Дворецкий Ада

       — Что-то это мне не нравиться ребят. — Медленно проговорил я, с подозрением осматривая убранство комнаты.       Помещение по моему нескромному мнению, не вызывало никакого доверия. Ни сколечко. Грубо нарисованные пентаграммы, изображение стилизованных голов козла, чёрные свечи и книги обвязанные старыми верёвками, были на каждом шагу. На столах, на шкафах, на стенах, на потолке. Их разбавлял конечно средневековый декор, наподобие пыточных устройств и искажённых доспехов. Встречались колбы с заспиртоваными странными существами внутри них. Но       Это конечно, были декорации, явно устроенные дешёвым специалистом. И вот таких «таинственных» и «жутких» мест в Кёльне встречалось многовато, но что-то именно эта комната вызывало во мне противоречивые чувства.        — Ой, да ладно Серый. — Глухо произнесла Ання, вынырнувшая со счастливой улыбкой из шкафа. Сам шкаф был потайной дверью, что скрывал под кучей одежды коридор ведущей в ещё одну скрытую комнату. — Тебе всё не нравиться.       Ання, была девушкой специфичной. Ну, как специфичной она являлась готессой. Одевалась в прилегающие к телу чёрные одежды присущие готам, надевала всякую атрибутику связанную со смертью, но в тоже время была жизнерадостной. Больше напоминающую зажжённую петарду. Яркую и шумную.       Гремя высокими армейскими берцами, Ання приблизилась к шару и начала его осматривать, и будто этого не хватает притрагиваться к стеклу. Сизый дым, что крутился внутри шара при каждом прикосновении девушки, подобно змее дёргался к пальцу, что подстёгивал неугомонную подругу к дальнейшему тыканью. Это будет надолго. Не сомневаюсь        — Не, ну что тебе тут не нравиться? — Подал голос третий участник, нашей небольшой регаты. Сейчас Федя с большим интересом осматривал небольшую библиотеку, на полках которой расположилось до фига старой и не очень книг.       Федя, он же Феодосий, Феодорчик, Фьёдор, Феодор-Белый-Холст был творческой личностью. Точнее художником. Честно не интересовался его личной жизнью, (да и он не посвещал унтерменьшей, таких как я), но точно знаю, что рисует он на холстах в живую и был известен в своих узких кругах.        — Тут, по мне классно. — Взяв одну книгу в потёртом переплёте, он с интересом начал изучать её, перелистывая пожелтевшие от времени листья. — Получше чем в других заведениях.        — Полностью согласен с Феодосием.       Как настоящий чёрт из табакерки, выскочил Назар. Вот кто-кто, но на славянина, этот человек был больше похож, чем мы все взятые. Почти золотистые волосы, высокий, с ярко голубыми глазами и почти голливудская улыбка. Чистокровка. Поправив джинсовую куртку, он чуть ли не с силой отдал куклу-клоуна мне в руки.        — Зацени. — Бросил он, а затем развернувшись, побрёл дальше изучать это место.       Проводив взглядом довольного Назара, я взглянул на куклу. Ничего особенного, вполне обычный клоун, но вот рожа у куклы было намалёвана на пять баллов из пяти. Зловещая, голодная улыбка и глаза как у рептилии. Заметив шнур на конце которой был небольшой обруч, я не замедлительно потянул его. Заиграл старый шипящий проигрыватель, и из куклы вырвался прокуренный голос:        — Трупы, секс и три ствола!       После этого, кукла засмеялась, как маниакальный безумец, что дорвался до девушки, а затем замолчала.        — Нихуя-се игрушки. — Удивлённо произнёс я, держа совсем не детскую игрушку. Да и чего я ожидал от магазинчика, полный всяких вещей связанных с тематикой тёмных сил и ада?       Осторожно отложив клоуна-психопата на стол, заваленный всякими дешёвыми побрякушками, я подошёл к Назару, что с интересом осматривал вещи в своих руках. Тот изучал, к удивлению обычные игральные карты. Точнее совсем не обычные. Как я заметил, они разительно отличались от обычных карт. Имели не белый, а чёрный, глянцевый фон, что при попадания света отражал всеми цветами радуги, как на луже нефти. Привычных королей и тузов, не было, лишь их искажённые версии. С красной кожей и улыбкой от уха до уха. Каждая карта, имела у себя слово, на латинском языке. Иногда несколько.       