горячие студенты и штанги в их языках

Хёджу приглаживает волосы на затылке, переживая о том, что несколько прядок могло выбиться из высокого хвоста. Она стучит каблуками по коридору, держа подмышкой папку, в которой покоятся планы лекций. «Так, успокойся», — уговаривает себя девушка, собираясь с духом. Да, она работает в университете всего ничего, три года. Но обычно никаких сложностей не возникало, кроме выпускного курса на котором учится сущий дьявол, пожелавший её, Хёджу, закинуть в рот, пережевать, а потом выплюнуть. Девушка останавливается возле двери в аудиторию. Вздыхает поглубже, натянув на лицо располагающую улыбку, и входит внутрь, кивая в ответ на приветствия студентов. Ох. И Ким Тэхён тут как тут. Хёджу не должна хотеть того, чтобы парень не ходил на лекции, но… Возможно, она бы закрыла глаза, если бы он прогулял парочку. — Ну что же, — говорит Хёджу, беря в руки маркер и подойдя к доске. — Я обещала вам возможность заработать дополнительные баллы, правда? Уильям Фолкнер «Роза для Эмили», сочинение на вольную тему по этому произведению. По аудитории полетели шепотки, недовольные стоны и вздохи. Хёджу улыбнулась. — Раздайте, пожалуйста, листы, — обратилась она к девушке, сидящей за первым столом, подавая ей стопку оных. Вскоре студенты стихли, принявшись корпеть над заданием. Хёджу уверена, что наберётся едва ли половина, которые соизволили прочесть этот рассказ. Она садится на преподавательское место, открыв ноутбук. Следовало бы разобраться с накопившейся работой, но кое-что очень мешает сосредоточиться. Хёджу поднимает взгляд. Ким Тэхён сидит за третьим столом, развалившись, широко раскинув ноги и смотрит прямо на неё. У девушки мурашки бегут по спине. И не из-за того, что парень страшный или даже пугающий, нет. Ким Тэхён, на самом-то деле, красивый, если не сказать смазливый. На его плечах отлично сидит просторный бежевый свитер, из-под которого видна винного цвета рубашка. Ноги обтягивают чёрные джинсы, и парень очень изменился вообще-то, ведь ещё в прошлом году выглядел, как отпетый прогульщик, в этих своих кожаных куртках, с металлическими заклёпками и с волосами, цвет которых не брался угадать никто. Тэхён любил менять его едва ли не еженедельно. Сейчас же… Сейчас же кое-что изменилось да. Но не его поведение на парах Хёджу. — У вас возник вопрос? — спрашивает она, вскинув бровь. Тэхён растягивает губы в нагловатой улыбке, и все вообще-то уже привыкли к их завуалированным перепалкам, но всё равно затихают, перестав скрести ручками по бумажным листам. — Нет, — качает головой Ким, приоткрывая рот и слегка высовывая язык, играясь серебряной штангой. Хёджу сдерживает себя от того, чтобы не сглотнуть, слишком очевидно показав, как её волнует увиденное. — Тогда, почему вы не выполняете задание? — Зачем? Я закончил этот курс ещё… Два года назад, вроде бы, — ухмыльнувшись, отвечает Тэхён. — Тогда, зачем вы записались на него опять? Ведь вы всем своим видом показываете бессмысленность нахождения здесь, — хмурится Хёджу, складывая руки на груди. — Хожу сюда, чтобы на вас поглазеть. По аудитории летят смешки. Если Ким хотел выставить её в невыгодном свете, то он этого добился. Потому, что очень тяжело поддерживать авторитет тогда, когда ты сама едва ли старше своих студентов. — Я попрошу вас придерживаться правил, — выдавливает из себя Хёджу. — Если вы сюда пришли, то будьте любезны, выполняйте задание. — Ладно, — пожимает плечами Тэхён, уставившись в свой девственно-чистый лист. Хёджу качает головой, заставив себя вновь перевести взгляд в экран ноутбука. Этот Ким Тэхён… Все нервы решил ей вытрепать. После тяжёлого рабочего дня ей только и хочется, что поскорее приехать домой, быстренько ополоснуться и тут же забраться в постельку, устроив голову на мягкой подушке. Хёджу выходит к стоянке, тихо стуча каблуками по асфальту. Её юбка-карандаш немного измялась от сидения на стуле, а крепдешиновая блуза нежно-голубого цвета и чёрный