Дела семейные

Утро было замечательным. Я повалялась в уютной теплой постели, лениво ворочаясь, неторопливо приняла душ просто для удовольствия. Хочу ещё узнать, какие средства для кожи есть здесь, вдруг что-нибудь стоящее. Лишь бы натуральное, а то оно у них все химическое почему-то. Чувствуя, что проголодалась, я оделась на выход. Пройдемся ещё, теперь уже в другую сторону от дома, позавтракаем где-нибудь, а потом пойдем искать мне новые вещи. Обожаю примерять, выбирать, а потом с удовольствием выгуливать обновки! Селафиил ещё спал. Диван достаточно длинный, так что рослый парень на нем нормально уместился, но только в одном измерении. Не то чтобы он так широкоплеч, чтобы свешиваться с сиденья, но его крылья заняли почти всю комнату, правое явно неудобно задиралось на спинку дивана и за ней опадало на пол. И по впечатляющему размаху можно было догадаться, почему они не носят их все время. А если бы их было три пары, вообще бы некуда было ступить. Но очень красивые. Концы белые, настолько белые, что аж глаза режет, а у плеч плавно переходят в золотисто-коричневые. И волосы у него тоже очень приятного золотистого блондинистого цвета, теплого и мягкого, как... Как солнечный зайчик. И спит он в одежде с головы до ног, разве что рукав короткий. У них что, какая-то фобия на демонстрацию тела? Я бы вот с удовольствием полюбовалась на явно очень красивый тренированный торс. Осторожно обойдя разложенные по полу крылья, я вдоль стеночки пробралась в столовую, совмещенную с кухней. Очень хотелось выпить чего-нибудь горячего, крови или настойки, но такое тут вряд ли найдется. Порывшись в шкафчиках, я нашла очень вкусно пахнущий пакетик с небольшими продолговатыми зернами. На нем было написано, что это кофе для кофемашины, так что пришлось ещё и эту самую машину на кухне искать. На каждом приборе лежала брошюрка с инструкцией, и вот по заголовку я и опознала искомое в черно-серебристом небольшом аппарате. Как было написано, засыпала зерна в нужный отсек, налила воду, подставила чашку. Названия напитков мне ничего не говорили, так что я выбрала ту кнопку, где значилось "черный кофе", потому что это была вообще единственная кнопка с упоминанием названия зерен, остальное вообще все совсем иначе звучало. Проклятая машина вдруг издала такой треск, что я аж отпрыгнула, стараясь оказаться подальше и отгородиться чем-нибудь заодно. А то мало ли, как далеко могут разлететься ошмётки подлого аппарата. Но, против ожиданий, ничего не взорвалось и не сломалось, просто в чашку потекла черная жидкость, а по помещению распространился крепкий, горьковатый и очень приятный аромат. — Ты в порядке? — встревоженно и слегка хрипло спросонок спросил из гостиной жених. — Что-то случилось? — Да, я в норме, — поторопилась отозваться я, чтобы он не прискакал с мечом наголо, — извини, что разбудила, не думала, что этот прибор такой шумный. Вошёл он напористо и настороженно, явно готовый защищаться. И остановился рядом со мной, тоже наблюдая за наполнением чашки. — Ничего страшного, — прищурившись на злосчастную кофемашину, парень потянул носом воздух, — вкусно пахнет, что это? — Написано "черный кофе", — я пожала плечами и подошла за своим утренним напитком спокойно и прямо, хотя инстинкт самосохранения советовал поберечься. Черная жидкость со светло-коричневой пенкой умопомрачительно вкусно пахла, так что я отбросила сомнения и аккуратно попробовала. Теплое, горькое и при этом очень вкусное варево, — неплохо, кстати. Хочешь попробовать? Я без задней мысли протянула ему чашку, и мнительный светлый тут же зарделся. А теперь-то что? Нельзя есть из одной посуды? Непрямой поцелуй через напиток? — Боюсь, для меня слишком горячо, — пробормотал он, отводя взгляд, — у нас разные температурные режимы. И ещё, м-м-м... Мне сообщили, что нас ждут через час низшие, они давно здесь живут и помогут нам познакомиться с городом. О, это хорошо. Надеюсь, среди них будет девушка, мне нужна ее консультация по части красоты. И украшений! Очень интересно