Энжел. Терапия

      — Ты можешь сделать мне одолжение? — Спросил Аластор, поймав меня в коридоре.       — Моё предложение всё ещё в силе! — