Леди так себя не ведут!

— Тише, — почти прорычал Александр ей на ухо, до боли сжимая ее талию.       Не так мисс Харрис представляла себе продолжение расследования. Отвлечь, найти улики и быстро сбежать, но никак не оказаться в крохотном забитом всякими инструментами чулане садовника, плотно прижатой к Нильсену. Она и сама не понимала почему он быстро затолкал ее сюда, увидев, что в их сторону кто-то направляется. Логика твердила, что это глупо, но отчего-то она послушно повиновалась. — Мало ли кто тебе нравится, — с веселыми нотками произнесла Элиза. — Ты не думал, что выбирать Агате? Они с Александром хорошо смотрятся вместе. Достойная пара.       Закусив губу, Харрис чувствовала как пылают щеки. Даже не поднимая взгляд, Агата знала — Александр смотрел на нее внимательно, видел каждую ее эмоцию и нахально улыбался. Черт! Не стоило поддаваться на его провокации. — Хм, а где мистер Адамс? Наверное, уже уехал за заказом, — на мгновение наступила тишина, а затем послышался стук каблуков. — Ой, дождь пошел. У меня туфли совсем новые. Данте, давай подождем?       Ее сердце стучало так быстро и громко, что она боялась, будто это действительно услышат даже за дверью. Харрис закусила губу, проклиная новые туфли кузины. Ей абсолютно не хотелось торчать здесь. Но Александр, видимо, ничего не имел против. Это льстило и раздражало одновременно. — Я ему не доверяю. Ты слышала отца, — голос Данте казался возмущенным. — Для чего еще этот напыщенный павлин привез его? Ты заметила, что он как только узнал о наследстве, то сразу начал приставать к нашей кузине? Я за нее переживаю. Он уже ходит так, будто все принадлежит ему. — Переживаешь, ага, как же, — буркнула Элиза.       Агата злобно уставилась на Александра, но тот лишь нахмурил брови, видимо, вновь считая ее забавной. Ей и в голову не приходило такое. Неужели этот мерзавец действительно начал приставать к ней, как только узнал о наследстве? Его интересуют ее деньги? Это не было… Впрочем, что именно между ними было — не знала даже она сама. — Брось, — Элиза звонко засмеялась. — У него столько денег, что он может купить весь бизнес тетушки, этот дом и Агату в придачу. Хм, думаю, на ней бы хорошо смотрелась форма любимой горничной, как из того кафе.       За дверью послышался кашель, будто Данте поперхнулся, а Харрис почувствовала, как адски пылают щеки и уши. Ей вовсе не хотелось думать, о том какие картины в голове возникли у Алекса. Но судя по его довольному лицу — явно что-то неприличное.       Возмутившись, Агата фыркнула, желая мгновенно стереть эту самодовольную ухмылку. Поддавшись чувствам, она несильно ударила его по плечу, за что мгновенно поплатилась. Нильсен улыбнулся, закусил губу и вдруг игриво ущипнул за бок. Такого она не ожидала и вздрогнула, неосознанно отшатнувшись, из-за чего чуть не сбила стоящие рядом ящики. Но прежде чем Агата бы действительно задела их, выдав свое местоположение кузенам, Александр резко притянул ее к себе, отчего она оказалась в крепких объятиях. Теперь Харрис не просто стояла рядом, а буквально чувствовала каждое его движение.       Грудь вздымалась слишком часто. Отчего она не соображала чье именно сердцебиение стучало так громко и быстро. Запах чего-то манящего, возбуждающего и сексуального кружил голову, не давая нормально думать. И тут она встретилась с его взглядом — голодным, игривым и ликующим. Где-то далеко на задворках сознания орала сирена тревоги. Но Агата слишком поздно поняла, что это значит. Александр наклонился к ее губам, оставляя ничтожные миллиметры между ними, давая ей решать.       