посмотреть, какие здесь украшения в моде. — Только давай сначала позавтракаем где-нибудь, — грея обе ладони о теплую чашку, я присела за стол. — Да, конечно, я быстро... — сразу же засуетился Селафиил. Улыбнувшись, я прикрыла глаза. В целом, если сейчас окинуть наше знакомство мысленным взглядом, он неплох. Милый, будто бы даже кроткий, может быть, будет ласковым и нежным любовником, когда всему научится. И отдельная прелесть в том, что он будет именно таким, какие нравятся мне. По крайней мере, пока не осмелеет и не начнет проявлять свои желания в постели. Но, сдается мне, произойдет это ой как нескоро, так что ближайшие несколько лет все будет так, как я хочу. Во всем. А я люблю, когда все так, как мне надо, папина властность досталась всем его отпрыскам. А еще мне тут все же прохладно. Вчера было не так заметно, а сегодня после теплого одеяла и горячего душа, да еще с теплым напитком в руках очень неприятно. Я слышала про такое, вроде бы, это просто привычка к атмосфере Пламенного города, должно со временем пройти. Уж чем славятся темные, так это приспособляемостью, говорят, и полукровки ее от нас унаследовали в значительной мере. Правда, возможно, Третий город окажется достаточно большим для смены сезонов. Даже в Пламенном городе, одном из самых маленьких и жарких, периодически наступает осень, которая, впрочем, плавно перетекает в весну и возвращается к лету. А если тут будет зима? Да я закоченею! Или придется все время сидеть дома и греться с уже мужем в постели. Но тогда я просто требую дом с камином для уюта! Приученный к дисциплине и вымуштрованный боец собрался быстрее, чем я допила кофе. В принципе, ему-то что, переодеться, обуться и волосы в хвост собрать, делов-то. Присев напротив, он сложил руки на столе и уставился на них. Судя по нервному ерзанию, хочет что-то сказать, но я не стала торопить. — Я бы хотел извиниться за утреннее, — все же выдавил парень, опять краснея на кончиках ушей и немного розовея на скулах. Я только приподняла брови, потому что не смогла припомнить косяков, — обычно я не раскрываю крылья на ночь, видимо, это во сне так вышло. — Ничего, — он бросил на меня взгляд, и я улыбнулась, заставляя его покраснеть сильнее, — у тебя очень красивые крылья. Смущенно бормоча благодарности, светлый неловко повел плечами. Серафимы не любят светить крыльями, это верно. Кто-то стесняется, кому-то мешают, но, так или иначе, они у них все время спрятаны. Я видела крылья отца лишь тогда, когда он учил своих крылатых детей летать. Он все пытался уговорить меня не ходить и не смотреть на их тренировки, чтобы не расстраивалась, но и не запрещал, когда я упрямилась. Они у него тоже очень большие, чернее ночи, а перья гладкие, вытянутые, как кинжалы, и немного скользкие. Иногда одно или два пера у него выпадали, и я всегда клянчила их себе наперебой с Абаддоном, которому вместе с титулом второго принца достались нереально стильные витые рога и такой же, как у меня, хвост вместо крыльев. Одно из них у меня даже должно быть с собой, вложенное в личный дневник. Будет мне напоминанием о доме и счастливом детстве под крылом прекраснейшего из серафимов и лучшего во Вселенной отца. Завтракали мы в заведении под названием кофейня. Официантка посоветовала мне попробовать кофе со взбитым молоком, и я не отказалась. С молоком вкус оказался нежнее и мягче, и я точно помнила, что такое же название видела на одной из кнопок кофемашины. А Селафиил и тут нашел себе вчерашний настой. Низшие ждали нас в холле торгового центра. Только устроено тут все было странно, слишком много магазинов вместо крупных выставочных залов портных и мастеров. — Ваши Высочества, — едва заметно поклонились миловидная ангел и смуглый страшненький бес. И мне хватило пары минут, чтобы понять, что тут неуставные отношения во всей красе. Так еще и запрещенные до вчерашнего дня, как и любые контакты наших рас, потому что однажды Создателю надоели наши распри, и он просто воздвиг стену между нашими соседствующими городами, а полукровок, наплодившихся