(Не)плохой сюрприз

Она видит его первый раз ночью после спасения Аанга из крепости Похай. Он появляется из ниоткуда — бесплотный призрак, гость из потустороннего мира. Синяя Маска. — Что тебе нужно? — спрашивает Катара. Он ничего не говорит, долго смотрит на нее, а потом бесследно исчезает. — Этот принц Зуко просто сумасшедший! — Мы должны понять его, Катара. У него есть причины... — Плевать на причины! Из-за его нападения опять пришлось бросать запасы! Предупреждаю, Аватар Аанг: или ты сделаешь с ним что-нибудь аватарское, или в следующий раз я лично его придушу! Выскальзывая из темноты леса, он мягко ступает по палой листве. Он все еще кажется бесплотным духом, но теперь Катара знает: это не так. Она слышит шаги, видит, как клубится дыхание, чувствует прикосновение затянутой в перчатку ладони. Синяя Маска на его лице — это всего лишь маска, грубая лепнина из папье-маше. Ее даже можно снять. Катара тянется к узлу завязок на затылке, но опускает руку. Нет. Ей не нужно видеть, как выглядит его лицо. Она знает: он прекрасен. — Он ужасен! — Да ладно, что к нему ты пристала? Обычный тип из народа Огня, ничем не хуже Джао. — Да, но после нападений Джао мне не приходится зашивать тебе штаны, воин Сокка! — Подумаешь! Разве девчонкам не нравится шить? — Представь себе, нет. И если в следующий раз ты зацепишься за кусты, убегая от Зуко, то пусть Зуко и зашивает тебе штаны. Она уверена, что он не призрак, и сомневается, что он человек. Кто знает — возможно, это лишь плод ее воображения. Он — как фантазия тоскующего ума; все то, что происходит рядом с ним — за пределами быта и скучных повседневных дел. Он раздевает ее медленно, словно изучая. Сквозь прорези в маске она видит, как мерцают его глаза. Сильные руки ласкают шею, касаются обнаженных плеч, сжимают и поглаживают затвердевшие соски, пальцы скользят по подрагивающему животу и касаются бедер. Он никогда не раздевается, даже не снимает перчатки — лишь развязывает шнуровку и приспускает шаровары. Грубая ткань его одеяния — словно броня. Катара часто думает о том, какая у него кожа. Какие губы. Какое имя. «Как тебя зовут?» — взглядом спрашивает она, поглаживая рельефные выступы старой театральной маски. Он молча качает головой. Она даже не знает, какой у него голос. — Не собираюсь слушать твои объяснения, принц Зуко. — Но, Катара, дай мне хотя бы сказать... — Еще чего! Ты уже наговорил достаточно. Не помнишь, как угрожал нас всех убить? — Я изменился! — Да уж конечно! — Клянусь! — Да-да, все так и есть! — Ну что мне сделать, чтобы ты поверила? — Ты ничего не можешь сделать. Просто исчезни. — Ах так? — Так. — Отлично! — Прекрасно! — Запомни свои слова! — Не сомневайся! — Да? — Да! — Хорошо! — Хорошо! Он больше не приходит. Она все время ждет, но его нет. Неделю. Месяц. Год. Мир опустел без его прикосновений, стал меньше, проще... хуже. Каждую ночь она надеется: что-то произойдет. Каждую ночь — ничего не происходит. — Катара? — Что тебе надо, Зуко? — Я просто заметил... Мне кажется, ты скучаешь по кому-то. — Нет. Да. По каждому его движению, по ощущению близости, по этому восхитительному чувству, когда его член проникает в нее и все внутри сжимается от наслаждения. По счастью и опустошению. По оглушительному удовольствию, от которого хочется кусаться и кричать. Она скучает до умопомрачения и ничего не может сделать. Его больше нет — и, возможно, не будет никогда. — Тебе стоит приехать как-нибудь ко мне во дворец. — Зачем? — Ну... Просто... — Зуко, только не мямли, ладно? — Ладно. Нам нужно кое-что обсудить. — Обсудим сейчас. — Нет. — Почему? — Потому что. — «Потому что» — почему? — Катара! Не своди меня с ума. Просто приезжай, договорились? — Ну... Может быть... Наверное... Ладно-ладно, только не смотри так, хорошо? Хорошо. В покоях тепло и тихо, догорают свечи в канделябрах, сладкий аромат благовоний струится из бронзового треножника у камина. Заперты ставни. Дверь на замке. Слуги отпущены. И он — ждет ее. Синяя Маска так неуместна среди алых тонов дворца Страны Огня. Грубое одеяние резко контрастирует с великолепным убранством. Он шагает к ней, но шаги его почти не слышны на роскошном ворсе пышного ковра. Она делает движение ему навстречу, но он вскидывает ладонь, запрещая, и качает головой. На несколько мгновений он замирает, а потом поднимает руки и развязывает узел, удерживающий Синюю Маску. Она смотрит. И смотрит. И смотрит. Не может поверить в то, что видит, не может соединить все те разрозненные осколки прозрений и воспоминаний, которые каким-то образом должны сложиться в единую картину. И лишь когда это происходит — кажется, что происходит, потому что трудно сказать наверняка — она произносит медленно, с расстановкой, четко выговаривая каждый звук: — Хозяин. Огня. Зуко. — Катара, послушай, я все объясню. — О да, ты объяснишь. — Катара, я расскажу тебе... — Разумеется, ты расскажешь. — Ты ведь не злишься, не так ли? — Коне-ечно. — Я думал, это будет сюрприз... — Сюрприз? Маска падает на пол и раскалывается. Непоправимо. Предчувствуя свою судьбу, Зуко отступает. — Сюрприз, — грозно повторяет Катара. — Я... — он вновь делает шаг назад и упирается спиной в дверь, но замок заперт, слуги отпущены, ставни заперты и рядом никого нет. Катара разминает пальцы. Зуко по-прежнему что-то бормочет. Он пытается объяснить, но ей не нужно ничего объяснять. Она отлично поняла, в чем дело. Может быть, даже лучше, чем он рассчитывал. Так что теперь его ждет необычный сюрприз.