Личное

Стив двигался неторопливо и бесшумно, словно хищник подкрадывался к своей жертве, но знал, что тот уже знает о нём — его цель на интуитивном уровне всегда чувствовала его. Глухие удары, резкие, сильные — человек явно не жалел силы. Роджерс тихо вошёл в зал, прикрыв дверь за спиной. Мужчина колотил боксёрскую грушу и сразу в глаза бросались видимый опыт и сноровка — перед ним был боксёр с заслуженным титулом и званием чемпиона. Мощное телосложение не скрывали тёмно-серые спортивные штаны, босые ноги касались поверхности холодного пола. Капельки пота скатывались по скульптурно вылепленной спине, скрываясь под резинкой штанов, что не скрывали от голодного взора ямки на пояснице. Мышцы пресса были такими рельефными и притягивали взгляд так, что Стиву пришлось глубоко вдохнуть и сглотнуть образовавшуюся во рту слюну. Мышцы на спине и руке перекатывались, прослеживалось каждое резкое движение. Левая рука блекло блестела в приглушенном свете зала. Волосы были влажными и прилипали к шее, но мужчина упрямо отбрасывал их в сторону и продолжал колотить грушу. Серия быстрых джебов и груша с грохотом упала на пол. Мужчина растеряно посмотрел на неё и оглянулся на Стива. - От моих кулаков пострадало больше сотни, - Роджерс улыбнулся, вспоминая, как самозабвенно молотил груши в этом же зале, правда, теперь Фьюри сюда больше не позволял себе заглядывать. - Техника всё так же хороша. - Ты стал специалистом? - Барнс смотрел с ухмылкой. - Помнится, раньше не мог даже правильно ударить по груше. - Я всё-таки запомнил твои уроки и воспользовался ими, когда у меня появилась возможность, - Стив неторопливо подходил к Баки, вкрадчиво, как хищник двигался к своей жертве. От взора Барнса не скрылся взгляд голубых омутов, в которых не просто черти, а настоящие демоны властвовали, а не просто водились. О, он слишком хорошо знал этот взгляд. - Да? Только эти уроки? - пальцы быстро размотали и бросили на пол бинт с правой руки. Грудь тяжело вздымалась и Барнс наслаждался голодом, который источал взгляд Стива. И ему нравилось чувствовать себя добычей под взором такого охотника. - Хочешь устроить проверку? - в эти игры всегда приятно было играть, особенно, когда они оба — матёрые хищники. - Что-то вроде, - Баки замер перед Стивом и уставился в его горящие голубые глаза. В следующее мгновение горячие руки Роджерса прижали его к не менее горячему телу, чьё тепло он чувствовал сквозь ткань одежды. Стив застонал, когда к его пояснице, задрав ткань футболки, прикоснулась холодная металлическая рука. Он прогнулся, прижимаясь пахом к чужому паху, чувствуя ответное возбуждение. Его руки зарылись во влажные волосы, в нос забивался аромат свежего пряного мужского пота и нотки одеколона, который так любил Баки. Губы Барнса поддались напору и язык ворвался в рот, сразу давая понять, кто здесь хозяин. Языки сплелись в яростном поединке, не за главенство, а просто потому, что нельзя было не ответить на голодный поцелуй дорогого человека. Руки жадно шарили по чужому телу, что подставлялось под ласки и плавилось воском в любимых объятиях. Поцелуи становились всё яростнее, стоны срывались с губ. Стив прикусил губу и оттянул за волосы голову Баки. Тот запрокинул голову, открывая шею, подставляясь под чужие губы. Стив прикусил артерию, в которой чувствовалось яростное биение пульса и безумный ток крови под тонкой плёнкой кожи. Языком он слизал солёный пот и прикусил ключицу, сорвав с любимых губ очередной стон. Горячая рука коснулась пояса штанов и бёдра прижались сильнее к наглой конечности. Металлическая ладонь сжала бедро сильнее, оставляя синяки, которые никого не волновали. Стив потянул лишнюю