Обречённые.

      За доли секунды до трагической кончины Алоиса, Клод в очередной раз спас жизнь своего господина. Дворецкий резко схватил лезвие и сильно сжал, не позволяя ему вонзиться в глаз блондина. К великому счастью мертвеца, перчатка, а вслед за ней и рука, порезались. Кровь окрасила белую ткань и медленно начала капать на землю, пока та в свою очередь впитывала красную жидкость. В это время наш маньяк наконец-то вышел из своих фантазий и мысленно вернулся в настоящий мир. — Кто? Где? Когда? — ошарашенно спросил голубоглазый. От страха и неожиданности Алоис медленно попятился назад. Он упал на свою пятую точку и слишком громко вскрикнул. Блондин с расширенными глазами, полными страха, уставился на впереди стоящих.       Клоду это было только на руку. Воспользовавшись моментом, Фаустус быстро поднял меч вместе с рукой, так что лезвие указывало на потолок. После этих действий, он второй рукой перехватил запястье девушки и далее повернул к себе спиной, точно так же схватив и другое, сжав их после с большой силой. Силы Клода превышали способности обычного человека, из-за чего руки существа начали дрожать от неистовой боли. Это и послужило причиной падения меча на землю. А чёрная полугустая жидкость, напоминающая смолу, не спеша начала течь по руке Нейтали. — Тебе нравится, дорогая? Не очень больно? — с довольной ухмылкой и соблазнительным голосом, нежно прошептал ей на ухо демон. Ох, да-а... Клод любил издеваться над жертвами подобным образом и особенно злить одну особу. — Да, нравится... Мой господин так же делал... — тихо стоня от боли, девушка хитро улыбнулась, взглянув на Себастьяна, который в свою очередь сверлил их взглядом, нахмурив тонкие чёрные брови.       Силинда, увидев как её коллегу соблазняет какой-то демон извращенец, здраво оценив всю ситуацию, крепко схватилась за меч, тем самым оголяя его. Она быстро, как ветер, но достаточно аккуратно для того, чтобы не быть замеченной, побежала в сторону Клода. Разъярённая от ревности девушка уже была готова растерзать бесстыжего грешника, за то, что тот запачкал своими грязными руками совершенное тело её драгоценной Нейтали.       Силинда могла с успехом нанести Клоду повреждение, но она не учла одну очень важную деталь. И этой самой деталью была Ханна. У демона было прекрасное боковое зрение и реакция. Анафелоуз тихо, но быстро пробралась рукой под нижнюю часть платья. Скользнув пальцами по своей ноге, женщина нащупала кинжал, привязанный к её ляжке с помощью повязки. Схватившись за рукоятку, она вытащила нож. Ханна резко ринулась в сторону существа, преграждая собою Клода и скрестила с Силиндой лезвия. — Ханна! — это была Элизабет. Я даже не буду тратить свой словарный запас на неё. Особенно описывать её сопли и то, как они красиво, до жути аккуратно стекали по губам и подбородку, после чего падали на землю, при этом пачкая отвратительное личико.       За всё это время, Себастьян наконец-то опомнился и начал действовать, чтобы осуществить свой план по убийству не очень уж и приличной соблазнительницы. Поэтому, чтобы облегчить себе задачу, демон бросил столовый нож в Силинду. Он со скоростью света пролетел у шеи девушки, разрезая её сонную артерию, в итоге вонзаясь в стенку. Чёрная жидкость фонтаном хлынула из раны. Но, на удивление всех присутствующих, за доли секунды, струя «крови» уменьшилась, после чего исчезла и только небольшие капли капали на пол. Герои теперь могли разглядеть сам порез, который сильно уменьшился в размерах, так как кожа вокруг него затягивалась и в итоге она полностью зажила, что не осталось и следа.       