Наваждения

“Еще немного и на сегодня все.” Он мягко вздохнул, услышав эти слова. Будь Келебримбор более наблюдателен, он бы почувствовал раздражение майя, но, будучи в плену у вдохновения, он ничего не заметил. Тени показывали, что он тут уже позировал часами перед Келебримбором. Заскучав, он следил глазами за движениями кисти эльфа. Ему явно нравится, то, чем он занят. Эльф привел его в этот тихий изолированный дворик, чтобы остальные кузнецы Гвайт-и-Мирдайн не могли их побеспокоить. И где Келебримбор мог бы заняться картиной, перед тем как начать работу над статуей Аннатара из мрамора. Не то, чтобы он желал иметь собственную статую из мрамора, он не считал себя такой уж жертвой тщеславия и ценителем бесполезных безделушек, но ему очень нужно было понравится эльфу и он искал его расположения, как мог. Ну разве, чтобы не возбуждать твоих подозрений, мой дорогой мастер, я поиграю с тобой в твои глупые игры. И все же, он не мог не признать, что Келебримбор обладал невероятным мастерством. Настолько невероятным, что он был даже рад, что Элронд и Гил-галад отклонили его предложение. Кузнецы Гвайт-и-Мирдайн, создавая свои творения, черпали вдохновение в традициях Валинора, и глаза его радовались каждой мелочи и детали, что напоминали ему о доме. Просто мелочи и пустяки. В его сознании из ниоткуда возник образ маленького предмета, украшения. Медальоны, браслеты, кольца? Почему бы и не кольца? Кольца, наделенные силой, и их обладатели - самые могучие представители эльфийского народа. Вместе они смогли бы излечить раны, нанесенные Арде, причиненные веком Ангбанда. Они бы создали новую Арду и новый порядок. Такой как должно. И тогда он бы смог вернуться, искупленный славой их правых деяний. Наконец, он бы смог вернуться домой. И Келебримбор был ключом к его возвращению. Келебримбор поднял глаза, чтобы взглянуть на его и этот взгляд он встретил с мягкой улыбкой. “Мне нравится, как свет падает на твое тело, у тебя кожа будто сияет. И твоя поза такая невинная и одновременно чувственная. Ты выглядишь… неземным, Аннатар.”- сказав это, эльф тут же покраснел, как будто удивившись собственным словам. “Пожалуйста, прости меня. Я не хотел сказать ничего… ничего такого.”- прошептал он у тут же уткнулся обратно в свой холст. Внутри он фыркнул в ответ, но постарался не измениться в лице. Что ж, сначала Галадриель, потом... я. Ты много о себе воображаешь, мой дорогой Келебримбор. Положение “после кого-либо” меня не интересует. Я могу стать только первым и единственным. К тому же, ты всего лишь никчемный эльф. Тем не менее, будучи хищником по природе, он тут же учуял слабость, которой мог бы воспользоваться. Тайные желания эльфа делали его уязвимым и на этих струнах он намеревался сыграть. Возможно, когда-нибудь это преимущество станет решающим для их общего дела, а возможно, он мог бы просто поиграть и помучать этого нолдо. Что было бы интереснее, он еще пока не решил. “Я не хотел смущать тебя, мой друг. Прости, если это так. Я закончил и очень благодарен тебе за твое терпение.”- Келебримбор встал, отложив кисти. Он тоже позволил себе пошевелиться и потянулся за своей туникой, оставив позу, в которой был вынужден находиться по просьбе эльфа так утомительно долго. “Да ты сам так смутился, будто это не я, а ты стоял тут без одежды предо мной. Не нужно так волноваться, мастер.” - он убедился, что эльф поймал его взгляд. Никто из Детей не мог противостоять силе его взгляда, мягкому или властному, и это он знал и умело этим пользовался. Он смотрел на Келебримбора нежно и задумчиво, зная, что тот не сможет сказать “нет”. “Я хочу тебе кое-что сказать. Мне нужна твоя помощь.”