за столетия войн и смешанных браков, выгнал в этот город, созданный специально для них. Поразительно, на самом деле, как могут наши отношения между собой и с другими расами волновать того, кто за несколько мгновений просто создал новый мир? Да, почти такой же, как остальные, но буквально из ничего и все же уникальный! Говорят, двое первых серафимов, любимые творения, пусть и принадлежащие к разным расам, видели воочию Создателя, знают его имя. И уж точно будут хранить эту тайну до скончания времен, потому что сами умирать вовсе не собираются, несмотря на многие сотни лет возраста. — Смертные довольно быстро тут освоились, — вдруг хмыкнул Селафиил, когда его подданная показывала, как пользоваться автоматом, выдающим бумажный эквивалент денег. — Годы здесь считаются иначе, Ваше Высочество, — откликнулась ангел, — и живут они гораздо меньше. С момента создания мира прошло примерно пять тысяч лет, а средняя продолжительность жизни только недавно перевалила за полсотни лет. — Полсотни? — хмыкнула я. Да в свои пятьдесят лет я только школьный диплом получала! И, если по их счету прошло пять тысяч лет, а по нашему — чуть меньше пяти сотен, то и год у них в десять раз короче. Длина суток везде одинаковая, да и время течет с одинаковой скоростью, просто их летоисчисление должно быть приспособлено к их смехотворной продолжительности жизни. — И сколько их сейчас? — полюбопытствовал серафим. Да, когда Создатель разделил нас, полукровок было, по разным данным, от ста до двухсот тысяч, вполне достаточно для основания новой расы. Если жизни у них короткие, то и размножаться они должны быстрее нас, так что, думаю, пара сотен миллионов. — Семь миллиардов, — ответил Лембой, и мы с Селафиилом пораженно переглянулись, — мрут со страшной скоростью, но и плодовиты до безобразия. И да, Ваши Высочества, перед нашей встречей пришли инструкции по вашему стилю жизни здесь, согласованные с обоими Повелителями, — я приняла тонкую прошитую брошюру, — вам предлагается стать, в определенной мере, медийными личностями, чтобы будущий Повелитель сразу оказался в центре внимания. — И нам точно потребуется с этим помощь, — серафим достал свой аппарат связи и приглашающе кивнул в сторону открытого кафе прямо напротив входа. Бес покорно наклонил голову и проследовал, куда было сказано, за ними шагнула было и ангел, но я придержала ее за локоть. — А ты покажи-ка мне, что тут с одеждой и косметикой, — я обвела ладонью просторный холл, — самой мне в этом долго разбираться. И мне понравилось. Одежда у полукровок была просто на все вкусы, качества, конечно, дрянного, так, надеть один-два раза и выбросить. Украшения так себе, грубая и кустарная работа, даже среди самых дорогих. Главная ценность — не размер камня, а работа ювелира! Чтобы отполировано было идеально, чтобы камень был индивидуально огранен, а не вот этот перевод драгоценных материалов. Но зато косметики и различных средств по уходу было просто невозможное количество видов. Они, пытаясь компенсировать отсутствие магии, приловчились пихать туда просто что угодно, и растительного, и животного происхождения. Я набрала всяких кремов, масок, кондиционеров и прочих бесполезных ухищрений полукровок и для кожи, и для волос. Попробую, вдруг действительно прибавит шелковистости. Хотя тут и вода прекрасная, мягкая и сама по себе творящая чудеса. Мы с ангелом возвращались к кафе, где оставили молодых людей, она несла пакеты с моими покупками и вела себя вполне спокойно. Не краснела, не стеснялась и не паниковала в присутствии темной принцессы. Значит, это просто дело привычки. Не сомневаюсь, бес свое не упустил, так что можно не переживать за стеснительность жениха, отлично. Но на меня опять все пялятся! Я бы даже подумала, что полукровки могут видеть мой хвост и потому столько внимания проявляют, если бы не знала, что это невозможно. В Пламенном городе я тоже всегда была в центре всеобщей заинтересованности, но ведь я третья принцесса, серафим, красотка, в конце концов. — Послушай, я