Легенда о Крылатых кошках

- Маам! Я пошёл! – крикнул в ладошку Герал, так что бы мама услышала его с первого этажа. Затем он схватил со стула свою сумку, которую ему подарили на прошлый день рождения и побежал в дверной проем, озаренный ярким светом. Ветер крепчал, становился сильнее и сам мальчик. Солнце ослепляло, но от этого глаза Герала лишь становились горячее как лесной пожар. Сколько ему было на тот момент я уже и не помню, но он точно осознал что сердце в его груди бьётся не просто так. У него есть предназначение. И он его исполнит. - Я иду, Винсент… - уверенно, задумчивым голосом проговорил мальчик. Он сказал это мировому ветру, что бы весь свет услышал его. Потоки скулили в воздухе, лаская травы и цветы, и блестящая рябь проходилась по этим зелёным волнам, как шёлковое сияние. Герал натянул на свои глаза очки и приготовился лететь со склона как самый настоящий лётчик, управляющий самолётом под названием Небосвод001. И он побежал вниз, раскинув руки как крылья, и теряясь за холмиками, как в бушующем море. День что то готовил, что то необычайно великое и долгожданное. Герал достиг своей цели и вбежал в помещение, путаясь в висящей вместо двери красной потертой ткани. Ещё не выбравшись из этой ловушки он со всех сил прокричал: - Сев'еры прибыли! – он выскочил вперёд и упал на колени, запнувшись обо что то твёрдое. Запахло маслом и чем то горелым, тугим и терпким. (Сев'еры – так называли странников, что путешествовали по всему свету, собирая и развозя таинственные артефакты и сувениры по другим городам. Свое название получили в честь древней кошачьей богини. Сев' ера – богиня драгоценных камней и мудрости) - Что?! Как? Уже здесь! – вдруг послышался другой мальчиковый голос, а затем Винсент, вылете из какой то коморки споткнулся и полетел вниз. С грохотом какая то деталь полетела из его рук и прокатилась на улицу, обогнув сидящего Герала. Теперь они оба распластались на полу, сверля друг друга изумленными глазенками. - А-а-а! Они же приезжают лишь на один день! Всего лишь день.. – протянул Винсент держась за коленку, его голос изогнул причудливую волну от боли в ушибленном месте. - Мы ещё можем успеть! Рынок открыт до вечера! – Герал подбежал к другу и схватил его за лапу, с силой потянув на себя. И тут же они выбежали бросив все свои дела, и валящиеся винтики и горящую лампочку в коморке. Сегодня был тот самый единственный день, когда рынок из простой шумной и наглой улицы превращался в нечто удивительное, волшебное, сияющее. Сегодня весь народ встречал караван Сев'еров, торжественно входящих во врата города с тяжёлыми сумками на плечах, а в них стучащие склянки, книги, амулеты. Загадочные странники, чьи лица были скрыты в тёмных балахонах с синей отделкой. Даже взрослые преисполнялись великим трепетом в этот знаменательный день. Мальчики бежали прямо к воротам, по извилистой равниной тропинке. С улиц уже доносится приятный шум торговли и возгласы аукциона. Сев’еры приносили в этот городок магию. Герал и Винсент уже мчались сквозь толпу и лавки набитые и едой, и ножами, драгоценными камнями и книгами. Каждый наступал друг другу на лапы, пытаясь пробиться Через эту волну горожан, но маленьким мальчишкам не составило труда проскользнуть сквозь всех взрослых. Кто то ворчал от того, что прямо в толпе у него свистнули кошель, и уже через секунду начиналась погоня, но как же было забавно, что на это никто не обращал внимания. Пахло разными вкусностями со всего материка, но даже не смотря на гудящий живот, ребята хотели пробиться лишь к одной, единственной важной для них лавке. Будто бы через джунгли они, не останавливаясь, бежали, а потом пробились вперёд, рухнули на коленки и с горящими глазами про кричали в один задорный голос. - Мияр! - Мияр! – они как дети подползли к торговцу перед ними, который расположился на фиолетовом ковре из дорогой ткани возле остальных торговых гнездышек. Камушки, лежащие возле его ног блестели будто бы ярче всех остальных на этом рынке. Он взмахнул руками вверх, сидя в позе бабочки. - Мальчики! Я уж было думал что вы не придёте! Неужто позабыли! – раздался нежный, и как ткани его одежд бархатный голос. Если бы его можно было с чем то сравнить, это наверняка была бы ледяная вода в горном пруде, окруженном белоснежными кувшинками… - Эааа, мы еле успели! - Мы так рады тебя видеть, Мияр! – они кинулись к нему с объятьями, от чего другие Сев'еры с интересом поворачивались на своего брата по судьбе. Вы задумались о том, как же так получилось? Уважаемый господин горных дорог, мудрый и почитаемый странник оказался втянут в эту невероятную историю? Мияр был не таким как все остальные торговцы, за что его благополучно называли отшельником среди других отшельников. Сев'ер – это не просто профессия, которую можно легко получить. Это целое клеймо, выжженное на твоей жизни. Сев'еры отказывались от своей судьбы, теряли имя, прошлое, семью. Становились буквально безликими призраками, скитаясь круглый год по городам, через моря и пустыни. Сев'ерам было запрещено показывать свои лица всем, кроме собственных братьев, было поверье, что кошки, увидевшие лик Сев'ера будут прокляты на целый век. Но на самом деле никакого проклятья не было, многие из них были просто изуродованы, избиты