Харрис прекрасно знала, что леди так себя не ведут. Не зажимаются с малознакомыми мужчинами в совершенно неподобающих местах. Но почему же из-за него она так резко поддавалась на всякие провокации? Может, ей стоило отвернуться, но вместо этого она вновь послала весь мир к черту и потянулась навстречу. Губы почти соприкоснулись, и тут раздался громкий хлопок. Она подпрыгнула, еле уловив раздраженный вздох Александра. Коробка рядом с ней свалилась вниз, задевая ведро с инструментами, которые в свою очередь уронили кабеля, веревки и железные банки. — Что это? Там кто-то есть! — громко взвизгнула Элиза.       Агата испуганно замерла, слушая как к ним приближаются тяжелые шаги Данте. Мозг лихорадочно придумывал пути спасения, и вдруг Алекс схватил ее руку, втягивая в еле заметный потайной ход. Она даже не заметила, как он открыл его.       Ручка двери дернулась, и панель задвинулась ровно в тот момент, когда кузен ворвался внутрь. Харрис стояла неподвижно, боясь даже дышать, пока шаги раздавались за тонкой стенкой. Именно в этот момент ее мозг вновь начал работать. Агата осознала, что Александр явно давно заметил пути отхода, но ничего ей не говорил, продолжая бесстыдно лапать. А если бы она поддалась? За какого он вообще ее принимает?! — Никого. Наверное, полка сломалась и с нее все слетело, — произнес Данте, захлопнув за собой дверью.       Ладонь Нильсена легла на ее плечо, заставляя вздрогнуть и медленно развернуться. Мысли путались, но Харрис внимательно, как послушный ученик на уроке биологии, изучала Александра. Он, будто не замечая ее сверлящего взгляда, включил фонарик на телефоне и поплелся по коридору. Стараясь не обращать внимание на затхлый запах, Агата последовала за ним.       Они шли довольно долго, отчего она несколько раз успела проанализировать их «отношения». Все, что Харрис знала, так это то, что Нильсен, если верить слухам, богат и тетушка хотела их свадьбы. Чем больше она размышляла, тем больше вопросов становилось. Зачем ему ей помогать? Что он хочет от нее? И что ей делать с этим?       Вдруг Алекс остановился у очередной панели, из-за чего она влетела в его спину. Широкая, манящая, на мгновение возникло желание провести ногтями по ней, но она тут же себя одернула. Леди так себя не ведут. — Агата, ты в облаках летаешь или видом наслаждаешься? Соберись.       Тряхнув головой, она попыталась сосредоточиться. Нужно было взять себя в руки. Из тайного прохода они прошли в совершенное неожиданное место. Широкий деревянный стол, шкафы с книгами, камин, кожаный диван — все осталось, как в воспоминаниях. Это был кабинет покойного мужа Аннет. После его смерти, тетушка ненавидела бывать здесь. Нет, они прекрасно ладили, просто эта комната для них обоих была чем-то особенным.       Агата быстро подошла к двери, вытаскивая из кармана связку ключей, которые они недавно украли у охранника, но ее внимание привлек Александр. Он уселся в кресло ее дяди, сцепил ладони в жесте, который обычно использовали детективы в старых фильмах, и уставился на нее. На мгновение она растерялась. — Что ты думаешь насчет этого? — спросил он, склонив голову на бок. — Что? — Агата, включи мозги. Ты ведь слышала. Они думают, что садовник уехал за заказом. Что за заказ? Что может быть общего у твоих кузенов и садовника?       Харрис слегка разочаровано вздохнула, облокачиваясь локтями на спинку кресла напротив него. Видимо, ее поза была слегка двусмысленна, потому что его взгляд был полностью сосредоточен на ней. Но Агата не шелохнулась, проигнорировав то, как сжались его челюсть и кулаки. Мозг вовсе не хотел думать в нужном направлении, но молчание затягивалась.       Что между ними общего? Элиза ненавидела все цветы, кроме тех, что дарили в упаковке из магазина. А Данте не смог бы отличить лютик от ириса. Это действительно казалось странным. — Не знаю, — произнесла она, спустя нескольких минут молчания. — Вообще нет ничего общего.       