как-то не так одета? — негромко поинтересовалась я, раз уж есть возможность узнать прямо у того, кто здесь живет давно и знает повадки полукровок. — Почему все смотрят? — Просто вы очень красивы, Ваше Высочество, — так же тихо ответила девушка, — смертные подобных вам никогда не видели, для них даже ангелы выглядят верхом совершенства. Вот оно что. Значит, и я, и Селафиил для них просто слишком красивы? Ну да, сами полукровки не намного приличнее бесов выглядят, а бесы обычно настолько же уродливы, насколько поганы характером. И без того прекрасное настроение от предельно честных и обоснованных комплиментов стало еще лучше. Уж ангелам точно не тягаться со мной в красоте. Теперь каждый изумленный или восхищенный взгляд воспринимался как отдельный и весьма изысканный комплимент. Мой будущий супруг стойко вынес ожидание и не стал меня за него упрекать. Низшие вежливо распрощались и быстренько исчезли с глаз, пока я в меню все того же кафе выбирала, чем бы перекусить после ознакомительного набега на магазины. — Может, тебе тоже что-нибудь из одежды присмотреть? — предложила я, в ожидании заказа вытягивая под столиком приятно гудящие ноги. — Я как-то не так выгляжу? — сразу же смутился блондин, опуская взгляд. О, Создатель, ну как же с ним тяжело, слова не скажи… — Нет, выглядишь ты прекрасно, но все время в белом… — я пощелкала пальцами, пытаясь подобрать максимально невинную формулировку и ради забавы высекая искры. — Непрактично. — У меня есть не только белые вещи, — совсем уж тихо пробормотал Селафиил, уже почти привычно пылая кончиками ушей, — просто так мне привычнее, извини. Кажется, я его расстроила. Даже не по себе стало, он же такой наивный и беспомощный, когда дело касается девушек, а тут я еще и по его внешности не слишком лестно прошлась. Замечательно начинаю семейную жизнь… — В общем, прости, если я что-то не так сказала, — сразу, без намеков попросила я. С ним надо прямо. По крайней мере, попробовать. Уж надеюсь, что хотя бы так нам будет проще друг друга понимать. — Нет-нет, я… — вздохнув, парень потер шею. — Я рад, что нравлюсь тебе, — что-что? Вот так выводы… Нет, определенно, нам потребуется время для достижения взаимопонимания. Много-много времени, — это ты меня прости, я такой… Такой неловкий, это все так глупо выходит, даже стыдно. — Ничего, научишься, — я улыбнулась ему. И мы оба явно были рады, что принесли заказанные блюда и появилась возможность не продолжать этот на редкость идиотский разговор. Впрочем, я светлого понимаю. Я к моменту своего первого свидания была не такой наивно-невинно-неловкой, конечно, но помню это смущение, стеснение и осознание нелепости сказанного только после того, как слова вылетали изо рта. И мой первый кавалер тоже был опытнее, к счастью, проявлял терпение и просто умилялся тому, как я училась взаимодействовать с мужчинами. Мне вообще повезло, что моим первым мужчиной был именно Пан. Поначалу мне даже казалось, что я влюбилась, помнится, даже строила в мечтах глупые подростковые планы, как убегу с ним от маячащей в неопределенном будущем политической свадьбы или он развяжет ради меня новую войну. Благо, он не позволил мне даже заподозрить, что он может быть в меня влюблен, я всегда твердо знала, что это лишь симпатия и любопытство. Инкуб, пусть и значительно старше, был очень счастлив возиться со мной, всячески ублажать и учить понимать собственное тело, напитываясь моим удовольствием, но то, что он проявлял поразительную выдержку и не затаскивал меня в постель, пока я сама его туда не позвала, вряд ли объясняется его врожденной порядочностью. Одно его неверное действие — и к кому бы я побежала плакаться, что Князь инкубов меня обидел или преступно поторопил? А уж папа бы не стал церемониться и разбираться, правду я сказала или нет. Даже не думая слушать отказ, которого не последовало, я потащила Селафиила снова за покупками. В этот раз я уже плотно занялась одеждой и обувью, а он таскался за мной с пакетами, изучал инструкцию, маялся с устройством