пиджак не очень-то спасают от ещё довольно прохладного ветра. Сестра Хёджу говорит, что в этом костюме она похожа на стюардессу. Может быть, стоило ею стать? Девушка снимает машину с сигнализации, почти открывает дверцу со стороны водителя, как со спины её перехватывают чьи-то руки. — Боже!.. — испуганно выдыхает она, схватившись за сердце. — Это всего лишь я, нуна, — звучит над ухом чертовски знакомый голос. — Ким Тэхён?.. — бормочет Хёджу. — Что вы делаете? И почему называете меня так неформально? Тэхён смеётся тем особым низким голосом, от которого, наверняка, девчонки штабелями валятся у его ног. — Я вёл себя сегодня так плохо потому, что соскучился по вам. Вы же целых две пары пропустили. Ходили с кем-то на свидание? Я ревную, нуна. Хёджу мигает глазами, изворачиваясь в его руках, но Ким держит слишком крепко, чтобы отстраниться. — Я была на курсах повышения квалификации, — бормочет она. — Да отпусти ты! — Ай-я-яй, нуна, — ухмыляется Тэхён, вновь берясь играться штангой в своём языке. — Что за фамильярность? — Отпусти, — шипит Хёджу, глядя почему-то не в его глаза, а на этот чёртов язык, с чёртовой штангой в его чёртовом рту. — Нравится? — замечает её интерес парень. А потом резко подаётся вперёд, прижимаясь своими губами к девичьим, напомаженным, размазывая розовый цвет вниз, к подбородку, в уголках и в ложбинку под носом. Хёджу округляет глаза, вцепившись руками в его свитер на груди. Её давно уже не целовали. Ни так, ни вообще как-нибудь. И это, оказывается, хорошо. Очень. Только целует-то студент, который учится на последнем курсе университета. Тот, кого она должна воспринимать не больше, чем слушателя её курса лекций. — Хватит, — успевает выдохнуть Хёджу между чередой коротких поцелуев. Её вдруг очень пугает возможность быть увиденной кем-то из преподавательского состава или же студентами, что ещё хуже. — Тэхён, — шипит Хёджу. — Отстань! — Ладно, — усмехается Ким, облизываясь. Вокруг его рта остался розоватый след её помады и это… Блин, едва ли не самое горячее, что она видела. — Хотя, погоди, — осекается парень. — Ты же не попробовала самого главного… Хёджу вякает, когда её губы вновь атакуют, но на этот раз внутрь скользит язык. Чёртов язык чёртового Ким Тэхёна с чёртовой штангой. Девушка начинает дрожать. Она бы должна сопротивляться получше, но давайте будем честными, это то, чего хотела и она. Да, страшно. Да, неправильно. Но… Так сладко и хорошо, что Хёджу совсем не замечает того, что поцелуи спускаются ниже, что её прижимают к дверце машины, что чужие руки находятся где-то в районе её ягодиц, а губы и язык ласкают её шею, слегка прихватывая зубами. Совсем рядом звучит звук заведённого мотора, и именно это приводит Хёджу в себя. Девушка дёргается, округляя глаза от ужаса. Её дыхание прерывистое, блузка растёгнута уже на две пуговицы вниз, а глаза Тэхёна слишком чёрные в свете фонаря. — Отойди, — тихо просит Хёджу. — Пожалуйста. Ким окидывает её взглядом, кивая. Хёджу тяжело сглатывает, пытаясь поправить одежду, пытаясь хоть как-то прийти в себя и так позорно не дрожать. — Только попробуй кому-нибудь сказать, — сужает она глаза, тыча пальцем в грудь Тэхёна. Тот насмешливо вскидывает брови, облизываясь. — Как же могу подвести свою любимую нуну? Эта тайна умрёт со мной. Впрочем, скоро выпуск и никто и ничто не помешает мне поприставать к тебе уже после, правда? — Что?.. — глупо моргает Хёджу, пытаясь рукой нащупать замок в дверце машины. — У меня есть тайна, говорю, — усмехается Тэхён, слегка наклоняясь вперёд. — Мои соски тоже проколоты. Кажется Хёджу никогда так ещё не краснела. Это вырывает изо рта Кима очень мужской смешок. Парень быстро клюёт её в щёчку влажным поцелуем, шлёпает по заднице и растворяется на просторах университетского двора, будто его и не было. Хёджу прикладывает ладонь к своей груди, чувствуя, как неспокойно беснуется в ней её сердце. И вынужденно признаётся: да, чёрт возьми. Ей нравится Ким Тэхён.