В следующий раз

      Сайфер вряд ли мог с уверенностью сказать, что ему нравится его работа. В какие-то моменты ему хотелось подмешать в напиток какой-нибудь распутной девке клофелин, чтобы того пьяного в слюни мужика как следует отделали в месте не столь отдалённом. Билл ведь, если и будет добавлять что-то, то смертельную дозу, разумеется.       Его мозг уже, два часа к ряду, промывал молоденький юноша, сидящий прямо за барной стойкой. И ведь не спровадишь его, не пошлёшь на красивые три буквы — вычтут всю сумму его заказа из, без того маленькой, зарплаты. А выпил этот идиот немало. — Хэй, нальёшь мне ещё немного? — в очередной раз попросил молодой человек, поднимая глаза с барной стойки на Сайфера. Тот уже мало его слушал: даже на вопросы, по обыкновению, не отвечал. Вот и сейчас решил, что после вопросительной интонации вновь последует монолог о каких-то жизненных проблемах. — Сук… Билл, кажется, да?       Блондин сразу поддельно заинтересованно посмотрел на своего клиента, отвлекаясь от созерцания, такой манящей сейчас, припрятанной под прилавком, бутылки водки. Он бы сейчас с радостью выпил её всю, из горла, даже не закусывая. Вторую смену подряд ему пришлось подменять свою тупую подругу, которая слиняла на свиданку с очередным уёбком, который ей потом не позвонит.       Сайфер брезгливо фыркнул и поморщился, смотря на юношу. Его каштановые кудри были растрёпаны больше, чем обычно — бармен мог сказать это абсолютно однозначно, так как видел его в баре не в первый раз. Раньше видел с какими-то парнями. Верхние пуговицы его рубашки были самовольно расстёгнуты, из-за чего Билл хмыкнул: может, самое время позвать тупого охранника и сказать, что до него домогались.       Парень даже лукаво подумал, что ему вполне могут за это доплатить. — Чего хочешь? — измученно спросил Билл. Всё-таки, пока клиент не устроил дебош, надо его обслуживать. Он даже не соблюдал элементарные правила приличия, хотя подошедший официант смотрел осуждающе. Плевать бармен на него хотел. — Только не говори, блять, что ещё водки, это уже третья бутылка. — Тебя.       Сайфера сразу будто ведром холодной воды окатило, и пшеничные волосы встали дыбом. Ему очень давно не говорили чего-то подобного так прямо и просто, будто это абсолютно привычно и совсем не зазорно. — Чего? — Билл всё-таки решил переспросить. Мало ли глюков из-за того, что он уже вторую смену на ногах. — Ты правильно всё услышал, — покачал головой молодой человек, заставляя Сайфера вздрогнуть.