За этой неразберихой со стороны наблюдал Сиэль. Ненависть к окружающим змеёй заползла к нему в сердце. Он уже презирал каждого из них за эту беспомощность, ведь они демоны, но не могут справиться с какими-то жалкими полуразложившимися существами. Особенное отвращение вызывала эта Санта Барбара, которую они здесь устроили. Разве в такое время можно думать о любовных интрижках? Конечно же, нет. Это, скорее всего, было похоже на бред сумасшедшего, чем на сражение. Когда Лиззи выкрикнула имя своей дворецкой, граф кинул небрежный взгляд на юную леди. Он улыбнулся своей высокомерной улыбкой, гордясь, что не опустился до такого низкого уровня, чтобы выставить на показ свои переживания. В любой другой ситуации ему пришлось бы успокаивать свою невесту, но сейчас он даже не собирался подходить. Сиэль хотел просто бесконечно наслаждаться, наблюдая за её страданиями. Фантомхайв, мягко говоря, недолюбливал свою невесту. Может, когда-то она и была его другом, но уж точно не сейчас. Девушка сделала слишком много необдуманных поступков. Милдфорд давно пала в его глазах настолько низко, что ей никогда не удастся выкарабкаться из этой бездны, если даже она потратит на это всю оставшуюся жизнь.       Вспомнив, что Алоис ведёт себя слишком тихо (что непривычно для него), он решил проверить что же творится, ведь каждый человек знает что если ребёнок затих, то жди беды. Конечно Алоису было 14 лет, но его поведение ничем не отличалось от маленького малыша. Именно по этой причине (и не только), Сиэль быстро пробежался глазами по комнате, выискивая мертвеца.       А Транси тем временем сидел в углу помещения, обнимая свои колени, а его глаза смотрели в пол, умоляя прекратить эти мучения. Подросток тихо всхлипывал, вжимаясь в холодную каменную поверхность стены. Создавалось ощущение что блондин пытается провалиться сквозь стену. Да, изначально Алоису нравилась эта ситуация, а именно, когда он только увидел настоящие сущности девушек. В тот самый момент он чувствовал ликование и восторг. Но это долго не длилось, ведь он любит насилие и жестокость, но только когда это не касается его. Как только девушки показали на что они способны, у голубоглазого в очередной раз случился перепад настроения. И ему полностью перехотелось сейчас находиться здесь. Алоису хотелось исчезнуть. Как бы граф не старался привести себя в чувство, у него это никак не получалось. Хоть он и понимал сентиментальность и глупость этих мыслей, но никак не мог их прогнать. Единственное, что мертвец мог сделать в этой ситуации, чтобы облегчить себе страдания, это забиться в угол и лишний раз не высовываться. Это, собственно, он и сделал. В углу комнаты, было гораздо спокойнее, по крайней мере, ему так казалось. Алоис начал медленно успокаиваться. Его руки все ещё дрожали, а на глаза наворачивались слёзы, но блондин тщательно их вытирал, стараясь не издавать лишний шум.       На свое удивление, от этой картины Сиэль не чувствовал ни капли отвращение. Ему хотелось помочь Алоису. Хотелось подойти и успокоить парня. Неужели ему стало жалко своего врага...?       Фантомхайв почувствовал прикосновения холодных пальцев к своему плечу. Не успел граф отреагировать, как чья-то рука уже крепко вцепилась в его плечо и с большой силой оттянула его назад, заставляя смотреть прямо себе в глаза..

***

Страшно...

