Ананасы в шампанском

Царапин, ссадин —

всех не счесть,

и в каждой смысл,

значенье…

Глеб Горбовский

      В школе меня встретили… С явным энтузиазмом и нетерпением. Фанатки Гокудеры бросали на меня злые взгляды. А Йонагуни-сан, представившаяся президентом фан-клуба ХаяСуке, с громким пылом попросила подтвердить слухи об отношениях, когда я переодевал обувь. Моё подтверждение лишь вызвало громкий визг у неё и её подпевал. Те явно хотели накинуться на меня с расспросами, но меня спас Кусакабе, которого притащила Хана. И на плече Ханы очень заметно была повязана красная лента ДК… Я помню, что она рассматривала идею вступления туда, особенно после того, как студ.совет её начал совершенно убивать. Неужели окончательно решила? На самом деле, Кёя сам на неё давно засматривался, чтобы затащить в свой комитет.       На обеденном перерыве от решительно настроенной толпы меня спас Ямамото, решительно схвативший меня за руку и утащивший от возмущённо вопящих девчонок. Кроме него из шайки Тсуны никого в школе не было.       Мечник быстро утянул меня на крышу, зону, на которые люди боялись посягать из-за гнева Кёи. И именно это давало мне карт-бланш на её использование, чем и воспользовался Ямамото. Из-за этой беготни по школе мне аж немного стало тревожно, но тишина успокаивала. Я поблагодарил Такеши, на что тот просто широко улыбнулся и отмахнулся, предложив спокойно пообедать. И как этот черт успел захватить свой бенто?       Я вытащил из тайника Кёи небольшой плед, чтобы не сидеть на холодном бетоне, также там были всегда припрятаны бутылки с водой, на всякий случай. Этот хитрюга Такеши использовал суши, чтобы подкупить меня, чтобы узнать информацию про меня и Хаято. На самом деле я и так бы рассказал, но суши всегда были приятным бонусом.       Такеши явно хотел выпытать ещё больше подробностей, когда появился Кёя. Тот просто кратко поздравил меня и сказал, что назойливые травоядные не будут надоедать мне на переменах. На это я облегчённо вздохнул и поблагодарил свою заботливую жёнушку. Тот просто усмехнулся и потрепал меня по волосам.       В короткие перемены Хана не отходила от меня, заметив, что я постепенно начинаю нервничать. На один очередной набег от Йонагуни-сан с расспросами о моих отношения с Хаято, но в итоге отстала, когда я едко поинтересовался о её близких отношениях с Амаре-сан из женской школы Мидори. Вот уж кто не умел скрывать отношения. Все знали об этих двоих, но старались вежливо молчать, так как немного побаивались Амаре-сан. После моего вопроса девушка, к счастью, отстала.

