Война во время мира

      Скорпиус Малфой       — Роза, подожди, — Скорпиус догнал девушку только около Большого зала. — Что случилось?       — Случилось, — продолжала кричать на него Роза. — У тебя явно не все дома. Отстань ты уже от меня. Ты мне противен.       Роза убежала от Скорпиуса вверх по лестнице. Малфой только смотрел ей вслед. Да, у них были последние дни некоторые недопонимания, но сейчас все произошло слишком неожиданно и на ровном месте.       — Ты чего так рано? — спросил Альбус, когда Скорпиус вошел в их спальню. — Я думал, что вы с Розой еще после уединитесь. Так мило ворковали.       — Она меня послала, — с каменным лицом сказал Скорпиус.       — Чего? — удивился Альбус. — Скорп, я же тебе говорил, не нужно без ее согласия рассекречивать ваши отношения. Я предупреждал, что Роза может этого не простить.       — А я ничего такого и не делал, — ответил Скорпиус.       — В чем тогда дело? — спросил Альбус.       Скорпиус рассказал ему, как Роза ни с того ни с сего на него накричала и снова сказала, чтобы он к ней не подходил.       — Ситуация просто полностью повторилась, — закончил рассказ Скорпиус. — Только если тогда я еще мог понять ее эмоциональный взрыв, проигранная дуэль, задели самолюбие. То тут… Романтическая и расслабленная атмосфера.       — А Мелиссы там не было? — аккуратно спросил Альбус.       Тему Мелиссенты они не трогали с момента свидания Розы и Скорпиуса в Хогсмиде. Малфой был так рад, что Роза простила ему его признание Стоун, что ни с кем не хотел трогать эту тему. Даже с Альбусом эта тема была под запретом. Все они вели себя так, будто Мелиссы и не существует.       — Нет, ее на вечеринке не было, — сказал уверенно Скорпиус.       Малфой тоже первым делом подумал на Стоун. Осмотрев помещение, он убедился, что на вечеринке ее не было. Второй мыслью было то, что к Розе кто-то подошел и что-то сказал, но это тоже было совершенно не так. Единственный раз, когда Скорпиус оставил Розу без своего присмотра, был поход за сливочным пивом. Но проблемы начались намного позже.       — С ней на вечеринке кроме нас никто даже не разговаривал, — настаивал Скорпиус.       — Что будешь делать? — поинтересовался Альбус.       — Я больше ее отпускать не собираюсь, — решительно сказал Малфой. — Пусть сегодня отойдет, завтра поговорим.       — Да уж, эти женские штучки, — заметил Альбус.       — А ты чего так рано? — Скорпиус решил отложить свои проблемы до завтра. — Я думал, что вы тоже куда-то уединились.       — Мы и уединились, — безрадостно сказал Альбус. — Только толку от этого было немного. Она непробиваемая. Друзья и все.       — Ого, даже на Розу подействовала эта романтическая атмосфера, — Скорпиус был уверен, что именно Роуз является самой контролирующей себя девушкой Хогвартса.       — Мы даже «случайно» под омелой были, — вздохнул Альбус. — Никакого романтического настроя у нее не было.       — Что будешь делать? — спросил Скорпиус, понимая, что сам не лучший советчик в этом вопросе.       — Не знаю, — Альбус залез под одеяло. — Пока будем продолжать общаться, а там что-нибудь еще придумаю. Я ее провожал до гостиной, мы разговорились о Хогсмиде. Она там еще ни разу не была. Думаю, пригласить ее. Через две недели же поход?       — Ага, только снова наказание не заработай, — усмехнулся Скорпиус. — Ладно, давай спать.       Однако сон Скорпиусу все не шел. Он думал, что же все-таки могло спровоцировать такую реакцию Розы. Единственный вариант был Стоун. Скорпиус решил, что под сливочным пивом она вспомнила его признание Мелиссе. И подумал, что если он хочет от Розы откровенности, то сам должен ей это дать. Он хотел рассказать ей о их с ней поцелуе, и суть его признания на игре.       На следующий день Скорпиус никак не мог найти Розу. На завтраке в Большом зале ее не было, в библиотеке тоже. Скорпиус начал волноваться, вдруг с ней что-то случилось. Но потом он вспомнил, что она говорила о ежедневных тренировках.       Малфой ждал Розу возле раздевалок. И когда увидел рыжую копну волос, направляющуюся к стадиону, выдохнул. Раз идет на тренировку, то жива и здорова.       — Можно тебя на пять минут? — спросил он аккуратно, подходя к ней.       — Ну чего тебе еще? — спросила Роза.       Скорпиус посмотрел в ее глаза. В них не было того огня, который был последние несколько недель во время их встреч в Выручай комнате. Там читалось только безразличие. Опять.       — Я думал, что это ты мне объяснишь, — Скорпиус не хотел ругаться, поэтому говорил очень аккуратно, наблюдая за ее реакцией. — Что это вчера было на вечеринке?       — А по-моему, это ты мне должен объяснять, — гордо сказала Роза. — Я тебе столько раз говорила, что у нас ничего не будет, а ты все со своим «прогуляемся».       — Да мы же встречаемся! — не выдержал Скорпиус. — Хогсмид, вечеринка, Выручай комната.       — Это была моя минутная слабость, — сказала Роза, открывая дверь в раздевалку. — Забудь обо всем.       — Слушай, если это из-за того дурацкого признания на игре… — начал Скорпиус.       — Нет, мне на него все равно, — без единого колебания сказала Роза. — Просто ты мне не нравишься.       На следующий день попытки Скорпиуса поговорить с Розой снова не увенчались успехом. К концу дня она вообще стала его избегать. Малфой настолько отчаялся, что попросил Альбуса поговорить с ней.       — Ну как? — спросил он, когда Ал вошел в их спальню.       — Похоже, она тебе не соврала, — сказал Альбус. — Если раньше я всегда видел в ней и в ее глазах хотя бы симпатию к тебе, то сейчас от этого следа не осталось. Точно на вечеринке ничего не случилось? Так же не бывает. Вчера любит и целует, а сегодня знать не хочет.       — Я тебе все рассказал, как было, — уныло проговорил Скорпиус. — И что мне теперь делать то?       — Я не знаю, — Скорпиус видел, что Альбус хочет помочь, но, как и он, не понимает, что делать. — Отстань от нее на время. Может, перебесится.       Которую ночь Скорпиус уже не спал. Он проанализировал все их встречи, разговоры, ссоры. Но не мог найти ничего, что вызвало бы такое резкое отвращение к нему. Скорпиус даже подумал, что она играла с ним и на деле никогда ничего не чувствовала. Просто использовала в своих целях, а теперь он стал ей не нужен. Хоть он и не был готов поверить в этот вариант, но, похоже, он был верный. Но что-то ему все равно не давало покоя. Во время их поцелуев была невероятная страсть. Скорпиус был готов поставить все их поместье на то, что все было искренне. Как с его стороны, так и со стороны Розы. Но если после первого показательного равнодушия со стороны Роуз Малфоя спасла его настойчивость, то тут она все испортила. Роза просто не желала находиться с ним в одном помещении. Даже на их совместном дежурстве она поменялась ни с кем иным, как со Стоун. Скорпиус даже поговорил с Джеймсом. Он тоже не понимал поведение Розы.       — Более того, она действительно не страдает из-за вашего разрыва, — сказал Джеймс. — А я об этом много знаю. Все девочки после расставаний никакие, а Роза летает на тренировках лучше всех. Хотя еще недавно переживала из-за вашей маленькой ссоры так, что квоффл из рук выпадал.              — Идешь сегодня на игру? — спросил у него Альбус в субботу утром.       — Нет, — ответил Скорпиус. — Что я там забыл?       — Ты же никогда не пропускал игры Розы… — многозначительно сказал Альбус.       — Ну, значит, сегодня первый раз, — уверенно сказал Малфой.       — Слушай, если хочешь, я могу тоже не ходить, — начал Альбус.       — Нет, ты иди, — перебил друга Скорпиус. — Я нормально.       — Точно? — переспросил Альбус. — Просто Когтевран играет. Вдруг, Пенелопа придет на матч…       — Тогда тем более я тебе не дам сидеть со мной в гостиной, — Скорпиус не хотел из-за своих переживаний отбирать у друга лишний шанс пообщаться с Пенелопой. — Мне есть чем заняться.       И это было правдой. Со свиданиями с Розой, а потом с переживаниями из-за их расставания Скорпиус совсем забыл о просьбе Джеймса. Нет, он, конечно, разобрал несколько строчек, но там все оказалось намного сложнее. Именно этим Малфой решил заняться сейчас. Вся школа была на стадионе, поэтому в гостиной ему никто не помешает и не будет лишних глаз.       Взяв пергаменты с рунами, Скорпиус сел около камина. Он любил атмосферу слизеринской гостиной. Она настраивала на успокоение и сосредоточенность.       — Так, ну здесь понятно, — сказал он сам себе, откладывая переведенную часть. — Место и дата нападения, а также описание операции. А вот оставшиеся три листа…       Скорпиус всю голову себе сломал, но он не понимал почти ни одной руны, которые были там написаны. Более того, их не было в словарях. Ни современный, ни древний словари не помогли ему.       — Я думала, что ты на матче, — сзади него послышался голос.       Скорпиус резко обернулся. Он тоже полагал, что все на стадионе.       — Стоун, — сказал он. — Нет, у меня есть дела важнее квиддича.       — Задолжал домашку? — спросила она, садясь рядом.       — Нет, это личное, — Скорпиус собрал пергаменты и отсел от Мелиссы.       Почти час они провели в молчании. Стоун делала трансфигурацию, а Скорпиус ни на шаг не продвинулся в переводе.       — Да почему этого нет в словаре? — не выдержав, воскликнул он. — Что это за слова.       Мелисса подошла к нему и заглянула в записи.       — Наверное, потому, что это не слова, — сказала она, беря в руку один из листов.       — А что это? — удивился Малфой.       — Рецепты, — все с таким же спокойствием ответила Стоун.       — Какие еще рецепты? — Скорпиус был не в настроении, чтобы шутить.       — Зелий, конечно, — сказала Мелисса.