тряпку вниз, когда прозвучал резкий писк телефона. Тревожный номер. Суперсолдаты оторвались друг от друга и на секунду замерли, встречаясь пылающими голодом глазами. В следующее мгновение они прервали дуэль взглядов и разомкнули объятия. Они закончат позже. Выстрелы винтовки и запах, противный тошнотворный запах пороха, металла и крови. Стив давно привык к ним, на войне это было серой обыденностью, но приятней не стало. Он привычно прикрывался щитом, закреплённым на левой руке и стрелял правой. Так он сражался на войне и это была его обычная тактика ведения боя, просто все привыкли, что щит — его единственное оружие. Глупцы. С одним щитом, пусть и из вибраниума, не победить. Но привычка — вторая натура. Он шёл вперёд смело, не опасаясь удара в спину или шальной пули чужого снайпера — Баки привычно прикрывал его спину, как было раньше, как было всегда. Выстрелы бывшего Железного кулака Гидры всегда поражали цель, снимая противника с первого попадания. Пули вспарывали плоть и достигали сердца или мозга — смотря куда целился снайпер. Роджерс выхватывал взглядом тела боевиков Щита, что лежали на земле и тех, кто ещё мог держать оружие и сражаться. Их с Баки скоростным джетом доправили на базу Гидры, зачисткой которой занимался «Смерч» - специальный отряд Щита, по типу родимого уже им Удара. Миссия с самого начала пошла наперекосяк, когда оказалось, что вопреки выкладкам аналитиков заброшенная база — обитаема, более того, на ней как раз занимались тестированием нового оружия, очередной секретной разработки. Кэп и Зимний были ближе остальных, поэтому первыми вызвали их, не сомневаясь, что если понадобится, то они в одиночку вынесут всех противников. Впрочем, кажется, им так и придётся поступить. Уничтожив всех врагов снаружи, внутрь базы шагнули два хищника, которых по глупости назвали людьми. Суперсолдаты, рождённые в недрах войны и для неё же, которым не было равных. Что могли противопоставить им обычные наёмники? Им не было равных, были лишь те, кто мог продержаться против них дольше остальных. Но не среди встретившихся им наёмников Гидры. Стив словно воочию увидел, как во время войны он вместе с Командос за спиной, с Баки за левым плечом вот так же с ноги выносил базы Гидры, щитом прикрывая их, пока Барнс выносил всех, кто не попадал под пули Роджерса. Они были воистину убийственным тандемом, сплочёнными в одно целое семьдесят лет назад, понимающие друг друга с полувзгляда, с полумысли, просто зная, что сделает другой в следующий момент. Стив не глядя бросал щит и Баки ловил его, когда нужно было прикрытие; Роджерс перехватывал в слепой точке брошенные ему запасные обоймы. Тех, кому посчастливилось подобраться близко, они обезвреживали с помощью ножей, которые прятались где только можно — экипировкой теперь занимался Зимний, так что вооружение было знатным. Очнулись от марева бойни суперсолдаты только внутри оружейной, где на полу лежали трупы последних противников. Переглянувшись, они опустили оружие, но продолжали прислушиваться к звукам, вернее, к их отсутствию. Обыскав помещение и не найдя никого живого, Стив забросил щит за спину и оглянулся на Баки, да так и замер. Чёрный кевлар костюма плотно обтягивал тело суперсолдата, подчёркивая крепкие бёдра, обтягивая упругие ягодицы, которых так и хотелось коснуться. Чёрная кожаная куртка с добрым десятком ремней перевязи, сжимающая ствол пистолета металлическая рука. Перед Стивом было воплощение его сокровенной и постыдной мечты, его личный фетиш — Баки в полной экипировке Зимнего Солдата. Он выхватывал взглядом каждый ремень, каждую молнию, контраст светлой кожи тела и куртки, блеск метала левой руки и