Александр устало захрипел, склонил голову вниз, зарываясь пальцами в волосы и взъерошивая их. И вновь ей захотелось прикоснуться к ним, но она вовремя себя одернула. Это ведь Алекс, Агата не может его хотеть. Так ведь? — Что? Спрашивай, а то перегреется. Я прямо вижу, как усиленно анализирует и работает твой мозг. — Это правда? — спросила Харрис, проклиная себя за длинный язык. — Ты приехал сюда чтоб нас свели? — Агата, разве я похож на кобеля? — усмехнулся Алекс на ее недоуменный взгляд. — Да и ты вроде не сучка. Не знаю как в вашей семейке заведено, но я по команде не могу. — Дурак. И юмор у тебя такой же. — Не отрицаю, но мои шутки тебе нравятся.       Александр смотрел на нее внимательно, словно пытался что-то разглядеть. Под таким взглядом становилось неуютно, отчего она встала, сделав шаг назад. Ей вдруг стало донельзя душно. Разве здесь было так жарко, когда они пришли? Или, может, у нее поднялась температура и началась лихорадка? — Что ты от меня хочешь услышать? — произнес он, и от такого тона по спине пробежали мурашки.       Нильсен уверено, не отрывая взгляд, поднялся из-за стола, направляясь к ней. Завороженная его поведением, Агата не знала куда деться. Мозг кричал ей о том, что пора бежать, остановиться пока не поздно, но тело почему-то вовсе не слушалось. Лишь когда он подошел вплотную, то она сделала шаг назад. Будто это могло его остановить. — Ты боишься меня?       Харрис покачала головой, понимая, что глупо его бояться. Она ведь хозяйка этого дома. Что он может сделать? Поцеловать ее? Кинуть на диван, лаская губами, вновь исследуя ее тело… Нет, нельзя. Это неправильно. — Нет, я ведь говорила, — голос предательски дрогнул.       Внезапно под ноги угодил кабель от старого телефона и если бы не стена позади, то она бы знатно ударилась. Теперь же Агата вжалась в нее, чувствуя себя каким-то зверьком перед хищником. Александр, посчитав это забавным, одной рукой оперся о стенку возле ее лица, а вторую поставил рядом с талией, лишая ее возможности сбежать.       Он оказался слишком близко, так, что она вновь отметила ясный голубой цвет глаз. Его взгляд голодный и игривый, будто лишал возможности нормально соображать. На мгновение в голове возникла мысль, что Александр ее гипнотизирует, подобно вампирам из глупых газет, которые ей показывала соседка по комнате из Америки. — Агата, чего ты хочешь? — Правду.       Нильсен усмехнулся, наклоняясь к ней ближе. Его дыхание обжигало ее шею, заставляя на секунду прикрыть глаза, отдаваясь буре чувств, что разрывала изнутри. — Ты невыносимо сексуальная.       Харрис распахнула глаза, ожидая продолжения, но он не шевелился, будто ожидая ее… Разрешения? Агата закусила губу, отведя взгляд, и мягко уперлась руками в его плечи. Заниматься любовью с Александром в кабинете ее давно умершего дяди явно не самая лучшая идея. — Дурочка, могла бы уже понять, что я никогда не сделаю ничего против твоей воли. И тем более не сделаю больно, — Александр ухмыльнулся, будто читая ее мысли, — если, конечно, ты сама не попросишь. — Тогда зачем? — пытаясь восстановить дыхание и сбросить все желание, произнесла Агата. — Зачем все это? Я не просила. Мне все это абсолютно не нравится.       Внезапно Александр резко перехватил ее руки, и вдруг она оказалась прижата к стене его телом. Быть может, ей нужно было сопротивляться и кричать, но Агата не хотела. В мгновение, руки оказались высоко над головой, а Алекс склонился к ней еще ближе, невесомо скользя губами по щеке к уху. — Лжешь. Тебе это нравится. Признайся хотя бы себе.       