Война во время мира

      Лили Луна Поттер       Лили не знала, что ей делать. Рассказать все всем она не могла, хотя понимала, что нужно. Она прекрасно знала, что все ее сны всегда сбываются. Она проанализировала динамику снов с Джеймсом. Сначала ей снилось, что его убивают. Но потом что-то изменилось. Лили посмотрела на дату в своем дневнике снов.       — Ну, конечно, — прошептала она. — В тот день я решила готовить противоядие. Поэтому Джеймс не умирал. Или они передумали тогда его убивать…       Лили терялась в догадках. Предсказать судьбу человека, которая зависела от двух других людей, было практически невозможно. Все менялось от их решений. И Лили понимала, что в основном менялись решения Нотта относительно Джеймса.       Но сейчас, когда Лили снова увидела мертвого Джеймса, она была уверена, что судьбу брата изменила она. С каждым днем Лили сомневалась в противоядии все больше. Вернее, само противоядие было безупречно. Оно сдержит распространение яда, ему хватит силы. Однако, не рано ли они дали его Джеймсу. Лили боялась, что понятие «после матча» очень растяжимое. И если это случится через неделю после матча, то противоядие будет не такое активное.       Лили ругалась на всех родственников, которые не хотели слушать ее намеки, настаивая, как и мадам Помфри, на том, что она переутомилась. Целительница давала Лили настойки, которые лишали ее снов. И девушка чувствовала себя как без волшебной палочки в руках. Она понимала, что решение о важности и нужности Джеймса может измениться в любое время. Но находясь в Больничном крыле она об этом никак не узнает.       Лили срочно нужно было поговорить с Альбусом. Он единственный знал всю ситуацию. Он мог не только присмотреть за Джеймсом, но и проследить за Ноттом. Лили очень хотелось узнать, не услышал ли Ал новых подробностей. Но для их безопасности они на людях продолжали делать вид, что не являются семьей. Но Лили верила в брата. Она знала, что если Альбус что-то узнает, то обязательно предпримет какие-то попытки защитить Джеймса. Но неизвестность и то, что она вынуждена лежать в палате и никак не может помочь никому ее выводили из себя.       После того, как Роза ночью отвела ее в Больничное крыло, наутро пришел Джеймс.       — Лили, не надо больше заниматься зельями, — тихо сказал он. — Я виноват, что втянул тебя во все это изначально, и еще больше виноват, что позволил тебе заниматься противоядием. Хьюго ничего не вспомнил. Да нам это и не нужно. Мы почти и так все выяснили. Не мучай больше себя.       — Джеймс, почему ты не веришь, что тебе грозит опасность? — Лили умоляюще посмотрела на него. — Ты же видишь, что мои сны сбываются.       — Потому что я нужен им живым, — заверил ее Джеймс. — Да и не стоит верить всем снам. Я долго думал. Мне кажется, квиддич это было совпадение. Опасность грозит тебе, Алу, Пенелопе. Вот за кого я по-настоящему боюсь.       Лили ничего не ответила. Она знала, что убедить в чем-то Джеймса, если он так изначально не думает, было просто невозможно. В этот момент она почувствовала, что нужно все рассказать про зелья, противоядие, Нотта. Но быстро одернула себя. Она знала, что Джеймс в эту же минуту отправится к слизеринцу. А такого допустить было нельзя.       Все время, когда к ней заходил Джеймс, Лили наблюдала за его состоянием. Брат чувствовал себя нормально. Значит, противоядие не давало никаких побочных эффектов. Оставалось надеяться, что в случае применения яда, оно сработает.       На следующий день во время одного из уроков к ней пришла Элиза. Лили ждала ее больше остальных.       — Почему ты раньше не приходила? — Лили быстро взбодрилась, когда увидела девушку в дверях Больничного крыла.       — Тихо, не кричи, — шикнула она на нее. — Во-первых, меня выгонит мадам Помфри, если ты будешь волноваться. Во-вторых, меня тут вообще не должно быть. Я с трудом нашла урок, когда ни у кого из этой шайки нет окна. Сама защиту прогуливаю.       — Что там с решением Нотта по поводу Джеймса? — спросила Лили.       