\\\

      В подсобке было очень тесно и душно. Но это сейчас всё, чем могли эти двое довольствоваться.       Сайфер чуть приподнялся на подоконнике, сплетая собственные пальцы за чужой шеей. Диппер чуть подался вперёд, касаясь своими губами губ Билла. Они были сухими и потрескавшимися, и ещё приторно перечный вкус сигарет горчил просто неимоверно. Биллу было больно из-за того, что Пайнс нарочито неприятно зарылся пальцами в его спутанные волосы.       Руки блондина скользнули под чужую рубашку, а на губах расцвела странная полуулыбка, которую Пайнс чувствовал сквозь поцелуй. Ладони Билла были холодными, и этим морозом кожу Диппера словно обжигало, и нужно было жадно хватать ртом воздух, чтобы не задохнуться.       Кудрявый углубил поцелуй и сжал чужие волосы сильнее, не давая отстраниться. Второй рукой он спустил с плеч Сайфера кожанку, цепкими восхитительными пальцами оглаживая, теперь неприкрытую, нежную кожу плеч, отчего-то горячую.       По спине блондина пробежала крупная дрожь, и он слегка выгнулся, чтобы унять её хоть немного. Пайнс оглаживал плечи Билла, совсем немного забираясь цепкими пальцами под короткие рукава затёртой футболки. Сам блондин царапал неаккуратными ногтями спину старшего, оставляя там едва заметные красные полосы.       Воздух у обоих парней закончился одновременно, но первым от поцелуя решился отстраниться Билл. Он откинул голову назад, высвобождая свои волосы из чужих пальцев и стыдливо подставляя тонкую шею для ярких засосов, о которых потом пожалеет. Только потом, когда он будет с утра искренне злиться, замазывая эти надоедливые пятна тоналкой, которую надо будет осторожно вытянуть из сумочки сожительницы, он вздохнёт и поймёт, что этого делать не стоило.       Блондин тяжело выдохнул через слегка приоткрытые влажные манящие губы. Он почувствовал на своей нежной шее обжигающий язык Пайнса. Билл согнул ноги в коленях, обвивая ими талию Диппера и прижимая ближе к себе. Он стыдливо поджал пальцы и прикрыл глаза, чувствуя, как колючими розами расцветают пятна засосов.       Пайнс впился в кожу самыми кончиками зубов, чуть её оттягивая и оставляя слабые кровавые подтёки. Сайфер закусил свою губу и уткнулся лбом в чужое плечо, тяжело и громко выдыхая, дрожа заметно.       Робкими руками Сайфер начал расстёгивать пуговицы на рубашке Диппера. Его пальцы дрожали мелко, поэтому получалось откровенно плохо, и блондин нетерпеливо громко дышал, изредка тихо постанывая.       Билл несдержанно скинул с себя кожанку, откидывая её куда-то на пол, лишь бы избавиться от неё как можно скорее. Его руки уже были горячими, а футболка от чего-то задралась, чуть обнажая впалый живот.       Диппер положил ладони на бёдра блондина, самыми кончиками слегка поглаживая через плотные штаны, которые сейчас были определённо лишними. Пайнсу хотелось их с силой сорвать их с Сайфера.Он смазано поцеловал Билла, кусая его нижнюю губу и больно оттягивая. Прокусил.       Пайнс почувствовал в своём рту металлический привкус крови и довольно улыбнулся. Щёки блондина просто горели и были почти что пунцовыми, ведь чужие руки уже забрались под его чёрную мятую футболку, поглаживая бока и выпирающие рёбра. Прикосновения чувствовались мелкими шрамами, но такими сладкими, будто Сайфер был отъявленным мазохистом.       Диппер провёл языком по подбородку Билла, по которому стекала красивая алая кровь, чем-то так похожая на вино, что он терпеть не мог. Бармен положил ладонь на разгорячённую щёку Пайнса и притянул к себе, нежно целуя его и закрывая глаза. Сайфер обвил ослабленными руками его шею и слегка приподнялся, прижимаясь ближе.       Нарастающее возбуждение в штанах уже мало позволяло что-либо чувствовать, и Билл начинал ёрзать, чтобы стало легче хотя бы на несколько мимолётных секунд. — Хэй, — горячо выдохнул блондин, отстраняясь от поцелуя и жмурясь от приятных ощущений. — Хватит, сука, медлить, пожалуйста.       Сайфер проныл это, выгибаясь; Диппер приглушённо прорычал и подхватил его на руки, сжимая в ладонях его задницу. Блондин прикусил губу, тяжело дыша. Ему было почти что больно из-за того, что Пайнс всё делает так неторопливо и неспешно.       Глаза Сайфера, казалось, засияли. Кудрявый еле сдержал улыбку от такой живой реакции, пусть и с самого начала понимал, что увидит этот блеск во взгляде.       Пайнс вновь припал своими губами к губам блондина, чувствуя на них соль крови. Одной рукой Кудрявый забрался под футболку Сайфера, пересчитывая его изящные рёбра пальцами. Вторая рука оглаживала голые бёдра Билла, совсем рядом с его напряжённым членом, будто дразня.       Блондин, чувствуя горячие тонкие пальцы рядом со своим членом, проныл что-то нечленораздельное в поцелуй и выгнулся ровной дугой. На пару мгновений он даже пожалел, что перед их приходом сюда он пообещал, что сам к себе не притронется.Сайферу хотелось сделать это; он смотрел на Пайнса из-под ресниц, которые чуть дрожали от нетерпения.       Билл шумно замычал показывая, как он недоволен. Воздуха из-за поцелуя и возбуждения катастрофически нехватало. Блондину пришлось отвернуть голову, лишь бы вдохнуть немного кислорода; перед глазами замерцали разноцветные круги.       