Листья

САСКЕ

      Девушка, оттянув маску, скрывающую её татуировки, втянула воздух носом, сосредоточиваясь на собственных ощущениях. Саске остановил своего своего коня, цепко наблюдая за своей спутницей: она ему помогает в поисках, стала ему невесткой, но она останется для него врагом готовым перегрызть глотку при любом удобном случае. Нельзя теряться.       Спустя минуту, девушка твердо отвечает, бережно пряча фигурку из игры Го в шелковое тряпье, а после себе в мешочек на шее, чтобы не потерять аромат.       — След этого человека тянется с востока. Нам стоит поспешить!       Саске кивает головой и направляет своего коня в необходимую сторону. Позади него возмущается Карин от того «как много позволяет себе эта девчонка».       — Помолчи, Узумаки! Хана-сан – уважаемая жена моего брата! Еще слово – и я тебя убью!       Хана награждает Карин ледяным взглядом и промолчав, устремляется в след. Саске чувствует возникшее напряжение в команде, но теперь-то они имели хоть одну зацепку, и остальное было не важно.       — Она здесь. Она совсем рядом. И она знает, что её преследуют.       Карин командует над оставшимся отрядом:       — Рассредоточитесь! Нужно найти полувековую старуху!       Саске удовлетворенно кивает Карин, и едва успевает заметить, как Хана неожиданно рвется вперед, кидаясь в толпу прохожих к какой-то парочке.       — Она… здесь!       Саске кидается следом, ища безумными глазами ту самую старуху, что каждый раз ускользала из его пальцев фантомной тенью. Схватить и больше не отпускать. Схватить и заставить вылечить брата. Схватить её! Схватить! Схватить!       Он видит Хану упавшую наземь в глубоком поклоне перед двумя испуганными путешественницами. Их соломенные шляпки упали на пыльную землю, а скудные узелки с вещами были прижаты к груди, словно перед ними сейчас лежала не молящая девушка, а угрожал горный разбойник.       — Госпожа Цунадэ! Прошу вас помочь мне! Прошу вас вылечить моего брата! Он – умирает и врачи бессильны!       Саске скользит взглядом по девушкам: они испуганно оглядывают молящую девушку и пытаются незаметно уйти. Но Хана хватает их за подол платья, заставляя остаться и выслушивать дальше.       «Неужели восхваленный нюх клана – выдумка? Хана была его последней надеждой… И она ошиблась? Или может от горя сошла с ума?»       — Замолчи, чертова девчонка! — Шипит в злости одна из девушек, со всей души давая по голове Ханы. — Что ты смеешь просить у меня? Я больше не лечу! Я больше не…       — Цунадэ Сенджу?       Саске останавливается прямо перед ними. Спокойный и холодный, он кидает циничный взгляд на валяющуюся в пыли спутницу, а после переводит на лица найденных людей.       «Молоденькие лица цветущих в своей юности девушек – не такого я ожидал. Но определенно где-то видел… Они столько раз ускользали лишь потому что мои ожидания были другими! Какая глупость!»       — Ты — выдавливает темноволосая девушка, сжимая кулаки в бессильной злости.       — Меня зовут Учиха Саске. И я прошу вас проследовать со мной в мой родной замок.       — А если я не соглашусь? — светловолосая девушка насмешливо поднимает брови и складывает руки на пышной груди. Саске кладет свою ладонь на гарду меча… И склоняется в учтивом поклоне.       — Прошу вас!       Хана поднимается с колен, снимает повязку с лица и просит еще раз вместе ним. Цунадэ мгновенно вспыхивает, увидев алые татуировки на щеках. Саске же ликует: брат почти спасен!

