Бесследно исчезнувшие

23 марта. Кажется, прошел целый век, как они познакомились. Быстро накидывая ветровку, Юнги поспешил выйти из комнаты. -Мам, я ушел, – крикнул парень в стену. Его мать вот уже 5 лет больна. Всё, что она делает – лишь тянет свою крохотную жизнь в умопомрачающее будущее. Дорога вниз сегодня была довольно лёгкой, пара прыжков, пара пнутых коробок, пара взглядов на серое небо в окно – и Юнги вылетает из подъезда. Мин Юнги – его скромное имя, его маленький мирок. Сегодня он опять идёт играть в баскетбол. Многим это нравится, но в его жизни это целый кусочек. Или лишь был. Всего пару лет назад, мяч, вылетевший из его рук со злости, прилетел в голову одному эммм гангстеру? Юнги думал именно так. На площадке развязалась драка. Что-то непохожее на неё. Первое время парни просто смотрели друг на друга, но потом – кулаки, синяки - но это не было похоже на драку. Крики, фразы, слова развивались в воздухе, они выражали боль и печаль, которая скрывалась в их душах. Что же тогда произошло? Юнги всё отлично помнит, как и его напарник, к которому кстати он идёт. Мин Юнги – пианист. Если бы вам удалось посмотреть на его тонкие и длинные пальцы, вы бы ни за что не поверили, что перед вами человек, отдавший часть своей жизни баскетболу. Пройдя в очередной раз мимо компании молодых людей, беззаботно прожигающих свою жизнь, парень усмехнулся. Как бы ему хотелось, и ему хотелось, просто так же. Наплевать на всех и вся, продать свою жизнь наркоте и сигаретам, в конце концов, умереть от алкоголизма. Если бы он мог. Сегодня один из тех редких дней, когда парень идёт не на работу, а “расслабляться” как бы он сам выразился. Ким Намджун – парень, почти под 2 метра ростом, грозила всея района, человек с хрупкой душой. Поэт. Сидя на скамейке, парень витал в облаках, каким было его состояние уже несколько месяцев, мяч, прилетевший прямо в грудь, как будто пробудил его. Вся злость и скверность вырвалась наружу, в какой-то степени Киму было жаль этого костлявого паренька, на которого прилетали оскорбления, но этот хлипкий пацан сумел швырнуть мяч, значит не слабого порядка будет. 3 квартала вперёд – и вот, Мин Юнги своей персоной заявился на площадку. Ким уже сидел там, вертя в руках ромашку. -Тебе стоит снять очки, - Мин стянул очки с Джуна, - иначе в них снова прилетит мяч, а может что и похуже, - он положил их на скамейку. -Не думаю, что от твоей подачи можно скрыться хоть где-то, - усмехнулся парень - Ты всё ещё хочешь играть? Ведя мяч по площадке, Мин ловко забрасывает его в кольцо. -Твоё хобби не принесёт тебе ни денег, ни счастья. Второй бросок и мяч ударяется об кольцо. -Слушай, Намджун, ты пришёл сюда помогать или усмехаться надо мной? Давай забудем об этом хоть на игру. Сегодня 23 марта. Облачно, возможны местами дожди. Ветер юго-восточный . Юнги бы никогда не поверил, что за пару лет, Джун будет так играть в баскетбол, с его-то криворукостью. Но прямо сейчас на этой площадке две души сливались воедино. Спорт для образа жизни – хорошо, спорт – чтобы снять напряжение? Еще лучше. Но что это за странное чувство? Всё это скоро закончится. Они отыграли десятки партий, на площадке стали появляться лучи солнца. Похоже, пора снова прощаться? Парни редко могли видеться. У каждого были свои проблемы. Но эта игра, которая повторялась раз за разом не могла закончиться. Единственный выход. Единственная надежда. Два игрока. Пианист и поэт. -Так ты играешь с детства? – вытирая пот, спрашивает Намджун. -Типо того, старший брат научил, - отвечал Мин, восстанавливая дыхание. Чувство отчуждённости? Нет, это просто холод. Кажется, Киму пора покупать новые кроссовки. Вовремя вспомнив об очках, парень прихватил их с собой, когда собирался уходить. Юнги сидел, оперевшись на ледяную сетку заграждения. -Ты не собираешься уходить? -Я ещё немного поиграю и пойду. -Давай. Попытаюсь заметить тебя завтра среди толпы. Парни учатся в одном вузе. Один учится на инженера, другой на программиста. Поэт и пианист. Как бы грустно это не звучало. Завтра они снова обменяются взглядами в университете – и один из них пойдёт прожигать своё время на двух работах, а другой терять его в пустоте кирпичных стен и темноты.