      ***

             На битву все снова пришли заранее, но я помнил, что Хаято все ещё не закончил свою технику. Он скорее не придёт, чем явится с незавершённой работой, в этом мы с ним были похожи.       Ынги тихо успокаивал меня на корейском, зная, что меня успокаивает то, как его голос звучит на родном языке. Пусть он и говорил негромко, в общей тишине другие могли услышать его, если бы решили прислушаться.       Внезапно появился Шамал, запрыгнув через окно. Он что-то говорил про Хаято, лапая Червелло за грудь. Но все, на чем я мог сосредоточиться, был мой гнев. И я не стал сопротивляться ему. Я пустил в его сторону иллюзорные цепи, как предупреждение. — О, крошка, показываешь зубки? — игриво сказал он, на что я был готов зарычать. — Как союзник Триады я объявляю Вендетту за пособничество в попытке убийства Хибари Кёи, — сказал я, позволяя своему пламени запечатлеть эту Вендетту. И атмосфера в комнате сразу переменилась. Шамал заметно напрягся. — И с каких пор такая закрытая девчонка как ты союзничает с такими большими шишками как Триада? И причём здесь мелкое облако Вонголы? — уже с меньшей игривостью говорил недо-врач. На его слова моя семья заметно разозлилась. — Облаком Вонголы он будет только в случае победы Тсунаёши в конфликте, и то после коронации. До тех пор он — Хибари, наследник клана Триады. И, к Вашему сведению, принцесса семьи, к которой принадлежит клан Хибари, является моей Конфидентой, — оскалился я. И все взгляды моментально переместились на гордо стоящую Йесяо. Шамал, до которого наконец дошла вся серьёзность ситуации, вырвался из моих цепей и выпрыгнул в окно, но у самой земли он был схвачен лианами, которые держал наготове Ынги. Но внезапно вмешались Червелло. — Если Сасагава Юске хочет сохранить свою роль в Конфликте Колец, то ему стоит исполнить любую Вендетту лишь после Конфликта, — произнесла одна из девушек. Остальные, вероятно, подумали о моей роли как Консильери, но… Но это касалось моего договора с Червелло. И если я хотел получить ответы на вопросы, которые уже так давно мучали меня, я не мог нарушить договор с Червелло. — Это касается только Вендетты? Разрешён ли плен и пытки? — учтиво спросил Анжелло. — Плен и пытки позволены. Главное, чтобы союзник был жив к концу Конфликта, — безлично ответили Червелло. Ынги лозами уже вернул Шамала на один этаж с нами, но все ещё крепко удерживал его. Не успел я отдать приказ, как рядом появились тётушка Ран и несколько её людей. — Тебе не стоит беспокоиться о таком жалком куске мусора, Юккун! Я все устрою, — сказала она, хищно улыбаясь. — Ну же, красавица, быть может не стоит? Мы ведь можем договориться, — пытался уломать её Шамал. — Предлагаешь мне простить твой урон в сторону собственного сына? — резко сказала она. — Ни это, ни оскорбления в сторону моего дорогого племянника я не прощу, — её глаза опасно сверкали. — Устрой ему ад, — сказал я на китайском. Ведь тётушка умела пытать, а вот дядя был просто мастером пыток. Она лишь кивнула мне, забрав жертву. А я просто не мог дождаться дня, когда мы сможем убить его. Вонгола будет торговаться, это точно. Но мне плевать. Я ждал этого. Он пытался ранить что-то моё. Когда они скрылись, я позволил себе чуть расслабиться. Тсуна явно хотел сказать, Такеши же выглядел даже довольным. Но тишину прервал именно Бельфегор. — Я смотрю на будущего Консильери языковые пули не жалеют, — как-то даже ехидно сказал принц. Но мой мозг зацепился лишь за словосочетание «языковые пули» и что это может значить. — О нет… — где-то на грани прозвучал голос Йесяо. Ынги выглядел так, будто хотел находиться в другом месте. — Мы же специально ему не рассказывали об их существовании… — вздохнул Ангел. И я моментально повернулся к нему. — Ты знал и не рассказал мне о них? — я не стал скрывать, насколько преданно звучал мой голос. — Да даже само название звучит круто… Типа, какой механизм их работы? Влияет ли это на артикуляцию? Если получатель пули владел языком, который не использует схожую артикуляцию с языком пули, то что с ним будет? У него не получиться говорить, у него будет акцент или он будет идеально все произносить? Или, будет ли он сразу улавливать все на слух? Неподготовленный человек не может сразу разобрать языки, состоящие из свиста, то как на это повлияет языковая пуля? А если уйти в семантику? Будет ли реципиент пули понимать каламбуры? В целом, юмор связанный с культурной частью языка? А идиомы и фразеологизмы? С ними же всегда столько мороки… А есть ли пули для мёртвых языков? Если да, то, например, латынь… Классическое или академическое произношение? Какой период? В целом, помогают ли пули различить архаичные и современные слова? Сленг? О, а что на счёт языков жестов? С точки зрения лингвистики, это тоже языки… А лингвокультурологический аспект? Если в родном языке нет каких-то понятий, но они есть в получаемом языке… То же цунами, многие современные языки взяли его из японского, так как у них не было подходящего слова, в связи с тем, что они не встречали само явление достаточно часто… Или, в русском голубика и черника — разные слова, и поэтому в сознании людей это разные ягоды, но в английском языке — это одно слово, поэтому разница людям и не известна… О, а грамматика? Даёт ли пуля знания о построении предложений, пунктуации и прочем… И завязано ли это на грамотности получателя… Хмм…. — мой язык работал быстрее меня, когда я говорил о теме, что меня интересовала. Просто факт существования языковой пули был весьма интересен, и поднимал множество вопросов. Признаюсь, половину вопросов я даже не успел озвучить, например связанные с гендерной лексикой, билингвизме, несовпадении категориальных особенностей и прочем… Все-таки, в прошлой жизни я учился на лингвиста, и мне нравилась эта специальность. Я не пошёл на неё, потому что меня заставили родители, нет. Наоборот, я столько раз ссорился с родителями, чтобы выцарапать себе право поступить на ту специальность, что вызывала у меня искренний интерес. Так что мой даже детский восторг был ожидаем.       Когда я понял, что все как-то странно смотрят на меня, мне стало весьма неловко. Как только я осознал, что выдал очередной языковой понос, я просто исчез. Скрыл себя иллюзиями, и почти полностью стер присутствие своего пламени. Из-за того, что я всегда источал большое количество пламени, будто был каким-то маяком, многие даже не ожидают, что я могу полностью скрыть его. Из-за этого и кажется, что я именно исчез, а не стал невидимкой. — Вот поэтому мы и не рассказывали… — вздохнул Анжелло.       Внезапно, рядом со мной появился Ынги, обнявший меня за плечи. Пока я и остальные пытались осознать, как он меня нашёл, он лишь усмехнулся. — Ну а что ещё ожидать от парня, что в три часа ночи по приколу изучает древнерусскую грамматику? — потрепал он меня по волосам. На вопрос Тсуны, как он вообще понял, что я здесь и где конкретно, Ынги лишь сильнее усмехнулся и сказал, что всегда знает, где я нахожусь. И как он только это делает… Как-то связанно с растениями? Хм.       Червелло что-то стали говорить о времени, но Гокудера вовремя появился, взорвав часы. Он оглянулся и, заметив обнимающего воздух Ынги, кивнул себе. — И чего это Юске испарился? — нейтрально спросил Хаято. — Ему рассказали о существовании языковой пули, — кратко ответила Йесяо. — … Зачем? — устало произнёс Хаято. Вероятно, догадался, что пытать по поводу информации я буду именно его. А дальше… А дальше пришло время для очередного боя Конфликта Колец.