Две жизни

— Это было как всегда шикарно! — раздаётся голос менеджера поверх удаляющихся аплодисментов.       Сегодня был последний концерт мирового тура и как всегда он прошёл в родном Сеуле. Мы любим всех фанатов, и все площадки, на которых выступаем, но выступления в родном городе всегда дарят необычайное ощущение теплоты. Я устало вздыхаю и снимаю надоевшие очки и парик, как только мы оказываемся в безопасности нашей гримерки. Всю дорогу менеджер не переставаюче что-то бубнил, но я его абсолютно не слушал и если меня сейчас спросят, что же он там распевал я ни в жизни не отвечу, а все потому, что моя голова занята кое чем другим, а если быть точнее кое-кем другим — красивый, невинный и с какой то невероятной энергетикой мальчик из первого ряда, который захватил мое внимание на предпоследней песне и не отпускал до самого конца. Я никак не мог оторвать от него взгляд, хорошо, что я уже давно помню песни наизусть иначе пиши пропало. Ни фанаты, ни вездесущие хены не простили бы мне ошибок в последний день, но если бы они его увидели, то все бы сразу поняли, потому что от него не то что нельзя оторвать взгляд, ты просто не хочешь этого делать. Он из тех фанатов, которых хочет каждая группа — искренний. Пока я смотрел на него, я заметил, что он не просто слушает песни, которые явно знает наизусть, он пропускает мелодию и каждое слово через себя и наслаждается атмосферой живого концерта. У него в руках не было телефона, который снимал нас, не было никаких веселых картинок, чтобы привлечь наше внимание, нет, ему это все было не нужно, он здесь был только ради музыки и атмосферы. Эх… — Ты чего там вздыхаешь, малой? Ты хотя бы слушал, о чем мы тут говорили? — спрашивает Хонджун и размахивает своей маленькой ладошкой прямо перед глазами. От этого его действия я как будто просыпаюсь ото сна и понимаю, что все находящиеся в комнате смотрят на меня и явно чего ждут — реакции, ответа? — Эмм…- неуверенно протягиваю я и смотрю в сторону Минги за помощью. Но лучший друг только отрицательно качает головой и пожимает плечами. — Я так и знал, что ты не слушал. Ты уже на концерте какой-то отвлечённый был и не смей отрицать, я точно заметил. Юнхо, в чем дело? Ты устал? — непонятно из-за чего наезжает Хонджун. Я понимаю, что он лидер и все мы устали за несколько месяцев тура, но это слишком странный взрыв эмоций для него. — Да все нормально, хен. И ничего я не отвлёкся! Исполнил все шикарно. Ты что не слышал те крики? — пытаюсь отшутиться я, но на него это явно не действует, он только тяжело вздыхает и идёт к зеркалу, чтобы смыть остатки макияжа и пота. — Так, только не надо ссориться в последний день. Я знаю, что вы все очень устали, но вы прекрасно потрудились, поэтому мы даём вам пару месяцев отдыха. Никаких интервью, никаких выступлений и никакой подготовки к камбеку. Просто отдохните! — радостно заявляет менеджер и по гримерке расходятся возгласы радости.       Отдых… такого у нас давно не было. С самого дебюта мы только и делали что работали, очень много и усердно работали, зарабатывали себе имя. Бэндам в принципе тяжело на корейской сцене, а бэнду, в котором лицо главного вокалиста никто никогда не видел ещё тяжелее, но это решение приняла компания и это было их главным условием, чтобы мы наконец-то дебютнулись. Поэтому в день дебюта я потерял имя, лицо и прошлое. Из Чон Юнхо я превратился просто в Юно — главную загадку современный к-поп сцены, парня с идеальным голосом (и это сказал не я) и абсолютно без прошлого. Никто не знает кто я, откуда я и как я выгляжу на самом деле, а все потому, что мир не готов к корейцу с разным цветом глаз. Если для европейца это уникальная черта, которая