распущенные волосы. Не мог не смотреть на разворот напряжённых плеч, прямую спину и глаза, которые смотрели цепко, голодно, так, словно пытались прожечь в нём дырку. Стив смутно помнил, как схватил за руку Баки и вывел его в коридор, где тут же толкнул к стене и прижался к нему, жадно впиваясь в губы резким поцелуем, руками зарываясь в тёмные волосы. Руки Барнса обхватили его за плечи и он яростно ответил на поцелуй. В крови ещё бродили остатки адреналина от боя, а крышу просто срывало от сильного тела под руками, от мягкости кожи, от чёрноты формы с ремнями... Роджерс дышал быстро и прерывисто, лаская руками желанное тело сквозь одежду, очерчивая ремни, касаясь скрытых карманов и цепляясь пальцами за перевязь. Баки откинул голову, стукнувшись затылком о стену, но ему было плевать. У него сносило крышу от безумства огня и животного голода, что горел в голубых глазах его Стиви, от первозданной дикости, которая целиком и полностью принадлежала ему. Тяжёлое дыхание с хрипом вырывалось из груди, Барнс плавился в руках своего Капитана. А Роджерс не мог оторваться от желанного крепкого тела, которое жадно отзывалось на каждое его прикосновение, на каждую грубую ласку. Он целовал Баки жарко, резко, словно зверь и ему отвечали так же. Языки сплетались в безумном танце желания и любви, губы были сухими и горячими. Стив целовал губы, подбородок, шею Баки и прикусил зубами мочку чужого уха. В ответ на это послышался задушенный хрип и чужие твёрдые бёдра прижались к собственным, давая почувствовать острое возбуждение. Рык зверя и руки Стива опустились к поясу штанов Баки, начиная судорожно пытаться их расстёгнуть. Пальцы слушались плохо, в голове мутилось и Стив с трудом справился с непослушной заклёпкой и ширинкой. Он отбросил в сторону руки Баки и стянув с бёдер одежду, опустился коленями на холодный грязный пол базы. Задрав куртку и кевлар формы коснулся нежным поцелуем, что отличался от остальных, стального пресса. Чужой живот тут же втянулся от остроты ощущений, и две руки, одна тёплая, вторая холодная, опустились ему на голову. Выцеловывая узоры на теле Баки, Стив ладонями оглаживал чужие бёдра, нарочито неторопливо спускаясь к члену Барнса, зная, что тот едва сдерживается, чтобы грубо не притянуть его голову к своей жаждущей внимания плоти. Тёплое дыхание коснулось чувствительной головки члена и по телу Баки прошла дрожь, с губ сорвался хриплый стон. Кончиком языка Стив слизнул капельку выступившей смазки, затем мазнув языком вдоль всего члена и медленно, чувственно взял глубже, пропуская налитую плоть глубоко, до самого горла. Не то стон, не то вой сорвался с губ Барнса, и в воздухе запахло свежей кровью — тот прокусил губу, сдерживая стон. Стив застонал с членом во рту, ощутив запах крови своего Баки, а тот дёрнул бёдрами, стараясь войти ещё глубже и выгнулся дугой. Больше сдерживаться Стив не был намерен. Он начал двигать головой, то впуская член до самого горла, то почти выпуская, шершавые пальцы касались чувствительной кожи живота, спустились ниже, оглаживая яички и нажимая на чувствительную точку ниже их. Ещё один стон-вой и чужие руки с силой сжимают волосы и член входит максимально глубоко. Вторая ладонь касается нежной кожи ягодиц и Стив проводит пальцами вдоль расселины, касаясь кончиками пальцев сжатого входа. Он почти выпустил член и резко насадился, затем снова почти выпустил, облизывая, словно ложку мороженного, чувствительную головку, языком лаская уздечку. Стоны Баки стали громче. Стив нарочно дразнил его, выводя из себя, заставляясь отбросить маску и выпустить себя. Он ласкал Барнса медленно, неторопливо, уделяя внимание каждому миллиметру