Агата закусила губу, борясь с желанием поцеловать его и позволить делать с собой все, что их пошлые фантазии только придумают. Он слишком сильно влиял на ее эмоции, выводя из тягучего спокойствия. Но ведь так нельзя… Это ведь всего лишь минутный соблазн, его глупая игра. Разве нет? — Я не слепой, и вижу твою реакцию, — продолжил он, переходя на шепот. — Ты могла меня ударить, — Александр мазнул языком по шее, выбивая из ее легких воздух, — могла вышвырнуть из дома, — губы едва ли не коснулись ее губ, — но вместо этого именно ты продолжаешь меня дразнить. Ты начала эту игру. А ведь тебе нужно всего лишь попросить…       И тут он чмокнул Агату в нос, отпуская запястья из своей хватки. Если бы Алекс не схватил ее за талию, то она точно бы свалилась на пол. В эту секунду ей захотелось оторвать ему голову или что похлеще. — Иногда мне хочется тебя прибить. — Не думаю, — ответил он, покачав головой. — Просто скажи, что ты хочешь.       Харрис нахмурилась, находя самое емкое и глубокое слово, чтоб описать то, как он поступает, и уже открыла рот, чтоб выплеснуть все свои эмоции, как вдруг воздух застрял в горле, оставляя лишь стоны. Нильсен вновь навалился на нее, прижимая к стене. Его губы осыпали ее шею поцелуями, а руки крепко сжимали талию. — Скажи, Агата, или я уйду. Чего ты хочешь? — его слова походили на команду, которой невозможно сопротивляться. — Я хочу…       Воздух застрял в легких, когда его зубы задели мочку уха. И как только она сделала вдох, то вновь ощутила пленяющий запах, его запах. Он будто окружил ее, помимо себя, оставляя в этом мире лишь крепкие ладони Александра и его губы, ласкающие кожу. По спине пробежала волна мурашек, вызывая очередной рваный вздох. — Чего? Скажи это. — Ты знаешь, — прошептала она, молясь внутри, чтоб он не останавливался. — Нет, это так не работает.       Одна ладонь нагло скользнула по рубашке вверх, проходясь по ребрам и задевая грудь, а другая направилась вниз, оглаживая бедра. Но дальше Алекс не двигался, и Агата медленно сообразила, что все зависит от ее решения. Отказаться от всего сейчас было выше сил. Поэтому ей пришлось отпустить свои устои и подозрение. — Я хочу тебя…       Губы Александра уверено накрыли ее, не давая закончить фразу. Он двигался трепетно и нежно, будто ничего не было ранее, а затем захватил ее нижнюю губу, меж своих, слегка потянув. Алекс провел языком по ее губе, заставляя повиноваться. Агата чувствовала как его ладони спустились на ягодицы, сжимая их с долей грубости, но от этого желание становилось лишь еще сильнее. Языком он очертил зубы и небо, игриво сплетаясь с ее языком, и сильнее прижимаясь к телу.       Она отвечала с такой страстью, на которую никогда бы не подумала, что способна. Сердце стучало так быстро, что казалось вот-вот лопнет, воздуха не хватало, а ее волновало лишь то, чтобы он не останавливался. Это казалось безумием. — Видишь, это ведь просто, — произнес Нильсен, тяжело дыша и любовно оглаживая кончиками пальцев шею. — Могла сказать это быстрее.       Алекс властно рванул ткань ее рубашки, отчего пуговицы легко поддались, являя ему кружевной лифчик. Проведя пальцами по ребрам, он накрыл ее грудь, вызывая очередной шумный вдох. Когда набухшие соски уперлись в его ладонь, то Александр не смог сдержаться, тихо зарычав. Нежно отодвинув прозрачную ткань, он огладил ореол большим пальцем, а затем зажал выпирающий сосок между пальцев, слегка потянув. Очередной стон сорвался с ее губ, вызывая у него довольную улыбку.       Резко дернув рубашку и спустив ее до плеч, Нильсен притянул Харрис к себе, проводя влажную дорожку по шее, спускаясь на ключицы. Она пыталась ответить, прикоснуться к нему, но от этого, он лишь сильнее сковал ее руки. В ответ на очередную попытку губы Александра сомкнулись на ее ключице, всасывая и царапая зубами нежную кожу. Слишком поздно до нее дошло, что вскоре на этом месте будет красоваться его метка. А затем еще один укус и еще. Агата вскрикнула, но боль моментально проходила, стоило ему провести языком по болезненным местам. Оставалось лишь удовольствие, переходящее в пульсирующий и ноющий комок внизу живота. — Ты же будешь хорошей девочкой? — произнес Александр, получив от нее тихое согласие. — Повернись.       Закусив губу, она повиновалась, даже не представляя на что способна его фантазия. Он, будто издеваясь, опустил ладони на плечи, нарочито медленно повел вниз, оглаживая ее руки, останавливаясь на кистях. По телу пробежала волна мурашек, когда Алекс дернул за рукава, снимая с нее рубашку. На мгновение его ладони исчезли и тело охватил холод, но затем он провел пальцами по ее позвоночнику, ловко подцепляя застежку лифчика. Секундное замешательство и кружево тоже полетело в сторону.       Прижавшись к ней почти вплотную, Александр обнял ее сзади, вдыхая запах ее волос, а затем грубо сжал ее челюсть, заставляя ответить на поцелуй. Проведя пальцами по ребрам вверх, он дразня задел ее сосок. И спустя мгновение обе ладони оказались на ее груди, сжимая их с легкой жестокостью. Агата дернулась, выгнув спину, и прижалась ближе так, что вставший член упирался прямо в поясницу, вызывая тягучую волну желания. — Какая ты нетерпеливая.       И вдруг она услышала, как Алекс расстегнул пряжку и вытащил ремень из брюк. Мгновенно в голове всплыли похабные картины, которые она, как приличная девушка, увидела совершенно случайно. Хлопок в воздухе явно был не к добру. — Ударишь меня этим и я тебе голову оторву, — испугано произнесла Агата. — Силенок не хватит, но если леди так просит, то мы можем сделать немного иначе.       Он перехватил ее запястья, сводя за спиной, и ловко, будто профессионал, закрепил их ремнем. Харрис дернулась, но Нильсен прижал ее к себе, нежно целуя в висок. — Тебе понравится. Обещаю.       Она робко кивнула, загипнотизировано слушая его голос, от которого появлялась дрожь в коленях. Алекс потянул ее на себя через всю комнату, притягивая к широкому столу. В других бы случаях она не согласилась, но не в этот раз. Мгновение и все что было на деревянной поверхности полетело на пол. И в следующие она больно ударилась об стол, ведомая его твердой рукой. Ее разгоряченная кожа удивительно контрастировала с ледяной поверхностью. Тело покрылась мурашками, дыхание стало частым. Это могло показаться унизительным, но на самом деле она плавилась еще больше, чувствуя как по внутренней стороне бедра растекается ее желание, просачиваясь сквозь одежду.       Дернув ее бедра на себя, Александр рванул замок юбки, стаскивая одежду вниз, заставляя сделать шаг и широко расставить ноги. Агата желала увидеть его лицо, когда он осознал, что на ней лишь кружево и чулки. Но ей оставалось лишь довольствоваться ощущениями. Пальцы скользнули по бокам тонкой ткани, а затем раздался треск. Сквозь затуманенное сознание, она осознала, что он беспощадно порвал ее трусики. — Ты спятил? Ты хоть представляешь сколько они стоят? — Уже нисколько. Но я могу остановиться, если ты хочешь, — грубо произнес он, но было ясно, что это блеф.       Агата зарычала, и если бы она не была так возбуждена, то точно бы его убила. Его ладони коснулись голой кожи, заставляя забыть неприятность. Липкая влага окутала его пальцы, и Агата выгнулась, прекрасно чувствуя, как затекли ее руки и кожа ремня врезалась в кожу, но ее отчего-то это заводило еще сильнее. — Кто бы мог подумать, что в такой хорошенькой скромнице прячется такая развратная девчонка.       Его пальцы скользнули по складкам, задевая чувствительный клитор. Агата резко вздохнула и выгнулась навстречу, чувствуя, как дрожит от удовольствия. А ведь он всего лишь притронулся к ней. Но Александр продолжал ласкать ее, и вскоре один палец скользнул внутрь практически на всю длину, умело задевая какие-то слишком чувствительные места, вырывая из нее громкий стон. Агата подалась бедрами навстречу, радуясь, что лежит на столе, иначе ноги бы не выдержали. На что Алекс сделал еще несколько движений внутри, а затем остановился. — Ты сводишь меня с ума, — прохрипел Александр, давая ей понять о своем желании.       