привлекает внимание, то для корейца это порок, который отталкивает, а не притягивает людей. И вообще где вы видели корейского айдола с одним черным, и другим светло-серым — вот именно что нигде. И наверное никто никогда не увидит. — Юнхооо, Земля вызывает Юнхо! Очнись! — Минги больно бьет меня по плечу и вопросительно смотрит. — Бро, ты сегодня реально какой-то не собранный. Что случилось? Или ты решил начать спать сейчас, потому что завтра, пока мы будем спать, тебе надо тащить свой зад на пары? — язвит он, и я недовольно мычу. Пары… — Чего ты там кряхтишь? — раздается голос Сонхва где-то из-под его же футболки. — Наш студент просто вспомнил что ему завтра на пары утром. — Минги опять заливается идиотским смехом, а вместе с ним и вся гримерка. Ну да, это же так весело издеваться нал младшим. — Малыш, ты сам настаивал, что даже после дебюта хочешь продолжать учиться, так что терпи, тем более не так долго осталось. — по отцовски подбадривает менеджер и хлопает меня по плечу. — Точно! — от резкого восклицания Сонхва я подпрыгиваю на стуле, а Минги роняет палочку, которую до этого крутил в руке. — У Есана же завтра первый учебный день! Юнхо, ты обязан за ним приглядывать и помогать ему! — командующими голосом просит меня Сонхва. — Ещё чего! Я в няньки твоей принцессе не нанимался! Сам справится! — я сопротивляюсь, потому что не хочу иметь никаких дел с этой полоумной парочкой. — Ну Юнхооооо! — он подходит совсем близко, по-детски дует губы и начинает ныть мне в ухо. Ну и кто из нас макне? — Ты же видел его. Такое сокровище нельзя оставлять одного. Голодные первокурсники и извращённые старшекурсники точно захотят пристать к нему. Тем более я все время занят, ты должен следить, чтобы я не сошёл с ума от ревности. — тянет гласные и с щенячьими глазками продолжает канючить самый старший в группе. — Хен, что ты несёшь? Есан по уши в тебя влюблён. Даже когда мы в туре, он постоянно на телефоне с тобой. Я вообще удивлён почему мы все ещё здесь, а не в коридоре как всегда. — говорит Уен и еле успевает увернуться от летящей в него пачки салфеток. — Он не здесь потому что готовится к завтрашнему дню. Он видите ли хочет выспаться, а я как будто не дам ему выспаться! — с таким возмущением говорит он, будто все это неправда. — Нуууу, я могу понять почему Есан не хочет тебя сегодня видеть, потому что не выспится не только он, но и мы. — тут уже голос подаёт Хонджун, и гневный взгляд направляется на него. Хоть Хонджун и лидер, но все мы знаем, что Сонхва лучше не злить. — Так, все перестали! Боже мой, вы как маленькие дети. Сонхва прекрати дуться, ты увидишь Есана завтра. А все остальные заткнитесь и начните уже собираться. Юнхо, ты слишком рано снял парик и очки, около здания все ещё есть люди, так что надевай обратно. И поехали уже домой! Неужели за 6 месяцев в туре вам не надоели эти гримерки? Меня уже тошнит от них! — менеджер с отвращением окинул довольно приличную гримерку и вышел в коридор, давая нам возможность спокойно собраться.       Переодевшись в чистую и сухую, но все ещё презентабельную одежду, я подхожу к зеркалу, смотрю на своё отражение и со вздохом натягиваю парик и очки. Все остальные уже тоже готовы и мы стройным рядом по одному направляемся из гримерки в сторону выхода, но перед самым выходом на улицу Сонхва добивает нас всех «тихим» шепотом на ухо лидера. — В следующий раз я сделаю так, что Есан будет исключительно громким, так что либо готовься считать октавы, либо покупай себе беруши, Хонджуни~ — после этого он натягивает маску и выходит на улицу.       