Молодой Господин

Тэхён позволял себе многое: он скользил ладонями вниз по телу Господина, постепенно распахивая на нём ханбок, его целовали, крепко держали, но не останавливали. Он был желанен, возможно даже любим. Эту мысль Чонгук хотел отогнать как можно дальше, она казалась ему невероятной. Юнги ещё ближе прижал к себе юношу и заёрзал, пытаясь разобраться с мешающей ему тканью одежды. Чонгук не сразу заметил, но уже спустя секунд пять Тэхён начал ритмично приподниматься, поддерживаемый за бёдра худыми бледными руками. Губы расцепились, а слуга бархатно застонал. Еле слышно, сдержанно, но очень красиво, он приподнимался теперь немного быстрее, его тело изгибалось волной, а император не сводил с него взгляда. Шумные вздохи терзали Чонгука, причиняли боль. — Господин, — шептал Тэхён. Юнги собрал длинные густые волосы парня и накрутил те на кулак, потянув чуть назад. Мин коснулся губами открытой длинной шеи, он медленно обхватывал кожу губами, скользил к подбородку и всё сильнее натягивал волосы, открывая юношу для себя. Бёдра Юнги подавались навстречу, он с силой толкался вверх, заставляя некогда тихий голос слуги срываться на несдержанный скулёж. Мин снова накрыл чужие губы ладонью и ускорился. — Тихо, не так громко… Нас услышат. Я не хочу, чтобы кто-либо, кроме меня, слышал твой голос. Ты только мой, Тэхён. Только мой. Я озолочу тебя, я подарю тебе всё, что только пожелаешь, если ты будешь предан лишь мне. — Юнги почти задыхался, его длинные волосы наползали на лицо, мешались, но он не смел остановиться. Сейчас важнее всего был прекрасный юноша в его руках. — И только я могу владеть тобой, никто больше. Всё твоё тело… лишь моё. Чонгук отвернулся и сжал рот ладонью. Что это? Послышались пара тяжёлых вздохов и три сильных шлепка о тело. Юнги разжал рот Тэхёна и оба тяжело задышали. Они целовались, всё ещё двигались навстречу бёдрами, но теперь медленно, лениво, тяжело. Они продолжат эту ночь, а Чонгук больше не в состоянии смотреть на это. Парень прокрался мимо охраны, он быстро вернулся к себе и закрылся в комнате. Зачем он смотрел? Почему Мин Юнги возится с этим безродным слугой, когда может выбрать его, Чон Чонгука? Статного, красивого, благородного. Парень улёгся на кровать вниз животом, он дышал в простыни, видимо, желая задохнуться и умереть. — Господин, — шепнул Чонгук, опустив одну из рук вниз, под ткань. — Господин… Чонгук ёрзал и размыкал губы, подаваясь навстречу постели. Он краснел и тихо постанывал, сильнее вжимаясь в простынь. Сильнее. Его ресницы дрожали, а волосы на лбу слипались и путались между собой. — Го-гос-по-д-дин… Ммм… Прошу… Сильнее, Господин. Ещё. Пожалуйста, ещё. — Господин, — сиплым голосом повторял Чонгук, — так приятно… Сильнее… *** Тэхён утром пришёл, чтобы обслужить приезжего гостя. Как приказано, как положено, он должен причесать его, накрасить, если того потребует Господин Чон Чонгук, и, конечно же, выполнить любую просьбу, как и положено слуге. Любой каприз. Расчёска погрузилась в волосы Чонгука и аккуратно провела по тем вниз, легко проходя между прядями. — Думаешь, то, чем ты занимаешься, достойно твоего господина? — пробормотал Чонгук. Тэхён непонимающе уставился на отражение Молодого Господина в зеркале, но продолжил свою работу. — Ты продаёшь ему своё тело за деньги? Тэхён замер. Он, наконец, осознал сказанное Чонгуком. Он всё знает. — Если так, то отдайся мне, я заплачу не меньше. Я дарую тебе состояние и небольшое владение вместе со слугами. Будешь жить как Господин. Такая плата за твоё тело тебя устроит? Чонгук перехватил руки Тэхёна и, воспользовавшись замешательством парня, повалил того на пол, пригвоздив его запястья крепкой хваткой рук. Длинные волосы Чонгука касались пола, он сам так близко приблизился к лицу слуги, что дышать лишний раз было страшно, он смотрел грозно, а Тэхёну просто оставалось терпеть и смотреть в ответ. — Я буду брать тебя так грубо, как только посчитаю нужным. Ты будешь умолять меня о пощаде и называть своим Господином. И ты даже не пискнешь против, иначе лишишься головы. Раздвигай свои ножки, иначе я сам это сделаю… И все узнают, как ты на самом деле «любишь» императора. У тебя нет на него права, слышишь? Тэхён резко обхватил бёдра Чонгука ногами и, навалившись всем весом, перевернул молодого Господина, примяв под себя. Чон ошеломлённо уставился на слугу и попытался вырваться, чтобы как следует проучить за дерзость, но пальцы слишком сильно сжимали его запястья, а вес, налегающий сверху, не позволял и с места сдвинуться. И эта огромная туша ещё претендовала на тело самого императора? — Ты что творишь? Пусти! — шипел Чонгук. — Вы хотели взять меня силой? И деньгами? А что, если я тоже могу взять Вас силой? Я не такой хрупкий, я всю жизнь таскал тяжести, пока Вы нежились в мягкой постели, я крупнее и сильнее Вас. И никогда не раздвину свои ноги. Только императору позволено касаться меня, целовать меня и любить меня. Так же, как только мне позволено всё то же самое делать с императором. Чонгук ушам своим не верил. Что это ещё такое? С каких пор слугам столько позволено? С каких пор они настолько не боятся умереть? — Я сейчас же прикажу казнить тебя, наглец. Тэхён приблизился к лицу парня и скользнул горячим дыханием от щеки прямо к уху. Чонгук вздрогнул и покрылся мурашками. — Если успеете крикнуть, — шепнул Тэхён. Чонгук ощутил, как в бок уткнулась что-то холодное, и ахнул. Неужели этот парень носит с собой холодное оружие? А может быть это клинок с ядом? — Не надо, — испуганно шепнул Чонгук, — я не стану кричать… Хочешь взять меня? Тебе это с рук не сойдёт, я благородных кровей, если ты изнасилуешь меня, тебе не жить. — Ты мне не нужен, — отстранился Тэхён, — просто оставь меня в покое. Слуга чуть надавил холодным предметом на бок, а Чонгук зажмурился. — Прошу, оставь меня, не нужно, хватит… Прекрати… Не надо… Тэхён выпустил парня из захвата и быстро убрал от его бока большой металлический ключ от амбара, спрятав тот под одежду. Молодой Господин ошибочно принял его за нож. Так ему и надо. Пусть боится. — Если Вам больше не нужна моя помощь, я пойду, — поднялся на ноги Тэхён, поклонившись гостю, — если понадоблюсь, зовите. Император назначил меня в помощь Вам лично, как самое доверенное лицо, так что я в Вашем распоряжении. Чонгук проводил настороженным взглядом парня до самой двери и лишь тогда смог выдохнуть. Это было очень близко.