Агата толкнулась навстречу, упираясь ягодицами прямиком в его вставший член, вызывая тихий рык. Они оба понимали, что на грани, больше нет сил играть. Александр быстро снял с себя одежду, но ей показалась, что недостаточно.       Он медленно огладил ее спину, вызывая очередную волну мурашек. А затем плавно вошел в нее, перехватывая ремни, надежно скрепляющие ее кисти. Алекс контролировал темп, угол и глубину. И впервые в жизни Агате нравилось, когда мужчина доминировал над ней.       Александр двигался все быстрее, будто совершенно не заботясь о ней. Ладонь скользнула на шею, впечатывая ее в поверхность. Он имел ее с такой силой, что ей казалось, будто она не выдержит. Чувства смешались, казалось, будто в ней вот-вот что-то взорвется.       Легкий удар ладони прошелся по ее ягодицам, когда Алекс вошел в нее на всю глубину. А затем еще один, куда ощутимее. Запоздалый вскрик, заглушаемый очередным стоном, призывали Александра продолжать. Кожу жгло, но боль не чувствовалась, оставляя лишь извращенное наслаждение после.       Удары сменялись на мягкие поглаживания, но темп он не снизил. Вдруг его ладони двинулись наверх, любовно собирая разметавшиеся медные волосы. Резко потянув за них, Александр заставил ее выгнуться и запрокинуть голову сильнее. Мгновенно подхватив ее на руках, он буквально удерживал ее от падения. И в это мгновение, Агате казалось, что она забудет как дышать.       Он едва ли замедлил движение, оставляя легкий мазок губами на щеке. А затем резко остановился, потянув ее на себя, заставляя выпрямиться. Она неуверенно стояла на ногах, абсолютно недовольная тем, что не получила то, к чему была так близка. Из-за этого Агата не сразу поняла, что ее руки больше ничего не сдерживает.       Александр резко развернул ее лицом к себе, на мгновение напомнив хищника. Она даже не успела сообразить, что произошло, как его губы вновь смяли ее. Ноги подкосились, и Алекс вновь посадил ее на стол, давая понять, что ей нужно сделать.       Деревянная поверхность холодила не так, как раньше. И она с улыбкой подумала, что успела ее согреть. Александр подтянул ее за бедра к себе навстречу, забросил ее ногу на свое плечо, и у нее перехватило дыхание, когда он одним жестким толчком вошел в нее, начав двигаться так, будто не было этой передышки.       Затылок до боли уперся в стол, а стоны слетали один за другим, смешиваясь с его прерывистым дыханием. Ладони тянулись наверх, оглаживая ее контуры, в этот раз ощутимо болезненно сдавливая грудь. А затем Александр придвинулся ближе, нависая прямиком над ней, позволяя сцепить ноги за его спиной. Ее пальцы сначала медленно, будто вопрошающе коснулись его спины, а затем заскользили куда увереннее, даже оставляя явные царапины, но Алекс был занят ей, чтобы обратить на это внимание. Он целовал ее, а она старалась не отставать, но это было трудно под этой лавиной чувств, отчего оставалось лишь хватать ртом воздух. Стоны, вдохи, развратные звуки шлепков от влажных тел. Все это дурманило голову. Еще несколько толчков и она утопла в эйфории чувств, где от нее ничего не осталось. Никаких страхов, предрассудков и ненужных мыслей.       Алекс продолжал ускоряться, пока не уткнулся в ее шею, оставляя еще один полу укус поверх остальных. Ее тело содрогнулось вместе с его, когда он провел мокрую дорожку от ее плеча к уху, и их стоны смешались. Лишь тогда Нильсен выпустил ее из своей хватки.       Агата лежала на спине, пытаясь привести дыхание в норму. Рядом с ней довольный, подобно сытому коту, на самом крае распластался Александр. Его губы растянулись в абсолютно счастливой улыбке, и сейчас он был действительно похож на дурачка. От этого она потянулась к нему, оставляя нежный поцелуй на его губах. — Агата, как тебе не стыдно? Леди себя так не ведут! — Да пошел ты, — сквозь улыбку ответила она, ногой спихивая его со стола.