Мы несколько минут стоим в шоке и стараемся не представлять, однако в нашем возрасте и положении воображение очень сложно отключить, но недовольный взгляд менеджера из ниоткуда вырывает нас из наших мыслей и мы гуськом с масками на лицах направляемся в след за главным хеном к машинам.       Дорога до общежития обычно занимает не так много времени, но все мы реально вымотались, поэтому проходит наш путь почти в полной тишине. За время дороги я успеваю вырубиться раз 5 буквально на несколько минут, но каждый раз когда я закрываю глаза, в темноте всплывает его образ, и я очень стараюсь сделать все, чтобы не упустить его. Как же жалко, что мы больше никогда не увидимся. Как было бы хорошо встретить его не на собственном концерте, а где нибудь в коридоре университета, я бы мог подойти к нему, сказать "Привет" хотя бы, а может быть и номер, неизвестно как бы все закончилось, но у меня был бы шанс, а с такой жизнью никаких шансов на личное счастье нет. Одним из немногих исключений из правил является Сонхва и то, потому что он встретил Есана ещё до дебюта и этот мелкий прошёл вместе с нами через многое, и как бы сильно Сонхва по началу не пытался прекратить их отношения, говоря, что им будет сложно, но Есан упёртый и своё просто так не бросает, поэтому после разговора с менеджером и продюсером (и множества слез Сонхва) было принято решение, что им можно продолжить встречаться, но только тайно, чтобы никто не узнал, фанатки не простят, когда узнают, что романтичный красавчик гитарист не просто занят, так ещё и гей. — Бро, проснись, мы приехали. — раздается низкий голос Минги, который трясёт меня за плечо. — Я и не спал, просто глаза прикрыл. — на удивление хриплым голосом отвечаю я. — Ага, конечно. Давай, студент, поднимайся. — он гортанно смеётся и помогает мне расстегнуть ремень. Мы последние выходим из машины и направляемся за остальными в квартиру, которая за такое продолжительное проживание стала для нас домом.       Хоть мы не из богатого агентства, но деньги на квартиру, в которой три комнаты и гостиная, у нас есть, поэтому пятерым взрослым парням не надо теснить в одной на двухъярусных кроватях. Мы живём в комнатах по двое: я с Минги, лидер с Уеном, а Сонхва выделили отдельную. Сначала отдельная была у Хонджуна, но после того, как отношения Есана и Сонхва начали прогрессировать, мы приняли коллективное решение, что его надо отселить в отдельную и самую дальнюю комнату, для нашего и его спокойствия. — Так, Юнхо идёт первым в душ и в кровать. — оглашает Хонджун и два взрослых лба (один побольше, а другой поменьше) хором кряхтят и возмущаются. Хорошо, что чистюля Сонхва уже удалился к себе и всё-таки не даёт своему мальцу спать даже на расстоянии. — Не нойте, он сегодня больше всех работал и ему завтра рано вставать, а вы дрыхнуть до обеда будете! — пока Хонджун их отчитывал, а они пресекались в ответ, я быстро проскальзнул мимо троицы в душ.       Тёплая вода заглушает голоса по ту сторону двери и расслабляет усталые мышцы, но долго нежится под душем я себе не разрешаю, поэтому спустя пять минут, я уже мою голову шампунем, после чего ополаскиваю тело от пота и грязи с любимым гелем для душа и выхожу, намотав полотенце на бёдра. Подойдя к зеркалу, я протираю его от воды и смотрю на себя. Шесть месяцев в туре измотают кого угодно и по моему лицу сразу видно, что я явно не отдыхал. Под глазами синие мешки, которые все это время скрывались под очками и толстым слоем макияжа, а белок глаз немного красноватого оттенка от постоянного воздействия яркого сценического света на и без того чувствительные глаза. Вздохнув и услышав пинок по двери, я быстро выкидываю все мысли из головы и беру зубную щетку, чтобы почистить зубы и направиться в любимую кроватку, по которой так скучал.