чувствительной плоти, переполняя чашу и так почти истощившегося терпения. - Стиви... - сорвано, тихо, но оглушающе. Роджерс прикрыл глаза и позволил себе сорваться. Он начал быстро двигать головой, вбирая максимально глубоко, каждый раз языком проходясь по чувствительной уздечке, срывая с любимых губ громкие несдержанные стоны. Пальцы Баки ерошили его волосы, порой сжимая слишком сильно, но Стиву было плевать, он желал только доставить удовольствие. Баки растворялся в сжигающем огне страсти, подчиняясь желанию и подступающему оргазму. Он, как лёд на солнце, таял в руках Стива, впитываясь в его кожу и растворяясь внутри бесследно. Тот брал глубоко, резко, языком проходясь по самым чувствительным местам. Сдерживаться больше не было сил. Барнс вжал голову Стива в свой пах и выгнулся, прикрыв глаза и кончил, теряя остатки связи с реальностью. Проглотив всё до последней капли, Роджерс выпустил член Баки и прижался влажным лбом к его бедру, переводя дыхание. Они слышали только стук чужого сердца, рваные вдохи, ноздри забивал терпкий аромат секса и крови. Барнс несильно оттолкнул голову Стива, а после съехал по стенке на пол, нежно целуя припухшие горячие губы Роджерса, чувствуя свой собственный вкус. Они целовались нежно и неторопливо, смакуя мгновение, а затем замерли. Вдали послышались звуки шагов. Спустя доли секунды оба суперсолдата уже были на ногах и быстро приводили себя в порядок. Когда через минуту к ним подошли выжившие бойцы отряда, то увидели только двух матёрых солдат, которые прятали оружие. И никто не заметил пылающий голодный взгляд хищника, которым холодный Кэп проводил Зимнего, а тот, лопатками чувствуя этот взгляд, позволил скользнуть на лицо звериному оскалу, увидев который, парочка бойцов предпочла сначала слиться со стеной, а потом ретироваться с глаз долой подальше от этого чудовища.

***

Стив сидел в кабинете, разбирая горы отчётов. Он сидел до ночи в мрачном кабинете, не торопясь домой. Сегодня утром Баки выпросил у него миссию и умотал в далёкие дали, кажется, в рапортах всплыло знакомое ему имя. И Стив позволил ему отомстить, понимая, что любовнику нужно это и не собирался забирать у него право самому решать, что делать с теми, кто причастен к появлению Зимнего. Брок уже почти неделю был на задании, пропадая в жарких песках Сахары. Им поручили секретную миссию, вернее, Роджерс дал её им, потерпев поражение под настойчивыми уговорами Рамлоу, мол, его кузен просит помочь, а семья — это святое. Орсо Мадиро был сыном родного дяди Брока, братом, и тот не мог бросить его в беде. Стив стребовал обещание, что по возвращению ему расскажут все детали. Янтарные глаза Рамлоу горели яростным огнём, тот был совсем не против. Было уже за полночь, когда Стив наконец вошёл в тёмную прихожую. В комнатах царила тишина. Вздохнув, он запер дверь и на ходу раздеваясь, направился в ванную. Прохладная вода смывала усталость дня, но не прогоняла тоску, поселившуюся в груди. Роджерс страшно не любил возвращаться в пустой дом, чувствуя себя в нём как никогда одиноким и не на своём месте. Выйдя из душа и вытирая мокрые волосы, Стив замер. По коже прошёл лёгкий озноб, чувства восприятия обострились до предела, но вокруг было по-прежнему тихо. Однако он знал, что больше не один. Глубокий вдох, несколько бесшумных шагов и резкий рывок. Его выпад встретили на полпути и перехватили занесённую для удара руку, тут же вжимаясь в него крепким телом и яростно целуя. Стив прижался к неожиданному гостю и начал теснить его к стене. Когда тот лопатками коснулся твёрдой поверхности, Роджерс прервал поцелуй и отстранился. В полумраке, из-за света из ванной комнаты, на него смотрели