Жаль, что ты всего лишь смертный

 — Подопытные? Вы? Ох, маленькие крысятки, вы и вправду поверили в его сказочки? — он резко оборвал смех, и от ощущения опасности взвыли все инстинкты Тони. — Гарри Поттер слаб, он любит вас, несмышленыши, и пытается вас спасти. От себя… вот только его отсутствие поможет мне. Вас попросту некому защитить, мои трусливые львятки, и вы станете для него приманкой… он убил мою милую Фатум, а я убью его драгоценных людишек. Думаю, это будет справедливо. Тони Старк ухмыльнулся, не веря в сказанное. Либо Гарри Поттер великий актер, либо этот ублюдок пытается их наебать. И в любом случае Тони лично их обоих придушит. Резко помрачневший Локи, у которого с мальчишкой были какие-то свои отношения, явно его поддержит. Бéллум насмешливо взирал на них из кресла, и его алые глаза искрились каким-то даже садистским весельем и мутнели флером отрешенной скуки. Странное выражение.  — Послушайте, уважаемый… я конечно вас понимаю, кровная месть и все такое, но… мы-то тут причем? Эта… Фатум, была вашей девушкой, да? — мужчина сощурился, кивая. — Ну вот. А мы всего лишь подопытные кролики, думаете, его заинте…  — Заинтересует. — оборвал Тони маг, странно улыбаясь. — Поверь, маленький глупенький человечек, все, кто здесь находится, не считая меня, конечно, являются в какой-то мере его семьей. А вон тот милый кровожадный малыш, что прожигает меня убийственным взглядом, вообще его якорь. — он кивнул в сторону замершего Локи, задумчиво проводя пальцем по растянутым в странной улыбке губам. — Убить вас — и он превратится в столь нелюбимого Хель и Файдес короля войны. И я уничтожу мишку Тедди с разорванным в клочья сердечком, пока он будет купаться в крови. — мило улыбнулся мужчина, будто не угрожал убийством специальной команде ЩИТа, а раздумывал, какие печеньки взять к чаю. Эта легкость пугала. Инстинкты и жопочуйка Тони на пару надрывались, едва ли не умоляя убегать, но… что-то будто приковало его к полу. Он просто не мог пошевелиться, будто его парализовало.  — Бéллум… Фатум… Файдес… — пробормотал задумчиво Бэннер, и резко побледнел, глядя на весело ухмыляющегося мужчину. — Война. Вы… Бог? Тот демонстративно похлопал в ладоши, смотря на Брюса с оттенком благосклонности.  — Браво, моя очаровательная пташечка. Я Бог. Высший. Один из Создателей всего и вся. — он перевел презрительный взгляд на Тора и Локи. — И с этими… мутантами-долгожителями я не имею ничего общего. Кто вообще назвал эти жалкие пародии Богами?.. На вопрос никто отвечать не собирался, да и не мог. Просто не знали ответа. Мужчина досадливо цыкнул, нехотя поднимаясь, и с оттенком сожаления оглядел Мстителей, печально вздыхая.  — Впрочем, неважно. Все равно вы умрете. Что-то я с вами заболтался… признавайтесь, маленькие негодники, вы волшебники и наложили на меня заклятье Болтливости? — он по-птичьи склонил голову набок, с интересом разглядывая парализованных людей с Богами, будто видя впервые. — Молчите. Печальненько, хорошие мои. Так бы оттянули момент своей смерти. «Будто это не ты нас парализовал,» — хотелось прошипеть Тони, но губы просто отказывались двигаться. И на весь Нью-Йорк прогремел взрыв.

***

В ушах отчаянно звенело. Все тело разрывала на клочки боль… нет, не так. БОЛЬ. Тони ощущал, как по щеке стекает кровь. Ощущал дикую боль в придавленной балкой неестественно вывернутой руке. Ощущал настоящий, первобытный, ледяной и противно-липкий ужас, бегущий с мурашками по коже, отчего колени тряслись даже в горизонтальном положении.  — Где же вы, мои крошечные печенюшечки? — послышался певучий голос, от которого внутри все похолодело. — Я хочу выколупать из вас шоколадку, милые мои котики… Бéллум что-то весело мурлыкал себе под нос, вышагивая по развалинам еще минуту назад высящейся Башни, и заглядывал в каждый уголок. От ужаса сводило зубы, но Тони, даже не дыша, терпя боль с судорожно сжатыми зубами, очень осторожно вытянул из-под балки безвольно повиснувшие остатки руки, сейчас больше всего напоминающие просто кровавую кашицу с вкраплениями перемолотых костей и грязи. Переборов рвотный позыв, Тони в последний момент перекатился, скрываясь за обломками, и туда, где он только что сидел, заглянуло лицо весело напевающего песенки Бéллума. Сердце грозилось выломать грудную клетку, но Тони Старк упорно не хотел дышать, двигаться и вообще жить. Если рядом находится это… лучше просто сдохнуть. Старк не помнил, как все вокруг превратилось в груду металлолома. Просто… вот они стоят парализованные в холле Башни, а вот уже… это. Бéллуму потребовалось не больше секунды, чтобы превратить все вокруг в руины. То, что игры кончились, понял даже он, когда Бéллум торжествующе хохотнул, одной рукой вытаскивая за шкурку из-под завалов изуродованное тело хрипящего Стива. Если до этого еще сохранялась надежда, что все это шутка, что вот-вот он проснется и… Стив отчаянно вскрикнул, когда пальцы мужчины сомкнулись на его шее, и Тони зажмурился. Нет. Это было… это было выше его сил — смотреть, как убивают друга, и не иметь возможности ничего сделать… Хрипы становились все тише, все отчаяннее, и Старк ощутил, как по щеке катится что-то теплое. Это кровь. Это точно кровь… Запах гари противно жег легкие, дым вокруг, пепел… это было ужасно. Будто они находились на войне. Война. Ах да, точно. Сейчас в паре метров от него сам Война душит Капитана Америку, а он, Тони Старк, боится даже глаза открыть. Куда уж хуже? Вот был бы здесь Гарри… Внезапная догадка посетила сознание гения одновременно с вскриком вылетевшей из-за обломков Наташи, которую так же поймал за шею улыбающийся Бéллум.  — Гарри… ты говорил, что наблюдаешь за нами… если… если ты хоть немного считаешь нас нужными… прошу… помо… Тихий шепот резко оборвался. Послышался хруст костей. Стеклянные глаза Тони Старка смотрели в небо, налившееся свинцовыми тучами, и по округе разнесся крик Наташи, хрип Стива и веселый, бархатный смех мужчины, что являлся королем войны. Мужчины, что являлся Войной.