Взяв одну карточку, я ощутил, что она была с лицевой стороны гладкой, а «рубашка» шероховатой, почти бархатной. Интересно для чего они? Не, я понимаю для игры, но зачем такая декорация? Чтобы побольше лохов купили это?        — Чего желаете, молодые люди? — Голос сладковатый, почти ублажающий раздался позади нас.       Чуть не подпрыгнув на месте и не пробив крышу здания, я с Назаром резко развернулись к источнику голоса. Это оказался мужчина.       Он был и не высоким, и не низким. Ни толстым, и ни худым. Лицо этого человека, не отличалось ничем выразительным. Один раз посмотришь, а после забудешь сразу. Серое лицо из тысячи серых лиц этого мира. Но вот улыбка. Улыбка, как тонкая дуга, врезалась в память не хуже стальному клинку. Заставляло меня занервничать и неосознанно искать укрытие.        — Да… кхм… вот, осматриваем ещё. — Проговорил Назар, первым отошедшим от шока, а затем с неуверенной улыбкой добавил. — Не знаем даже, что купить.        — Тогда я вам помогу. — Произнёс продавец и слегка поклонился нам, приподнимая тёмный плащ.       Одет хозяин этого заведения, под стать своему магазинчику. Так же бредово и нелепо. Можно сказать, что одежда была мрачноватой, отдающая кинофильмами о дракуле.        — Зовут меня Пифоном. — Представился он, поправляя круглые очки, и не теряя времени, указал на колоду карт, что держал в руке Назар. — А то, что вы держите называются Тёмные карты. Специально предназначенные для игр с высшими демонами. Крепкие и прочные. Ранее, я их купил у одного старого коллекционера старья.       Мягко отобрав у Назара эти карты, он протянул свободную руку ко мне.        — Можно? Они очень ценные, и для меня будет сильным ударом, если что-то с ними случиться. — Затем он улыбнулся ещё шире. — Если конечно не хотите сыграть.        — Сыграть?       Подал заинтересованный голос блондин, и я молча проклинаю и продавца, и неудержимый интерес одного человека к карточным играм. Ждущий именно этой реакции, продавец приблизился к Назару.        — Да, мой юный игрок. И не просто сыграть в обычную шулерскую игру. — Пифон демонстративно перетасовал из одной руки в другую карты. — А сыграть во Фраунденс.        — Хм-м…       Назар задумался. К этому времени, подошли Ання и Федя, что начали активно поддерживать товарища к согласию на игру. Всё таки, Назар был лучшим игроком в карты, и по совместительству лучшим, мать его шулером.        — На что ставим?        — На него. — Пифон указал своим пальцем на меня. А затем поспешно добавил. — Точнее «душу» этого молодого человека. Если вы выиграете, то можете взять любые четыре вещи от сюда, но если проиграете…       Он замолчал, понимая что мы сами знаем, что отдадим в случае проигрыша. Возможно, я был слишком недоверчив и пуглив. Возможно большинство идей моих товарищей мне не нравились. Я даже не отрицаю, что я не люблю демоническую тематику, что очень популярен в Кёльне. Так сильно, что вызовал у местных католиков сильный бугурт и жжение ниже спины.       Но в этот миг, ощутив всей душой огромного и пушистого писца, я прошипел:        — Назар, не надо.       Блондин, был честным человеком и более того умным. И в карточные игры играл тогда, когда знал, что победит, и ему и его близким людям ни, что не угрожает. Он был мастером карт, и выигрывал все партии, где я сам бывал. И он знал свою меру.       Но было одно «но».        — Ой, чего там какая-то душа, Серый? — Телепортировалась в один миг рядом с Назаром Ання, весело потирала свои ручки. — Ты же атеист, чёрт возьми. Не веришь в суеверия и всякую такую шушуру.        — Я не верю, но ставить на кон меня, точнее мою… душу, я не хочу.       