жизнью и отправлены на долгое, бесконечное скитание по свету. Их традиционные одежды обозначали силу знания и богатства – именно поэтому фиолетовый цвет стал их символом, а богиня Сев'ера их покровителем. Горожане и богатые котспода любили этих несчастных странников по одной причине: считалось, что приходя в город с дарами и благими намерениями, Сев'еры забирали с собой все беды и проказы жизни, уходя в новый путь. Обычно, торговцам было не желательно разговаривать с кем либо из жителей, но Мияр не придерживался этих заветов. Впрочем, как и многих других.. - Ты привёз нам что-нибудь!? - Ну привёз же! – он не мог оставить их без подарка. Не мог. Где бы он ни был, в каждом городе Мияр думал, что бы понравилось двум непоседливым мальчишкам. Мияр раскинул руки, пряча в них что то. Мальчики внимательно следили за его движениями, будто загипнотизированные флейтой змеи, мотали головой то в одну сторону, то в другую. - Ну, давай Герал, в какой руке!? – Мияр вдруг наклонился вперёд и выставил перед мальчиком два кулака. Герал нахмурился и начал потирать свои бровки. Он так напрягся, что начал издавать протяжный жужжащий звук, пока наконец, не прокричал будто бы взорвавшись от долгой думы. - Правая! – Мияр в ответ по доброму вздохнул, а потом отвернулся чуть в сторону, и вдруг.. - А! Не угадал! – его голос показался слишком живым и трепетным, радостным. Он раскрыл руку и там оказалось пусто! Мияр рассмеялся, сливаясь с шумной улицей и топотом, пока Герал, понимая что его обдурили, схватился за руку обманщика и повис на ней. - Ну Мия-яр, так нече-стно! – кричал парнишка, пока Мияр раскачивал его то в лево, то в право. - У судьбы всё нечестно, мой мальчик. С судьбой нужно либо мириться… - он вдруг замолк, но этой недолгой паузы для ребёнка оказалось слишком много. - Либо что, Мияр? – пока Винсент с прохладным спокойствием сидел на корточках подле них, Герал всё не унимался. - Либо сражаться. – сквозь крохотную щель в бархатном уборе торговец посмотрел на Герала. В его мягком взгляде застыл луч горячего солнца, заставляющего непокорную туманность в зрачке играть нежными бликами. От этого спадала вся серость, не было несчастья в этом прекрасном цвете, был лишь благородный пасмурный день. А большие глазёнки Герала покрывались огненными пятнышками, как на раскаленной лаве. - Ты готов сражаться, мой искатель приключений? – Мияр подхватил его на руки и приподнял над землёй к солнцу, будто бы преподнося нового героя небесам. Он проговорил это теперь совсем серьёзно, без капли наигранности и насмешек. - Готов! Я всегда был готов! – трепетно и так правдиво. Мияр тихо посмеялся, скорее радуясь, что на свой вопрос он получил именно такой ответ. - Тогда надеюсь он тебе пригодится. – Сев'ер вдруг достал что то из за спины. Он протянул небольшой свёрток льняной тёмной ткани и мальчик тут же взял его. Оголившись лезвие сверкнуло от закатного солнца, свет проник в стальную гравировку на свежем ноже. Треугольное острие было большеватым для неокрепшей лапки, но с опытом оно станет с хозяином одни целым. Станет настоящим оружием. - Vaos roc lite. – Мияр, указав пальцем на рукоятку, прочитал загадочную надпись, выколотую на ноже. - Что это означает? – Герал кажется засветился ещё больше, то ли от нового подарка, то ли от того что солнце уже катится на бок за облака. - На деревне-кошачьем это фраза означает: «Тот, кто летает, никогда не упадёт». – он опять сделал короткую паузу, прежде чем продолжил говорить. Мияр чуть чуть наклонился вперёд, что бы Герал услышал его затихший голос. - Но если.. Поменять в этой фразе лишь одну букву... Получится совсем иное: Vaos roc lote – «Тот, кто летает, в конце упадёт». – Мияр тихо смотрел на «своего» мальчика. Может с грустью, может с радостью. Но точно с любовью. Пока вокруг всё изливалось шумом, рядом с ними царил покой. А вечер был уже не за горами. Небо наполнялось оранжевым красками солнца, и тени от города росли с каждой минутой. Сев'еры по сворачивали свои лавки, которые снова стали похожи на большие мешки за спиной. А значит и Мияру пора уходить. Караван вновь выстраивался в длинную полосу, народ скапливался чуть поодаль от неё, не подходя ближе, но и не отдаляясь. Время лилось слишком быстро, будто бы боги разбили песочные часы, не жалея крохотных песчинок в них, не жалея смертных кошек. Мальчики подбежали к торговцу, несмотря на то что другие опасались так делать. Мол, беду на себя на кликнут, несчастья перетянуть. Но детям, что до этого… А Мияр взял их на руки, прижал к себе, к теплу, и крепко обнял, по отцовски, по родному, а потом на ухо им прошептал - Подарок свой откроете, когда я уйду. Далеко уйду, раньше открывать не смейте. Когда увидите, что там сами всё поймёте. Но никому не показывайте. Это вашим секретом будет. – будто бы наставление или приказ прозвучало это над ушками мальчиков. А затем Мияр их отпустил и пока толпа фиолетовой змеей ползла прочь из города, под покров ночи и бесконечных полей, Герал и Винсент ещё раз уцепились за Мияра, обхватив его по обе ноги. - Зимой ждите меня. Как только снег выпадет. – а потом ночь начала затихать. Горожан становилось все меньше и меньше, а караван расплывался в дали за холмами. И только потом ребята побежали домой. Скоро ужин будет.