хитрые янтарные глаза, лицо щерилось дьявольской ухмылкой. Руки по-прежнему сжимали его плечи, чужие бёдра едва касались собственных, дыхание было прерывистым. - Брок... - выдохнул Стив. И сколько несказанных слов было в этом тихо произнесённом имени. - Соскучился? - в голосе слышалась насмешка. Шорох ткани, щелчок и в прихожей включился свет. Брок стоял перед ним одетый в чёрный кевлар полевой формы, грудь накрест перехватывали ремни излюбленной перевязи, на поясе в кобурах было несколько стволов. Рамлоу только что вернулся с миссии, едва успев умыться на базе и тут же поехал домой. И вот теперь такой горячий приём. Голубые глаза смотрели взглядом голодного чудовища, готового сожрать его до последнего волоска и ведь не подавится. Хмыкнув, Брок провёл ладонями вдоль обнажённого торса любовника, чувствуя жар кожи, её гладкость, упругость, влагу, что осталась после недавнего душа. Он гулко сглотнул, сполна осмотрев тело обнажённого бога перед ним. Член тут же встал по стойке смирно. Дыхание Стива стало глубже, тот уже явно всё заметил и почувствовал, чёртов суперсолдат со сверхчеловеческими чувствами восприятия. Стив вжал Рамлоу в стенку и нежно, вопреки взгляду, поцеловал. Правда соскучился и переживал. Он провёл руками по бокам Брока и сжал ладонями ягодицы, что удобно легли в них, словно так и задумывалось при их создании. Щетина Рамлоу немного царапала кожу, но Стиву было плевать. Поцелуй из нежного стал грубым, ласки стали резче и несдержаннее. Роджерс сжал сильнее ягодицы и приподнял любовника, вынуждая Брока обвить его поясницу ногами, руками крепко обняв за плечи и шею. Он подставлял губы под горячие поцелуи, с иссушающей жаждой впиваясь в чужой рот, прикусывая губы и лаская язык, вылизывая полость рта. Не прерывая поцелуй, Стив направился в спальню, без труда неся на руках не такого уж и лёгкого Рамлоу, но тот привык к таким собственническим первобытным замашкам суперов, зная, что для них он совсем не тяжёлый. И было так легко отдавать власть над собой в чужие руки, зная, что его поддержат, поймают и защитят от остального мира, хотя он и сам мог постоять за себя. Но Брок понимал, что не может всерьёз противостоять суперсолдатам и те при желании скрутят его в бараний рог, особо не напрягаясь. И тем приятнее было подставляться под чётко выверенные, из-за чрезмерной силы, ласки, которую привычно соизмеряли ради него. Стив бережно опустился со своей ношей на кровать. Рамлоу застонал, когда почувствовал, как его прижал к кровати Роджерс, не давая толком пошевелиться и вздохнуть. Он выгнулся, подставляя шею под поцелуи-укусы, открывая беззащитное горло. Неожиданно поцелуи прекратились и Брок недовольно открыл глаза и тут же замер, дыхание перехватило от увиденной картины: металлическая рука сжимала короткие волосы Стива, чужой рот жадно целовал мягкие губы, и Роджерс застонал в этот поцелуй. Картина была чертовски горячей и дыхание сбилось от остроты ощущений. Вот поцелуй прервался и уже его рот терзают требовательные губы Барнса. Стив был сжат с обеих сторон двумя любовниками и не мог определиться, кого первого ласкать, к кому прикасаться. Вот Баки отстранился и замер, стоя посреди кровати на коленях, поедая его голодным взглядом. А Стив едва дышал, глядя на два совершенных тела затянутых в форму из чёрного кевлара, поедая глазами ремни перевязи, перехватывающие крепкие торсы, лаская кожу, выглядывающую из-под одежды. Он словно умер и попал в рай. - Думал мы не в курсе твоего фетиша? - губы Баки коснулись уха, тёплое дыхание опалило раковину, а зубы сжали мочку. - Не заметим взгляды, которыми ты поедал нас, стоило одному одеться в полную экипировку? - Брок