Если не Альбус, то второй человек, который знал обо всем, была Элиза.       — Ты думаешь, они доверяют или обсуждают при мне это? — удивилась Элиза. — Я знаю одно. Пока что они продолжают верить, что Джеймс ничего не знает про оружие. Если бы они раскрыли наш секрет, то я бы уже давно с тобой тут не сидела. Нотт уверен, что Империус подействовал. Я для вида у Джима поспрашивала об этом. Чтобы если Дэвис влезет в его голову, то увидел этот момент.       — Я не знаю, как ты относишься к вещим снам, — аккуратно начала Лили. — Но мои сбываются. И исходы меняются от того, как изменилось решение. Когда я начала думать о противоядии, смерть Джеймса была не такой яркой. Когда ты мне подсказала верные пропорции, смерти не было вообще. Его просто уводили куда-то. Значит, мы смогли изменить ход события.       — С таким же успехом его мог изменить Нотт, передумав убивать Джима, — пожала плечами Элиза. — Решение применить на Джеймсе зелье было намного позже, чем я подсказала.       Лили запуталась окончательно. Она не понимала, как можно по дате сна понять, кто из них поменял то или иное событие.       — Просто если сейчас мне снится, что Джеймс умер, и это из-за нас, — покачала головой Лили. — Ты же допустила ошибку в своем зелье. Мы неправильно рассчитали. Поэтому на тебя все же подействовал Империус. Что, если мы дали не в то время и не ту дозу? Дольше недели противоядие в нем не задержится. Давать вторую порцию опасно для его здоровья. Это же не значит, что прямо после матча они применят зелье.       — Я буду следить за этим, — кивнула Элиза. — А ты отдыхай.       Однако отдыхать Лили не пришлось. В пятницу к ней пришел Фред. И рассказал о своем сне.       Лили была уверена, что Мел заговорила не просто так. Что если Лили не может видеть сны, мертвая девушка решила сделать это через Фреда. Лили была уверена, что это предупреждение. Она не смогла сдержать свои эмоции, поэтому мадам Помфри выгнала Фреда, однако Лили успела сказать кузену, чтобы он попросил Хьюго зайти к ней.       — Как ты? — Хьюго зашел к ней в обед. — Фред сказал, что ты меня звала.       — Тихо, чтобы она не услышала, — прошептала Лили, бросая опасливый взгляд на кабинет мадам Помфри. — Мне нужна твоя помощь. Можешь мне срочно взять одну книгу из библиотеки?       — Тебе же запретили читать, — удивился Хьюго.       — Хью, это очень важно, — умоляла Лили. — Как-то незаметно протащи. Я тут спрячу.       — Ладно, что за книга-то? — спросил кузен.       — «Вещие сны. Предупреждения с того света», — прошептала Лили.       — Лили, зачем тебе все это надо? — тяжело вздохнул Хьюго. — Ты уже из-за всего этого в Больничном крыле на успокоительных. Мы все старше тебя. И сумеем постоять за себя. Особенно Джеймс. Он самый лучший и талантливый. У него есть опыт настоящих сражений.       — Либо ты принесешь мне эту чертову книгу, либо я сама пойду за ней и мне плевать на все эти лекарства, — Лили скрестила руки на груди.       — Ладно, сейчас принесу, — вздохнул Хьюго.       Кузен выполнил просьбу быстро. Поэтому, когда мадам Помфри объявила тихий час, Лили забралась с головой под одеяло и открыла нужную главу.       Лили принялась читать. Как она уже знала, мертвые снятся в двух случаях. Сильная эмоциональная привязка или предупреждения. В случае с Фредом могли быть оба этих аспекта. Однако Лили была уверена, если раньше ему Мел и могла сниться, потому что он по ней скучал и еще не забыл. Но сейчас сон изменился. Она говорила, открыто предупреждала об опасности.       Лили прочитала, что, действительно, бывает такое явление, что предупреждения кому-то передаются через проводника. Однако это явление очень редкое. И у проводника должна быть тесная связь между людьми, передающими друг другу информацию. И это было. С Мел они были столько лет вместе и очень близки. И с Лили Фред тоже был откровенен. Особенно в теме снов.       Оставшийся день Лили пыталась придумать, как ей расшифровать послание Мел, что она хотела передать через Фреда, чтобы тот не понял, не обратил внимание, но Лили догадалась. Кузен не успел рассказать свой сон детально, что осложняло задачу Лили.       — Лили, привет, — сказала Пенелопа, которая села на ее кровать в спортивной мантии.       Лили была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как она вошла. Лили злилась на Пенелопу. Она не понимала, как Пенелопа могла бросить Джима в такое время. Лили прекрасно помнила их разговор в библиотеке. Она знала, что Пенелопа тоже волнуется за Джеймса. И не понимала, как, зная про угрозы Нотта, она смогла бросить его одного. Лили не понимала, почему она снова слушала Альбуса. Брат был не прав. Находясь отдельно друг от друга, они лишь больше подвергают себя опасности.       — Почему ты так с ним? — с непониманием посмотрела на нее Лили.       — Лили, жизнь иногда намного сложнее, чем кажется, — тяжело вздохнула Пенелопа. — И не все идет так, как нам хочется.       — Ты его любишь? — Лили хотела знать, что в момент опасности Пенелопа будет рядом с ним.       — Да, — уверенно ответила когтевранка, улыбнувшись. — Он самое дорогое, что осталось у меня в жизни. Он моя жизнь. И именно поэтому я все это делаю. Но я пришла по другому поводу.       — Какому? — напряглась Лили, ожидая услышать плохие новости.       — Почему Дэвис тобой интересуется? — спросила Пенелопа.       У Лили ушло сердце в пятки. Неужели он как-то узнал о том, что они с Элизой испортили зелье. Тогда Джеймсу точно осталось недолго.       — Мисс Легран, посещения закончены, — мадам Помфри вышла из кабинета и строго посмотрела на Пенелопу. — Мисс Поттер должна отдыхать.       — Не слушай ничего, если Дэвис будет говорить, — шепнула ей напоследок Пенелопа.       — Удачи завтра на матче, — крикнула ей вслед Лили, чтобы целительница не подумала, что Пенелопа заставила ее волноваться.              Лили просилась все утро у мадам Помфри сходить на матч, уверяя ее, что она себя отлично чувствует и просто хочет посмотреть за игрой. Но целительница строго настрого запретила это делать, мотивируя тем, что Лили потом еще неделю придется провести в больнице. Она уже так хотела отсюда выбраться, что согласилась на все условия, лишь бы завтра ее отсюда выпустили.       Из открытого окна доносились крики болельщиков, однако комментатора не было слышно. Поэтому Лили ждала, что кто-то придет и скажет ей результат матча. Конечно, для Гриффиндора победа Пуффендуя была выгоднее, но Лили хотела, чтобы Пенелопа поймала снитч. Она надеялась, что на радостях победы она помирится с Джеймсом. Ведь она больше не будет пропадать на тренировках с Дэвисом. Лили знала, что брат ревнует ее к когтевранцу.       Наконец, на стадионе все затихли. Матч закончился. В больничное крыло занесли троих. Это были загонщики пуффендуя и Дэвис. Дэвис был травмирован больше всех. Мадам Помфри уложила его на койку, запрещая двигаться.       — Мистер Дэвис, у вас сотрясение мозга и сломано левое запястье, — вынесла вердикт целительница. — Я вас смогу отпустить только завтра вечером. А вам сейчас заживлю раны и можете быть свободны.       Лили была рада, что Дэвис проведет ночь в больничном крыле. Во-первых, она не будет волноваться за Джеймса. Нотт без Дэвиса никуда не пойдет. Во-вторых, он ей ничего не сделает. В отличие от прошлого раза Лили могла свободно двигаться и держать в руках палочку.       И, казалось, Дэвису было действительно плохо. Он будто не замечал, что Лили тут. Хотя она после предупреждения от Пенелопы ожидала каких-то выпадов в свою сторону. Дэвиса пришла навестить вся команда, кроме Пенелопы. Лили очень надеялась, что она сейчас с Джеймсом. По крайней мере, Когтевран выиграл матч.       Мадам Помфри приглушила свет, дав Дэвису порцию лекарства. Парень уснул. Лили тоже расслабившись, легла спать. Но посреди ночи ее разбудил звук силой открывшейся двери. В дверях стоял Нотт. Он быстро наложил оглушающее заклинание на кабинет мадам Помфри. И удивленно уставился на Лили. Очевидно, слизеринец не знал, что она здесь.       