***

      Утро добрым не бывает, особенно в 6 утра, особенно когда тебе надо очень тихо собраться на пары и не разбудить всех в доме. Хорошо, что в университет не надо носить надоедливую форму и я могу накинуть первое попавшееся, не задумываясь о наряде. Никого я впечатлить в университете не пытаюсь и поддерживать имидж айдола мне тоже не нужно, тем более никто кроме одного друга не обращает на меня внимание. Кто захочет общаться со странным парнем, которого большую часть учебного года нет на парах, правильно — никто.       Закинув первые попавшиеся печеньки в рот и накинув рюкзак, в котором ничего кроме одной тетрадки и ручки уже давно нет, я выхожу из мирно спящей квартиры на встречу новому дню.       Самое лучшее средство, чтобы заглушить мозг — музыка. Сколько себя помню я всегда был большим фанатом музыки и танцев, поэтому когда я поставил родителей перед фактом, что уезжаю из родной деревни в Сеул поступать в университет на хореографический, никто особо не удивился, а когда я сказал, что прошёл прослушивание и дебютнусь в бэнде - немного посмеялись. Жизнь суровая штука. Ты можешь сделать свои самые первые шаги под музыку, но никогда не танцевать на сцене.       Из наушников раздаётся не просто знакомая, а родная песня, который мы заканчиваем все концерты и невольно в голове снова всплывает его образ. Сколько я ещё буду вспоминать его и сколько раз мое сердце будет сбиваться с ритма от звука этой песни, я не знаю, но уверен, что это скоро пройдёт. Сеул город большой, какая вероятность, что он вообще отсюда и что мы когда нибудь встретимся?       С этой мыслью после переключения песни, я спокойно дохожу до здания любимого университета, на крыльце которого меня встречает раздражающая улыбка Чонхо. — Смотрите, кто соизволил явиться, а я уже начал думать, что ты бросил меня и даже смску не кинул. — говорит он и тянется за объятиями. — Прости, что меня не было так долго, но мировой тур дело не быстрое. — шепчу ему на ухо, чтобы нас никто не услышал. Он отстраняется, осматривает меня и только кивает.       Чонхо единственный — кто знает, что я это я. Просто он староста и не обычный староста, а очень надоедливый и когда я активно начал пропускать пары в прошлом году, он грозился, что будет требовать ректора отчислить меня, ну нам и пришлось ему все рассказать. Он отреагировал на удивление спокойно и уверил, что наш секрет будет надежно сохранен, но в ответ я должен давать билеты на любой наш концерт и приводить ему подарки из туров. — К твоему сожалению, извинений в этот раз будет недостаточно. На сколько ты в Корее? — загадочно спрашивает он, и тон его голоса мне уже не нравится. — Эм, на пару месяцев. Нам дали время отдохнуть. — неуверенно отвечаю я и вижу, как его глаза начинают сверкать. Ох, не нравится мне это… — Вот и отлично. Тебе придётся поработать на благо любимого факультета. — быстро проговаривает он и начинает тянуть меня за руку в здание. — Что? Куда ты меня тащишь? — упираюсь и возмущаюсь я, но этот качок слишком сильный для меня. — В актовый зал. Будем знакомиться с первокурсниками. В этом году наша администрация придумала обширную программу для них и исполнять ее, конечно же, должны мы. — объясняет он и затаскивает меня в зал, уже наполовину наполненный студентами. — Ну, а я тут причём? Я никогда ничего не делаю на благо университета. К тому же, ты давно меня видел? Хочешь напугать бедных деток? — говорю я таращу на него глаза. — Вот именно, что ты ничего не делаешь, а я делаю для тебя многое и постоянно прикрываю твой знаменитый зад перед преподавателями, так что не возникай! — он толкает меня на сцену, и по его виду я понимаю, что разговор закончен и мне придётся быть клоуном для первокурсников.       Ну может это и неплохо, и я исполню просьбу хена и пригляжу за нашей принцессой. Говоря о принцессе, когда Чонхо объявляет начало приветственной церемонии, я окидываю взглядом зал и не нахожу знакомой мордашки, отчего на моем лице своевольно появляется улыбка. Либо Сонхва вчера все-таки не дал ему спать, либо он сам пропускает первый день и кое-кто точно об этом узнает, и наш «никогда не опаздывающий, я бы уже успел за это время пешком до аэропорта дойти» хен будет очень недоволен. Пока я лелею в голове эту мысль, громкий стук, а за ним звук открывающейся двери прерывает речь Чонхо и весь зал поворачивается в сторону шума. И кто же является возмутителем спокойствия, никто иной, как наш любимец — Есан, но разрушает атмосферу он не один, потому что за его спиной прячется кто-то ещё, и когда Чонхо просит их выйти в центр и извиниться перед всеми, я теряю дар речи, и с моего лица падает улыбка. Я говорил, что Сеул не может быть таким маленьким городом, а может все-таки может…