связи и совершенно не возникал, проявляя восхитительную покорность судьбе. И платил везде. Не сомневаюсь, что мой Повелитель озаботился моим материальным благополучием в этом городе, но со способами использования средств еще надо будет разобраться. Большую часть дня потратив в торговом центре, остаток его я провела у зеркала, заново примеряя обновки и подыскивая удачные сочетания. Вечером заботливый жених сходил купил нам легкий ужин и пригласил меня к столу. И я благодушно думала, что не такой уж и плохой из него выйдет муж. — Если ты не против, я немного полетаю, — предупредил он, когда мы встали из-за стола. — Конечно, я не против, — завистливо вздохнув, я отвернулась и поджала губы, свивая хвост кольцами. — Если хочешь, можем полетать вместе, — мягко предложили за спиной. Никто и никогда не соглашался меня взять полетать. Крылатые демоны из ухажеров отказывались вполне обоснованно, потому что их крылья не приспособлены к дополнительным нагрузкам. Братья просто боялись получить по самое «не могу» от отца, если что-то случится. А сама я оказалась недостаточно сильна, чтобы освоить левитацию. Поскольку наши апартаменты находились на последнем этаже, с доступом на крышу никаких проблем не возникло. Краснея и смущаясь, Селафиил аккуратно взял меня на руки, бережно прижал к себе. И раскрыл свои огромные чудесные крылья, будто светящиеся белизной в полумраке. Он взмахнул ими, отрываясь от твердой поверхности — и у меня перехватило дыхание. Уверенно загребая воздух, серафим поднимал нас все выше и выше, к самым облакам. От восторга я почти не чувствовала холод. Под нами раскинулся огромный город с точками огней, яркими росчерками улиц. А над нами медленно парили крупные светлые облака и сияли мерцающие звезды, каждая — солнце какого-то из миров или даже целая галактика. От осознания величия Вселенной у меня навернулись слезы на глаза. Руки светлого разжались. Слушая свист ветра в ушах, я смотрела на него. А он — на меня. Смотрел, как я падаю с немыслимой высоты, и улыбался. Сглотнув, я закрыла глаза и начала повторять заклинание, которое у меня никогда не выходило. Сейчас у меня есть десяток секунд, чтобы научиться левитировать и выжить только для того, чтобы стереть этого белобрысого ублюдка в порошок, а еще папе пожаловаться и… Так, заклинание! Я до последнего не верила, что получится, но получилось! Мое падение с резким рывком остановилось, и я едва не завопила от счастья, когда ощутила под спиной и коленями жесткие руки и услышала хлопки крыльев. Прости, мой Повелитель, свадьбы не будет, потому что я убью своего жениха. Я не открывала глаз, пока меня не поставили на твердое. — Тебе не понравилось? — с ноткой грусти поинтересовался Селафиил. Так, вдох, выдох, вдо-ох… — Что мне должно было понравиться? — максимально спокойно уточнила я. — Ощущение полета, — озадаченно ответил он. Этот… Этот… — Может, для тебя, крылатая ты скотина, и нет разницы между ощущением полета и свободного падения, а я чуть со страху не померла! — рявкнула я, от избытка эмоций взмахнув дрожащими руками. — Я даже левитировать не умею! А если бы ты не успел меня поймать? — и, глядя в эти глаза обиженного благодетеля, я еще больше злилась. Ну что, что мне с ним сделать? Не убить же, в самом деле! Но наказать надо! — Вот тебе! — обхватив его лицо ладонями, я приподнялась на носочки, несмотря на каблуки, и смачно поцеловала его в губы. Даже через прикрытые веки было видно, как он от смущения взблеснул крыльями, дрогнул всем телом. — А теперь отнеси меня обратно и не вздумай больше учить летать бескрылых! Пока меня несли на руках до нужной крыши, я демонстративно дулась. И пусть, пусть знает, что я не одобряю такие смертельные развлечения! Пока я принимала душ, пила кофе перед сном и молча уходила в спальню, хлопнув дверью, у него просто на лице было написано, что он пытается придумать формулировку для извинений. И мялся он так мило, волновался, что дверью я хлопнула больше для себя, напоминая себе самой, что злюсь на него. Злюсь!