      Представьте:       Маленький мальчик 9-10 лет лежит на холодном полу, скрутившись в клубок и тихо рыдает. Под ним медленно, словно улитка, растекается тёмно-красная, словно вино жидкость.. Со временем вода, которая прежде находилась на полу, начала смешиваться с кровью, которая в свою очередь быстро загущалась. Вокруг царила темнота… Большая чёрная бездна, которая поглощала все предметы в этой комнате, естественно кроме самого мальчика.       Вскоре в царство тьмы проник путник из чужих краев, а точнее тонкая полоска света, вместе с ним раздался оглушительный скрип. Как вы уже могли догадаться кто-то из вне открывал дверь. От неожиданности мальчик вздрогнул. Неужто снова? Нет!Нет! Нет... Такого не может быть... Его ведь совсем недавно оставили в покое... За что?... Чем он заслужил эти вечные муки? Изо дня в день все повторяется... Нервы на пределе, он скоро не выдержит... Все тело ноет так, что нет сил отползти и спрятаться. Но разве это поменяло бы хоть что-нибудь? Они перероют все, каждый угол этого адского место, но найдут его, обязательно найдут...       Не включая свет, тонкая высокая фигура зашла в комнату, направляясь к ребёнку. Даже в темноте он мог разглядеть то, с какой ехидной улыбкой мужчина вцепился в его волосы и потащил не способное на сопротивление тело, в даль из комнаты, по пустым мрачным коридорам. Мальчик не знал куда его тащат, до этого все пытки проходили исключительно в той комнате, а сейчас будет что-то радикально отличающееся от обычных пыток, и от этого становилось только страшнее. Но он давно свыкся со своей судьбой и принял решение оставить все на самотёк... Все-таки... Он лишь маленький ребёнок, не соображающий ничего в жестоком мире взрослых, не понимающий ни причин прибывания тут, ни происходящего вокруг. Его радужные представления о мире сейчас казались такими абсурдными... Будто с первого дня пребывания тут, ему начали открывать глаза на жестокость людей и их настоящую природу. Такое резкое снятие розовых очков сильно отразилось на его психике.. Сложно представить как он не впал в депрессию до сих пор. Попытки что-то сделать, наверное, лишь усугубили бы и так плачевную ситуацию. Мальчик это понимал, поэтому старался сопротивляться как можно меньше...       Через некоторое время они дошли до большой тёмной двери. Мужчина, не церемонясь, открыл дверь и, пройдя внутрь, кинул ребёнка на пол, а если быть точнее, то к чьим-то ногам. Получив разрешение, мужчина поспешил откланяться, при этом закрыв за собой дверь. Мальчик чуть дрожал: то ли от страха, то ли от боли, но пересилив себя, он поднял взгляд и увидел мужчину средних лет, с темной бородой и черными короткими волосами. Он был одет в белую рубашку, расстегнутую на груди и совершенно обычные чёрные штаны. Вид у мужчины был явно не презентабельный, а перегаром воняло на всю комнату. — Ну что ж... Юный Сиэль Фантомхайв... Пора попробовать тебя на вкус, — мерзко улыбнувшись, мужчина крепко взял Сиэля за запястье и потянул на себя. Не успев опомниться, Сиэль оказался на коленях (рука так и просит написать «алкаша») садиста. — Что..? — тихо вымолвил мальчик, не понимая что сейчас с ним будут делать. Из-за отвратительного запаха, он пытался слезть с колен явной угрозы его девственности. — М-м... Не волнуйтесь, «граф», будет приятно, — мужчина обнял Сиэля за талию, притягивая к себе. Он медленно начал оставлять поцелуи и засосы на шее ребёнка, рукой исследуя его ягодицы.       Фантомхайв вздрогнул от резкой перемены позиции с подготовки на нападения. Осознание произошедшего пришло со временем, его сердце пропустило удар. Тело начало судорожно дрожать и на инстинктах, мальчик начал вырываться из лап насильника. Мужчина же в свою очередь лишь сильнее прижимал ребёнка к себе, начав своим достоинством тереться о его живот. Сиэль испуганно бегал глазами по комнате, отчаянно выискивая предмет, который мог бы его спасти. Рядом с креслом, на тумбочке, лежала пустая чашка от чая. Мальчик незаметно потянулся к чашке и аккуратно её взял. Так как это был его единственный шанс на спасение, Сиэль действовал максимально быстро и необдуманно, доверяя лишь животным инстинктам, так что, замахнувшись он разбил чашку о голову мужчины. Использовав момент, когда педофил ослабил хватку, Сиэль быстро выскользнул из его рук и, упав на пол, начал отползать назад. По чужому лбу потекли капли крови, стекая по всему лицу и попадая на и так грязную бороду. На несколько секунд наступила неприятно давящая на уши тишина, Сиэль уже не знал что ему делать и куда бежать, ведь единственным ему доступным выходом в тот момент было окно... Фантомхайв, конечно, сильно разочаровался в жизни во время пребывания в плену, но все ещё имел здравый рассудок, чтобы не совершать глупые поступки, наподобие, выпрыгнуть из окна или перерезать себе вены. Нависшую тишину разрушил скрип кресла. Мужчина медленно приподнялся и за долю секунды преодолел расстояние между креслом и мальчиком. Взор голубых глаз медленно скользнул по фигуре мужчины: ноги, бёдра, живот, плечи, рот, нос.... И глаза... Карие глаза полны гнева и холода, в них нельзя было увидеть ни капли похоти, которая была пару минут назад.

