Дела семейные

Ради встречи с братской расой устроили целый прием прямо в зале, разделенном на две части стеной. И, вот честно, я бы лучше на нудной эстетике отсидела восемь пар с грымзой-суккубом и ее бубнежом, чем пришла сюда! Но этот день станет отправной точкой в моем... Исполнении собственного предназначения. Стоило только мне родиться, меня тут же обручили с третьим принцем Белого города, архистратигом, серафимом Селафиилом. Конечно, и я не из простых, третья принцесса Пламенного города, серафим тоже, вроде как. Титул серафима достался мне от отца, который не нуждается в представлении, но мне всегда казалось, что я не могу так называться. Если верить книгам и опыту, серафимы не только сильны и могущественны, но и шестикрылы. У меня же нет ни одного крыла, только хвост, да и силы недостает. Впрочем, мой физический недостаток никак не скажется на том, для чего этот брак будет заключен. Все дрогнули, когда плотный молочно-белый туман стены вдруг исчез. Мужчины схватились за оружие по обе стороны. Но ни у кого не нашлось столько наглости, чтобы нарушить приказ Создателя о перемирии. Меня подтолкнули в спину, и я вышла немного вперёд, стараясь не волноваться. Или хотя бы не показывать, что волнуюсь. Один из светлых — мой жених. И, если я толком не осознавала свою помолвку большую часть жизни, он был подростком, когда меня ему обещали. Светлые, глядя на нас, все, как один, покраснели до корней волос. Судя по тому, как они одеты, за столетия изоляции наших рас мода и меры приличия стали очень... Разными. Но понять, кто есть кто, было сложно, потому что, оказывается, они тоже не носят всегда крылья. И я ни разу не видела таких светлых волос, на нашей стороне такого просто не бывает. Впрочем, насколько мне известно, в том мире, куда мы отправимся, такие тоже есть. Все же вперед вышел один из рослых молодых мужчин, тоже одетый парадно. Наверное, это он. И по погонам архистратига я поняла, что это мой, прости, Создатель, жених. Красивенький… Еще бы это скрасило мне политический брак. — Ваше Высочество Наамах, — негромко сказал он, почти пробормотал, вежливо кланяясь, — большая честь для меня познакомиться с вами. — Ваше Высочество Селафиил, — я наклонила голову, протягивая ему руку для поцелуя, — большая честь для меня. Он уставился на мое запястье, явно не представляя, чего я от него вообще хочу. Я почувствовала себя на редкость нелепо и уже собиралась опустить руку, но молодой человек все же сообразил, как избежать конфуза. Очень осторожно, буквально самыми подушечками пальцев поддержав мою ладонь, он склонился ниже и изобразил поцелуй. Именно изобразил, его губы моей кожи не коснулись. Видимо, у них такое не принято, но это ведь официальное приветствие, мог бы и изучить хотя бы азы этикета перед первой встречей. Но я не стала требовать извинений или нормального приветствия и вообще привлекать внимание к этому моменту. Хватит и того, что из-за него я целых несколько секунд стояла с протянутой рукой, будто выпрашивала поцелуй. Он мне уже не нравится! Я вот удосужилась у отца выспросить все, что он мог вспомнить о светлых, потому что вряд ли найдется кто-то еще настолько древний, чтобы видеть их до появления стены, знать порядки и повадки. И я даже злорадно подумала, что понимаю, почему наши расы вечно враждовали. — Во исполнение воли Создателя, третий принц Белого города Селафиил и третья принцесса Пламенного города Наамах будут соединены узами брака в день наступления нового тысячелетия, — мягко и гулко произнес отец, становясь рядом со мной и едва ощутимо касаясь теплыми пальцами запястья, явно хотел немного поддержать, — рожденный в этом равном союзе серафим-полукровка станет правителем Третьего города, независимым от чужой воли и близким к своему народу. — Мы, со своей стороны, признаем законность и равность брака, — за правым плечом моего непутевого жениха встал Повелитель светлых, — признаем право будущего правителя повелевать Третьим городом и дать начало династии. Свадебная церемония состоится с равным использованием необходимых обрядов сторон и станет началом перемирия Белого и Пламенного городов с признанием суверенитета Третьего города. — Да будет так, — хором закончили Повелители. Мы стояли друг напротив друга, каждый на своей половине зала. Я чувствовала себя немного нелепо от этого старомодного официоза, но, раз уж ультиматум был выставлен почти две сотни лет назад, формулировки должны быть соблюдены в точности. И немного посветлевший Селафиил снова покраснел, стоило нам пересечься взглядами. А я-то мечтала выйти замуж за умелого и уверенного в себе мужчину… Начался менее формальный этап, официанты вынесли закуски и напитки. И никто не переступал черту, никто не пытался заговорить через нее, не говоря уже о полагающихся для такого мероприятия танцах, для которых два оркестра по очереди играли каждый свои вальсы, но взгляды в обе стороны все присутствующие бросали беспрерывно. Отец воспользовался этим и умыкнул меня в неприметную нишу за колонной и тяжелой вышитой портьерой. — Я уже много раз говорил это, моя девочка, но прости меня, — вздохнув, он прислонился к стене, покручивая в пальцах бокал, — у меня еще не было детей, когда я соглашался на такие условия, и понимаю, почему Иехоэль был так против, — я открыла было рот, но Повелитель поднял ладонь, пришлось оставить комментарии при себе, — но я рад, что именно моя дочь выходит за светлого, а не наоборот, они чтут женщин, думаю, он не причинит тебе вред. — Пусть попробует! — все же не сдержалась я. Может, крыльев у меня и нет, но навалять я много кому могу! И даже не обязательно физически или собственными руками, способов существует много… — О, моя малышка, он четвертый меч, — тихо засмеялся отец, качая головой. Пришлось признать, что такого сильного воина я разве что во сне смогу убить, и этот вариант нельзя сбрасывать со счетов. А еще я хороша в ядах! — и, все же, я надеюсь, что вы сможете сосуществовать мирно. Уверен, он будет стараться наладить отношения, но и ты, пожалуйста, не упрямься, так лучше будет для всех. — Ладно, — проворчала я, взяла его за руку, когда он протянул ее, и почувствовала его мягкое тепло, — и не вини себя, это ведь ради нашего народа. — Сейчас я почему-то уверен, что не так уж нам и нужны эти святоши, — так грустно улыбнулся Повелитель, что я потянулась его обнять. У меня и самой глаза слезами наполнились, когда он вцепился в меня так крепко, будто хотел вырвать из ткани мироздания. Мы увидимся еще только раз, через десять дней, а потом… Потом я навсегда отправлюсь в Третий город с нелюбимым мужем.