William T. Spears
23 марта 2020 г., 11:38
Холодный взгляд и строгий вид.
Взмахнув косой, он обрубает пленку.
И смерть здесь никого не пощадит:
Ни юношу, ни мать и ни ребенка.
Вздохнув с какой-то равнодушной скорбью,
Он вынесет итог, поправив вновь очки.
Все люди расстаются с болью,
Когда прощально их блеснут зрачки.
Уильям слыл всегда примером для других.
И став Жнецом, не изменял своим законам.
Средь суеты и всех неразберих
Внимал он лишь начальства эталонам.
Теперь он статный, благородный вид
Навек закрыл ту серость прежних дней.
И скверну человеческих обид —
Излишней хладнокровностью своей.
А в Департаменте никто и не поверит,
Что сам Т. Спирс когда-то был ничтожным,
Идущим вопреки той самой веры,
Что оказалась знаком ложным.
Он был отчаянным при жизни,
Он обожал гулять по крышам и мечтать.
Доколь судьба, подобно укоризне,
Смогла его существованье оборвать.
И будучи прославленным Жнецом
После тяжелых будней он смотрит на закат,
И вспоминая вдруг себя перед концом,
Он будто шепчет: «Прости, я виноват…»