НЕЙДЖИ

      Это гордость, что член их клана станет частью Императорской семьи. Но возвращаться домой без Юной Госпожи Хинаты было удручающе. Нейджи каждый раз оглядывался на пустой палантин, закусывал губу и подгонял людей вперед.       Через неделю пути он наконец-то увидел стены своего родного замка. Сердце сжалось – его никто не ждал…       Вдруг на встречу из ворот выбежала Ханаби в окружении нянечек и стражи. От бега, её волосы, закреплённые в хвост, растрепались, конец легкого шарфа волочился по земле, а встревоженный взгляд искал сестру в приближающейся процессии.       — Брат! — И Ханаби вскинув ручку радостно ею помахала.       — Сестренка! — крикнула еще громче и замерла в ожидании того, как из палантина выглянет любимое лицо.       Сердце парня сжалось: неужели Хиаши не сообщил семье о произошедшем? Зачем утаил? Чего же он так ждет?       — Сестру… Взяли в жены? — дрожащим голосом пролепетала Ханаби, осторожно подойдя к спешившемуся Нейджи. – И я больше никогда её не увижу?       — Гордись, Ханаби. Возможно, ты уже тетушка нового Принца нашей страны. Гордись и помни Госпожу Хинату! — Он доверительно положил ладонь на её плечо и заглянул в её серые глаза. А после взял за руку и вложил в ладошку что-то.       — Это прощальный подарок твоей сестры. Она просила его передать тебе… Свой амулет. Теперь он будет защищать тебя.       Ханаби осторожно разжала пальцы, а после вновь подняла взгляд на брата полные слез. Промолчав, рванула обратно в замок. Нейджи постоял несколько минут, смотря в след расстроенной кузене, а после поспешил в кабинет дяди. Ему следовало все рассказать.

ШИСУИ

      Мужчина крепче сжал поводья и подгонял своего коня. То, что он узнал от Отшельника могло значить, что во дворце готовится государственный переворот. Вставала угроза гражданской войны. А на территорию, раздираемую войнами легко напасть… Она сожрет мир, оставив после себя пепелище. И никто не сможет этого остановить!       Шисуи стиснул зубы, едва не ложась на гриву своего коня, щурясь вглядываясь в идущую впереди дорогу.       «Я должен успеть!»       Сзади послышались звуки вооруженной погони. И они быстро его нагоняли. Расстановка сил была не в его пользу: его конь уже устал после интенсивного перехода через горы и долину, да и он сам, узнав такую новость и тщательно зашифровав его отправил по почте и поспешил обратно без сна и отдыха, в то время, как кони разбойников и сами преступники были полны сил.       Совсем рядом пролетели стрелы, чудом не зацепив ни его, ни коня. Преступники не думали отставать.       «Ч-Черт! Только этого не хватало! Итачи должен узнать это! Чертов старик Данзо – расставивший свои сети подобно пауку хочет свергнуть Императора, убрать совет и прибрать эту страну к своим рукам! Его шаги – медленно, но верно взять под контроль каждого Главу Клана кто имеет возможность ему противостоять или уничтожить. Инузука не сдались, Глава Цуме не склонила голову и нам отдали приказ… Саске сделал то, что сделал, вырезав весь клан! Следующие, за кого возьмется Данзо – Клан Учиха!»       Обстрел стрелами закончился. Шисуи оглянулся в сумреках он едва различал группу всадников, их было около четырех. Они что-то кричали и уже размахивали своим оружием.       «Я уезжаю по делам, так что не смогу больше тебя навещать. Будь хорошей девочкой. Ты – красивая и хорошая жена в будущем, верно?»       Хана не отрываясь от чтения свитка, усмехнулась. А после подняла на него взгляд. Почему-то его взгляд зацепился за пунцовые губы девушки, тонкий изгиб шеи и выглядывающие из-за ворота платья острые ключицы. Хана была прекрасна…       «Я – честно выполняю часть своей сделки: мила, обходительна и ласкова к Итачи. Но я до сих пор не увидела своего брата. Ты…»       Шисуи мотнул головой, не понимая почему именно в этот момент он вспомнил этот недолгий разговор с Инузукой Ханой перед отправлением… И вообще, почему именно она?       А в голове уже звучит гонгом остаток произнесенной фразы:       «…Не смей умирать, пока не выполнишь своего обещания»       Шисуи усмехается и нашаривает рукою меч на бедре и останавливает своего коня, готовясь к встрече с врагом лицом к лицу. Всего четыре всадника. Он справится. Вот так вот просто он не умрет.

***