подкинул бёдра вверх, упираясь стоящим членом в задницу Стива, срывая с губ того судорожный стон. Металлические пальцы очертили линию позвоночника, пересчитав позвонки до самого копчика, а шершавые пальцы второго сжались вокруг его члена и Стив исчез, растворился в своих любовниках — у него просто отказали последние тормоза, но он знал, что с ними можно. С кем, как не с ними? Одежда чёрными тряпками падала на пол, ботинки беспорядочно валялись у кровати. Оружие хаотично было разбросано по комнате, троим на кровати было абсолютно плевать на всё остальное, они исступлённо ласкали друг друга, желая доставить наивысшее удовольствие. Стив очнулся, когда почувствовал проникновение сразу нескольких пальцев, его собственный член тёрся о чужие ягодицы, чувствуя как пальцы, о чёрт, пальцы проникают внутрь горячего тела. Ноги Брока обвились вокруг его бёдер и ладонь Баки нажала на лопатки, вынуждая толкнуться внутрь. Оба застонали, а Стив тут же замер, чувствуя, как его накрывает тело Барнса, как тот входит в него и все трое замирают ненадолго, переводя дыхание. Одно целое, вместе. Это было удовольствие в чистом виде. Баки двинулся первым, вынуждая двигаться и Стива, а Брок застонал, выгибаясь на кровати, чувствуя на себе неполный вес двух суперов. Это был танец страсти и огня, от которого плавились кости и стирались все чувства, кроме тела, которое словно стало сплошным оголённым нервом. Они трое двигались слаженно, чувствуя каждое движение партнёров, понимая, под каким углом нужно войти, где сильнее сжать, а где прикусить. Они стали одним целым, были единым слаженным механизмом, полный резонанс и синхронизация. Это было за гранью простых человеческих возможностей. Стив выгнулся и громко застонал, чувствуя, как выплёскивается внутрь Брока. Своим оргазмом он утянул за собой обоих любовников. Баки первым вышел из Стива и потянул того за собой, вынуждая выйти из Брока и укладывая белокурую голову себе на грудь. Роджерс, прикрыв глаза, жадно вслушивался в чужое, ещё неровное, но чёткое сердцебиение под щекой. К спине прижалось тело Брока, свою голову тот умостил на его пояснице, кончиками пальцев прикасаясь к ягодице. По коже тут же побежал сонм мурашек. - Детка, в нашем полном распоряжении лучшая задница Америки. - Это открывает широкие горизонты, - металлическая ладонь тут же сжала вышеупомянутую гордость нации. - И с кем я живу? - с долей обречённости обратился Стив к потолку. - Сам выбирал, - фыркнул Баки. - Так я не то чтобы жалуюсь, просто... - А просто никогда не бывает, - Брок укусил тёплый бок Стива и тот вздрогнул. - Но пусть кто-то попытается рыпнуться в нашу сторону. Лично каждому всё лишнее поотрываю и глаза на жопу натяну. - Ты становишься нежным, командир, - в голосе Баки слышался смех. Стив лежал между двух самых дорогих людей в мире, слушая их шутливые препирательства, и наслаждался жизнью, чувствуя себя как никогда живым и абсолютно счастливым. Ему удалось отстоять у судьбы право на счастье и он не собирался его упускать. От бывшего Зимнего Солдата все шарахались в стороны, стоило тому только появиться на горизонте. Брока Рамлоу старались обходить десятой дорогой, зная, что стоит ткнуть в его сторону пальцем, как можно без руки остаться. Но только единицы знали, что самый опасный зверь в их тройке — Стив Роджерс, от которого невозможно сбежать и спастись, если не посчастливилось стать его врагом и перейти дорогу. Убьёт и не шелохнётся, растопчет, если встанешь на его пути. Так что никто не рисковал даже взгляд косой бросить на тех, кто стал своим для Стива. Тот не хуже цербера охранял личное — чувства, тайны, людей. И любимые им люди отвечали тем же.