хината и отпустил взгляд на свои руки, которые сжимали чужую джерси в районе живота. Он не знал что и думать, что делать и как вести себя с Великим Королем дальше, но от одного момента вся голова начала ходить ходуном – при каждом прикосновении соперника сердце билось как невменяемое. Это... Так и должно быть? Такое бывает только после того, как у него получается пробить "странную быструю" открытыми глазами. Тоору ласково провел пальцем по алой щеке и спустился до подбородка, резко поднимая его, чтобы вновь встретиться с обожаемым глазами. — Я тоже, — попытался сгладить ситуацию и крепко обнял карасуновца, прижимая к себе и не желая отпускать. Он не солгал, ему правда страшно и волнительно. Ещё немного и сдержаться бы не получилось, а ломать Хинату окончательно нельзя, хотя очень даже хочется. Нравилось вот так сидеть и держать Шоё в своих объятиях, вдыхать приятный и крышесносящий аромат, трогать маленькие ручки, трепать рыжие волосы и просто любоваться им всем. Но ничего не может продолжаться вечно и пора отпустить друг друга, чтобы наконец разойтись по командам и снова стать соперниками, как всегда говорить: "Чиби-чан" и "Великий Король" будто ничего и не было между ними сегодня, сейчас. Хотелось такого развития событий? Нет, конечно нет. — Чиби-чан, — позвал Хинату Ойкава и приблизился к противоположному лицу, дотрагиваясь до его лба своим. Рыжий не отстранился и просто посмотрел на Тоору, — я люблю тебя. Шоё не мог выдавить из себя и слова, но не мог и оторвать взгляд от идеального лица Великого Короля, всматриваясь очень внимательно, ища ответы на свои вопросы. Парень немного отодвинулся от шатена, от чего у второго на лице отразилось разочарование и даже некое отчаяние, но рыжий просто обнял первый номер, утыкаясь носом в широкую грудь. Ойкава удивился и замер боясь спугнуть такое явление. Убедившись, что это происходит по настоящему, его губы тронула естественная и живая улыбка, которая выскакивает крайне редко. Капитан обнял десятый номер и зарылся лицом в рыжую макушку.

Слова здесь не нужны.