грех моего отца – мой грех

**** – С днём рождения, любимая... – садясь на корточки перед могилой, с грустной улыбкой говорит мужчина в очках и, не отрывая взгляда от молодой шатенки с двумя родинками на левой щеке ближе к глазу на фотографии, кладет на могилу букет белых роз. – Наша СуЛин так похожа на тебя, МэйЛан. И внешностью, и характером, и вкусами, и умом... – с лёгкой улыбкой говорит брюнет и, чуствуя как на глаза начинают наварачиватся слёзы, снимает очки, опускает голову и трет глаза. – Когда я был в гадалки, она сказала, что Бог послал СуЛин твою внешность, чтобы я, видя её, помнил о том, что твоя смерть на моей совести и чтобы сделал всё для того, чтобы защитить нашу единственную дочь от повторения твоей судьбы... – спустя несколько минут молчание, надев очки обратно и подняв взгляд на фото, с красными от слёз глазами хрипит мужчина. – Как же мне тебя... – и проглотил ком, продолжает: – ... не хватает... Мужчина медленно встаёт на ноги и, развернувшись спиной к могиле, медленным шагом направляется к выходу с кладбища. – Домой? – открыв заднюю дверцу чёрного BMW, спрашивает высокий рыжеволоссый парень в чёрном костюме. Мужчина молча подходит к парню и, смотря тому в глаза, закрывает дверцу. Водитель непонимающе начинает моргать. – Давай ключи и едь домой. У тебя выходной, Тэхён. – протягивая ладонь, приказывает брюнет. – Как прикажете, господин Ан! – поклонившись, говорит парень и кладет на вытянутую ладонь работодателя ключи от машины. – До завтра, Тэхён! – сжимая ключи в руке, говорит Ан и обходит машину, садясь на водительское сиденья. Как только мотор машины заводится, Тэхён разворачивается назад и кланяеться. – Это Тэхён. Господин Ан отпустил меня и поехал один. – как только машина пропала с поля его зрения, быстро достав номер и набрав абонента «Брат», сообщает рыжеволоссый. – Что ты сказал?! Почему ты отпустил его?! Чёёёрт! Тэхён! – и четырёхнувшись, отключился. *** Светлокожый блондин только опустился на диван, как в кармане штанов завибриловал телефон. От неожиданности мужчина вздрагивает. – Да, Хосок? – поднеся телефон к уху, говорит блондин. – Юна рожает! – с динамика послышался напуганный крик. – Что?! Как это?! Рано же ещё! – вскочив на ноги, бегая взглядом по помещению, шокировано кричит светлокожый. – Я то откуда знаю, почему именно сейчас! Бери руки в ноги и мчи в центральную больницу! – и не дав и блондину и слова сказать, отключается. – Чёрт! – пряча телефон обратно в карман, сквозь зубы шипит мужчина и, беря в руки лежавшую на спинке дивана куртку, практически вылетает с здания, садясь за руль авто. Но не успевает мужчина и на дорогу выехать, как в бок с стороны водителя влетает чёрный BMW. **** – СуЛин!? – влетев в двухкомнатную квартиру, кричит шокированная японка. – Почему ты так кричишь, Мисака? – показавшись на пороге комнаты справа, не понимает низкая длинноволосая шатенка с двумя родинками на левой щеке ближе к глазу. – Ты... ты видела но... новости Кореи? – медленно подходя к подруге, еле шевеля устами, хрипит японка. – Нет. – нахмурив брови, медленно покачав головой, отвечает кореянка. Мисака всхлипывает, дрожащими руками достаёт с кармана куртки белый Huawei и протягивает его СуЛин, которая, приподняв бровь, берёт в руки телефон и медленно опускает взгляд на него, начиная начинать статью. «Срочные новости Кореи! Сегодня ночью в 22:00 в центре Сеула произошло столкновения двух автомобилей. Как стало известно, винуватцем аварии стал владелец компании «Рассвет» и миллионер Ан Бао, который в это время был в нетрезвом состоянии. Но самое худшее то, что пострадавший Мин Юнги получил серйознойшую травму хребта. Врачи говорят, что он может навсегда остаться в инвалидом кресле. Директору Ан Бао светит от десяти до пятнадцати лет...» По щекам покатились слёзы, падая вниз, в горле пересохло, дышать стало намного сложнее. СуЛин схватилась свободной рукой за шею, начиная медленно терять связь с реальностью. В глазах начало темнеть и девушка сделала шаг назад, падая на пол без сознания. – СуЛин!? Ты меня слышишь?! СуЛин, прошу, очнись! СуЛин... – пытаясь привести подругу в сознания, со слёзами на глазах кричит Мисака. – Скорая... *** Юнги медленно открывает глаза и, моргнув несколько раз, поворачивает голову влево встречаясь с сочувственным взглядом Хосока. – Где Юна и мой ребёнок? – еле шевеля устами, хрипит блондин. – Это не твой ребёнок, Юнги. – протягивая Мину какой-то документ, смотря в пол, шёпотом говорит Чон. – Что ты такое говоришь, Хосок?! Как это не мой?! – выбив с рук Чона документ, схватив того за края рубашки, тряся, кричит Мин, но почуствував боль в спине, болезненно хрипит, падая обратно на койку. – Что со мной? Почему я не чуствую ног? – спустя несколько минут молчание, повернув голову к другу, шёпотом спрашивает светлокожый. – У тебя сломанный хребет, Юнги... – сглотнув, хрипло сообщает Хосок. – Что?! – сглотнув, шокировано переспросил Мин, на что Чон сочуственно опустил голову. – Я смогу ходить? – сглотнув, смотря на макушку друга, спрашивает мужчина. Хосок медленно поднимает голову и, еле шевеля устами, отвечает: – Нужно несколько дорогих операций. И не каждый врач решится взяться за это. Но если кто-то и прооперирует тебя, они не могут дать стопроцентных гарантий, что ты всё же сможешь стать на ноги. – Чёёёрт! – переводя взгляд на потолок, шипит Юнги. – Кто был за рулём того автомобиля? Какой-то богач? – спустя минуту молчание, повернув голову к Чону, сквозь зубы спрашивает Мин. – Миллионер и владелец компании «Рассвет» Ан Бао. – Хм... Я даже не сомневаюсь, что он отмажеться от тюрьмы! – закатив глаза, хмыкнул Юнги. – Ты вряд-ли поверишь, но это он вызвал скорую и полицию и сдался им. И теперь ему светит до пятнадцати лет... **** – Что с ней, доктор? – смотря на лежавшую на больничной койке побледневшей СуЛин, всхлипывая, боязно спрашивает Мисака. – Миниинсульт. Вы знаете, что могло вызвать его? – переводя взгляд с пациентки на её подругу, спрашивает женщина-доктор. – Да, знаю... – кивнув, шепчет Мисака и опустив голову, еле слышно продолжает: – ...её отцу грозит пятнадцать лет тюрьмы... «Почему? Почему, пап?» – придя в себя, но не открывая глаз, сжав зубы, про себя шипит СуЛин. Но она не злиться и не ненавидит отца, ведь он... её отец. И кроме него у СуЛин больше никого нет... «Прошу, хотя-бы ты не бросай меня, папа»