Обжигающая сталь

Следующий день прошел слишком быстро. Баки проснулся поздно, а если быть точнее, вскочил с кровати в холодном поту с тяжелым дыханием. Ему снова снился блондин с голубыми глазами, только на этот раз он был не таким накаченным и сильным и между его бровей не было складки, от того, что тот видимо часто хмурился. Во сне он видел его совсем юным и невинным, но как ни странно, он видел и себя во сне. Счастливого, широко улыбающегося с горящими синими глазами. Они с блондином разговаривали, смеялись, дурачились в пустой скромной квартире, по телевизору шла какая-то черно-белая программа, которую они просто игнорировали, увлеченные друг другом. Мальчишка потянулся к нему, положил тонкую руку на щеку, Баки ощутил как всё внутри полыхает, как сердце сладко трепещет в груди и тепло разливается по телу, голубоглазый наслаждается его реакцией, и в следующую секунду уверенно, но нежно и чувственно касается его губ своими. В этот момент перед глазами картинка меняется, он стоит на горе трупов, а мальчишка кажется уже совсем не мальчишкой. Его глаза не светятся от счастье, они полны осуждения и презрения, на его губах больше нет той искренней теплой улыбки. «Убийца», — раздался ледяной голос в голове и Баки проснулся, не понимая, почему так реагирует на какого-то парня, которого даже не знает. Или знает, но просто не помнит? Он хочет вспомнить, но понимает, если сделает это может быть только хуже. Баки всё ещё нестабилен, он нуждается в ком-то, кто мог бы его принять таким, но, увы, не помнит никого, в его голове лишь жалкие обрывки фраз и картинок, где даже лица неразличимы. Но, как говорится, беда приходит, когда её не ждёшь. Баки не ожидал увидеть Железного человека, которого помнил смутно, на своей кухне. Сказать что он был в шоке — ничего не сказать. Тот нагло расхаживал по маленькой комнате, будто что-то ища, с таким видом а-ля я тут хозяин. — Какого хрена? — возмутился Барнс, едва не рыкнув от злости. Карие надменные глаза встретились с синими, горящими от гнева. Перед ним стоял Тони Старк — Железный человек — которого он не раз видел по телевизору в последнее время, но помимо этого отчего-то чувствовал, что они уже встречались. — Знаменитый Зимний Солдат. Неужели даже не попытаешься напасть на меня, чтобы убить. Я наслышан о твоих «подвигах», — он криво усмехается, облокотившись бедром о столешницу и ведет себя чересчур спокойно и развязано. Его броня полностью защищает тело и лишь лицо открыто. — Если не свалишь отсюда сейчас же, мой кулак встретиться с твоей самоуверенной рожей. — отвечает Баки, как можно спокойнее, но полностью контролировать эмоции ещё слишком трудно. — Слабенько, Холодное Сердце. Раньше ты вообще не болтал, шел до последнего, пока не добивался своего. Тони нашел Барнса не просто так. Он потратил гребаную тучу времени, чтобы разыскать его в огромном Нью-Йорке и сейчас точно не уйдет, пока не добьется своего. Баки Барнс — единственный способ вернуть в строй Роджерса, но для этого нужен долбаный Рамлоу — нить связывающая Баки с прошлым и будущим. Тот, за кого можно ухватиться, чтобы не сойти с ума. Старк не горел желанием приводить двух убийц в башню, но ему нужен Кэп в здравом уме, готовый выполнять миссии, а не пьяный в стельку брошенный придурок, твердящий о своей любви и разбитом сердце. — Что тебе от меня, блядь, надо? — выплевывает Баки, скрещивая руки на обнаженной груди. Тони успевает оценить голый торс Барнса и отмечает, что тот сложен, как бог. Мотнув головой, он откидывает ненужные мысли и вновь смотрит в синие глаза. — Ты, — отвечает односложно и брови Зимнего ползут вверх. — И зачем же я понадобился такому, как ты? — он усмехается, задавая вопрос. — О, ты мне как раз-таки нихуя не нужен. Хотя я бы засадил тебе, — он облизывает губы, спускаясь взглядом ниже и шумно выдыхает. У Баки чешутся руки, хочется набить этому миллиардеру морду, но он всё ещё держится. — Но боюсь, что ты свернешь мне шею. Не суть. — Блядь, Старк, хватит трепаться не по делу. — в его окно ловко влазит мужчина с пронзительными карими глазами и хриплым низким голосом. Баки замирает, не дыша. Он смотрит на него, слыша гулкий стук сердца в груди. — Ну, здравствуй, детка.