Я никогда не играл в такие игры, особенно где ставят что-то. И вот это ситуация ох, как мне на нравилась. Так не нравилась, что вызывал сведение скул.        — Мистер Пифон, можно же и просто поиграть.       Продавец покачал головой, не убирая своей зловещей улыбки.        — В этой игре ставят «душу», мистер Назар. — Он развёл руки. — Правила.       Несколько мгновений Назар решал, что делать, а затем сказал:        — Ок. На душу, так на душу. — Решил он. — Что делать?       Пифон с большой радостью начал рассказывать правила игры. К ним подключились Федя и Ання. Я же чувствуя первые признаки мигрени, быстро подыскал себе близлежащую кресло-качалку и не вслушиваясь в разговоры, сел и начал массировать пульсирующие виски. Однако получалось плохо. Головная боль, не исчезала, а лишь усиливалась. Иногда казалось, что в голове находился огромный сабвуферы, и играл на всю мощность беззвучный металл.       Шло время. На улице, постепенно начинался вечер. Магазинчик погружался во тьму. Игроки полностью увлеклись игрой не обращая своё внимание ни на время, ни на мои едкие комментарии. Они сидели вчетвером включая самого Пифона за деревянным столом из чёрного дерева. Над столом, висела люстра с коржетом, что не ярко освещала эту компашку.       Я больше от скуки, чем от интереса, (всё-таки достало осматривать магазин), начал изучать лица играющих людей.       Мой отец, был профессиональным психологом, и достаточно натаскивал меня на изучении мимики лица и тела людей. Думая, что это мне поможет. Ну, не знаю, мне это только сейчас пригодилось. Так что, не смотря на старающиеся держать морду кирпичом, я со всей уверенностью мог сказать, что мои друзья проигрывали. Ання, с середины игры начала нервно двигать ступнями. Часто менять их положение и незаметно подрагивать кончиками носков. А затем, она выбыла из игры. Федя, стал больше чесать голову и кусать губы. И вслед за Анней, проклянув свет, вышел из-за стола. Назар… Он был как всегда спокоен. Слишком спокоен. Возможно, из-за того что он играл ни на деньги, ни на жизнь, а на обыкновенную несуществующую «душу», относительно расслабило его и его игровые таланты. И поэтому он проиграл.        — Что ж, сам Люцифер подмешал ваши карты мистер Назар, если такой опытный игрок как вы проиграли. — Поднявшись, он улыбнулся. Но улыбка эта заставила кровь мою заледенеть от ужаса. Она была мгновенной. Будто он потерял контроль над своим телом. Улыбка расширилась от уха до уха, показывая ровные, остроконечные зубы, больше похожие на акульи. Но то ли он был в тени, то ли уставшие после долгой и напряжённой игры, но мои друзья не заметили неестественной улыбки.       И когда я было хотел закричать, внезапно поперхнулся от одного взгляда этого… существа. Человеком его было не назвать. Этот пугающий, сравнимый лишь с той улыбкой взгляд не встречался у рода человеческого. Это было что-то древнее и опасное. Могучее и всесильное, что мог стереть меня в порошок.        — Я так понимаю душа Вашего друга у меня в руках? — Спросил он не отрывая от меня взгляда.       Замявшись Федя, встал рядом со мной.        — Мистер Пифон, мы пойдём, ночь на дворе и беженцы могут налететь. Так что лучше…        — Идите конечно, я не задерживую. — Он кивнул в сторону двери. — Желаю всего адского, господа и дама.       Жопочуйка наконец отпустила меня. Странный (очень странный и страшный) продавец и атмосфера, что таилась тут, выжала меня как лимон, и я был даже рад вернуться в свою старую лачугу, называемой отелем. Придти, помыться в горячей ванне, расслабить в воде свои уставшие мышцы, а затем чистый с ходу прыгнуть на мягкую кровать. Хм… может тогда заказать газировку с чизкейком?       Но не успев сделать и шага, я ощутил невыносимое жжение по всему телу. Внезапная боль ослепила меня и свела мои мышцы, что я упал лицом вниз. Затем кто-то закричал, по голосу это была вроде Ання, а затем наступила тьма, под угасающий хохот.