Удар.

      Резкая боль в области груди отрезвила сознания мальчика и тот со страхом взглянул на мужчину, который отчаянно бил его ногой по груди. Было больно, очень больно. Тело ныло и создавалось ощущение, будто все его ребра переломали.. На его груди уже не было живого место, когда мужчина — под крики и мольбы мальчика о пощаде, — остановился. Резкий кашель заставил мальчика через боль переместиться со спины на локти. На пол начали капать капли вязкой крови, а во рту чувствовался неприятный привкус металла.. — Неблагодарная свинья, как ты посмел отказать мне?! — злой голос насильника эхом раздался по комнате. Но Сиэль его не слушал.. Он не мог слышать, боль в груди была настолько сильной, что перед глазами поплыло, а кашель все не останавливался. В ушах отвратительно звенело, не давая проход здравым мыслям. Недовольный реакцией на свои слова мужчина подошёл поближе к мальчику и, схватив его за шею, чуть сжав, поднял в воздух. Будущий граф начал задыхаться, царапая руки насильника, пока по его щекам текли обжигающие слёзы. Мужчина посадил его на подоконник, предварительно до этого открыв окно. Кареглазый чуть ослабил хватку, позволяя аристократу вдохнуть капельку спасительного воздуха, которого сейчас катастрофически не хватало. Сиэль начал тяжело дышать, пытаясь ртом ухватить как можно больше воздуха. — П-пожалуйста... Н-не надо! — кое-как вымолвил мальчик, когда его наклонили спиной к окну. Руки инстинктивно вцепились в проем окна, не позволяя вытолкать их хозяина. — А вот нужно было раньше думать, — довольный собой, мужчина резко толкнул синеглазого вперёд, тем самым выталкивая из окна.       Мысли Сиэля в этот момент невозможно было передать: он был разочарован, обижен, оскорблён, озадачен, опечален и ошарашен одновременно. Мысли путались и смешивались, невозможно было сосредоточиться на одной конкретной. В их потоке проплывали и мысли о скорой кончине, которые не давали покоя больше всего. Падение со второго этажа, вроде бы явление, которое проходит буквально через пару секунд. Но именно сейчас эти секунды казались столь долгими и мучительными. Но, как мы знаем, даже самые ужасные моменты в нашей жизни не вечны, и рано или поздно они кончаются. Это падение не было исключением. Граф резко почувствовал острую боль по всему телу, из-за чего его истерзанное от криков горло позволило прокричать осевшим голосом. Острые шипы белых роз, на которые он упал, разрывая кожу, вонзились в его плоть. Было невыносимо больно. Тело начало дрожать, но от болевого шока сдвинуться с места было невозможно и, кажется.. Он только что слышал хруст своих костей...