Он подошел к кровати Дэвиса, задвинул полог. Лили не слышала о чем они разговаривали. Тоже наложили защитные чары. Однако когда Нотт вышел из-за полога, он уничтожающе посмотрел на Лили. Ее передернуло. Лили стало страшно. Она никогда не испытывала такого страха. Нотт ничего не сказал и вышел из палаты.       Весь следующий день мадам Помфри наблюдала за их состоянием и выписала к вечеру, разрешив посетить ужин со всеми. Поэтому в семь часов вечера Лили и Дэвис вышли из Больничного крыла. Лили знала, что Роза хотела ее встретить, но выписка планировалась на понедельник. Лили уговорила целительницу отпустить ее уже сегодня. Поэтому она была не удивлена, что никто из родственников ее не встречает.       Находиться рядом с Дэвисом ей совсем не хотелось. Поэтому она ускорила шаг.       — Куда-то спешишь, Поттер? — в противоположном конце коридора появился Нотт.       Лили резко остановилась, повернувшись. Дэвис тоже шел к ней. Он направил палочку на нее. Лили почувствовала, как она не может ни говорить, ни двигаться, а глаза сами начали закрываться.       Лили очнулась в каком-то помещении, в котором было очень холодно. Очевидно, это было где-то в подземельях. Вдруг Лили заметила в окнах воду. Это были не подземелья. Они находились под Черным озером. Лили попыталась дернуться, но поняла, что она привязана к стене.       — Очнулась? — грубо спросил у нее Нотт.       — Отпустите меня, — Лили пыталась выбраться из веревок, но они не поддавались.       — Я же тебя предупреждал, что без фокусов, — Нотт приблизился к ней вплотную. — Я знаю, что ты готовила зелье не по рецепту. Решила перехитрить меня? Кто тебе помогал?       — Никто, — уверенно сказала Лили.       — Круцио, — крикнул Нотт.       Лили закричала от боли. Она никогда не думала, что Круциатус может принести такую невыносимую боль.       — Элиза, — Лили ругала себя, что сказала это, но она больше не могла этого терпеть.       — Браун, — зашипел Нотт, смотря на Дэвиса. — Я за ней. Проследи за этой девчонкой. Прикончим их обеих. Надоели мне.       Нотт ушел. Дэвис не тронулся с места. Похоже, ему было все равно на Лили.       — Отпусти меня, — жалобно попросила Лили, надеясь, что с Дэвисом ей удастся договориться.       — Отпущу, — кивнул он. — Дождемся только замену тебе.       Лили напряглась. Она не знала, о ком говорит Дэвис. Но ей не нравилось все это.       Через несколько минут в комнату вошла Пенелопа.       — Экспеллиармус, — она прямо от входа направила палочку на Дэвиса, но тот как будто ждал ее, и с легкостью отразил заклинание.       Между ними началась настоящая дуэль. В один момент Пенелопа почти попала оглушающим в Дэвиса, но он увернулся, ответив тем же и попал в нее.       Лили видела, как Дэвис привязывает Пенелопу рядом с ней. И наконец она тоже пришла в себя.       — Отпусти Лили, пожалуйста, — сказала Пенелопа, кивнув на нее. — Тебе же она не нужна. Тебе вообще все это не нужно. Тебе нужна только я.       — Всему свое время, — Дэвис подошел к Пенелопе, заправляя прядь ее длинных черных волос за ухо. — Сначала мы с тобой поговорим. Ты думала, что избежишь всего, если поймаешь снитч? Неужели поверила, что я не возьму свое в любом случае? Непослушная девочка.       Лили поражалась, как Пенелопа сохраняет спокойствие. Ее будто совсем не смущало, что она привязана к стене, обезоружена, и Дэвис в любой момент может с ней сделать все, что угодно. Лили не понимала, откуда она вообще тут взялась.       — Послушная, — возразила Пенелопа. — Одно условие твое я выполнила.       — О, оно не мое, — рассмеялся Дэвис и взял ее за руку. — Что это? Фу, как пошло. Сердечко, буковки.       Дэвис рассматривал браслет Пенелопы. Он смотрел на сердечко и сдвинул его с букв.       — Нееет, — закричала Пенелопа.       Дэвис, как и Лили, явно не ожидали такой бурной реакции.       — Что, сломал подарочек Поттера? — усмехнулся Дэвис, убрав с лица удивление. — Единственное, что у тебя от него осталось?       Дэвис снова отошел от них, сев в кресло. Очевидно, они сейчас ждали Элизу, которую приведет Нотт.       Но вдруг в комнату вошел Джеймс.