Диппер лукаво ухмыльнулся и оставил на шее бармена яркий фиолетовый засос. Казалось, скоро он вообще весь будет покрыт этими красочными пятнами, но Пайнс пока очень умело и мастерски сдерживался от этого. Не настолько уж он был собственником. Тем более перед тем, с кем следующей ночи не будет.       Кудрявый коснулся самыми кончиками пальцев головки члена Сайфера, из-за чего тот жадно начал хватать ртом воздух. Он поджал пальцы на ногах от возбуждения, а когда Пайнс провёл рукой по всему стволу, глаза Билла вовсе закатились.       Блондин громко вдохнул, когда почувствовал вместо пальцев Диппера его язык, а потом и вовсе сорвался на громкий стон. Пайнс двигал головой, подавляя рвотный рефлекс где-то глубоко внутри себя. Сайфер извивался под ним, кусая окровавленные губы. Изо рта Билла вырывались глухие стоны каждый раз, когда кудрявый особенно резко дёргал головой.       Закованные руки гремели наручниками; Сайферу хотелось зарыться ладонями в волосы на затылке Пайнса, чтобы насадить глубже и получить ещё больше удовольствия, хотя казалось, что больше просто некуда. Медлительность Диппера — единственное, что не позволяло полностью отключиться от реальности и отдаться всеобъемлющему удовольствию и эйфории.       Сайфер согнул ноги, зажимая между своих колен чужие массивные плечи. Футболка почти уже не прикрывала худощавое тело, а штаны давным-давно были спущены даже с лодыжек и покоились где-то на полу. Билл недовольно прикусил губу, продолжая стонать. Ему категорически не нравилось то, что у Диппера лишь расстёгнута рубашка. Её с ненавистью хотелось сорвать с него и прижаться к этому желанному телу как можно скорее.       Пайнс неосторожно провёл языком по головке члена Билла, и тот с особо громким стоном кончил. Он сразу задрожал и начал непреодолимо тяжело дышать, будто вынырнул из воды после долгого заплыва.       Диппер всё покорно проглотил, облизываясь, как довольный кот, и даже не морщась. Это заставило Сайфера неимоверно сильно раскраснеться - его щёки стали почти что пунцовыми - и смиренно закрыть глаза.       Ладони Сайфера заблуждали по чужому телу, а сам он одним ловким движением сделал так, что теперь кудрявый лежал под ним на этом злополучном подоконнике. Пайнс довольно ухмыльнулся, чуть приподнимаясь, чтобы Биллу было удобнее снять с него рубашку. — Уже не терпится? — заискивающе спросил Диппер, взяв бармена за руку и нежно переплёл их пальцы. — Не еби мозги, блять, — отмахнулся грубо Билл, прикусив кончик языка.       Блондин сидел на бёдрах Диппера, нетерпеливо ёрзая и пальцами пытаясь расстегнуть пуговицу и молнию на его джинсах. Ему уже хотелось почувствовать горячий член Пайнса в себе, как изнутри его заполняет, словно горячей лавой. Ему этого очень сильно нехватало.       Пальцы Сайфера путались, ведь свободная рука Диппера гуляла по его телу, возбуждая пуще прежнего. Это было столь невыносимо приторно, что Билл вздрагивал и стонал от простых касаний, а пряди длинных волос прилипли к потному лбу.       Блондин приподнялся на дрожащих коленях и наконец-то стянул с Пайнса джинсы вместе с нижним бельём. Почувствовав задницей горячую возбуждённую плоть Диппера, Билл обессиленно опёрся руками по обе стороны от его головы.       Кудрявый положил руки на бёдра блондина, чуть сжимая их и большими пальцами проводя совсем рядом с возбуждённым членом. Билл вновь подавился воздухом, собираясь с силами и отнимая руки Диппера от себя. — Сам себя растянешь? — Пайнс согнул пальцы и чуть извернулся, чтобы было хоть немного удобнее. — Это не нужно, — стыдливо буркнул Билл, чуть поджимая плечи. — - Повторяю: не еби мозги.       Пайнс заливисто тихо рассмеялся. По худой спине блондина от этого смеха пробежали мурашки.       Билл приподнялся на изодранных коленях и, заведя руку за спину, провёл ладонью по члену Диппера, выбивая из того приглушённый стон. Блондин прикусил разодранную губу и начал медленно насаживаться. Он начал рвано постанывать то ли от боли, то ли от удовольствия.       Выгнувшись, блондин наклонился ниже к Дипперу и поцеловал его в губы, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. Это очень слабо помогало, но то, с какой нежностью кудрявый отвечал, компенсировало все чувства вместе взятые.       Билл начал медленно двигаться, поднимаясь и опускаясь на дрожащих хрупких коленях. Боль медленно, но верно сменялось наслаждением, и с каждым движением он ускорялся, чтобы ощутить гораздо больше, ярче и красочнее.        Диппер постанывал гортанно и глухо. Кудрявый смотрел на Билла из-под ресниц с таким восхищением, что стоны преисполнялись всеми этими эмоциями, которые блондин так мастерски вытягивал у него.       Бармен так ускорился, что колени уже начинали саднить, а ему самому приходилось кусать костяшки собственных пальцев, чтобы не кричать от эйфории и возбуждения. Внутри у него всё горело, да и снаружи было совсем не холодно.       Блондин со вскриком кончил уже во второй раз, даже не прикасаясь к себе. Он почувствовал внутри себя горячую сперму Пайнса и тяжело выдохнул.

///

— Хэй, Билл, — позвал Диппер, смотря на выходящего с работы Сайфера. Тот хмыкнул и вопросительно повернулся к нему: вроде ещё несколько дней назад уяснили, что отношений ему не надо. — Ну, может, хотя бы попробуем? — Бляяя, ну Пайнс, ебать твой рот, — выстонал Билл, сгорбив плечи. — Тебе-то это нахуй надо? — Чтоб всегда иметь доступ к твоей сладкой заднице. — Клянусь, в следующий раз за такие слова я тебе уебу.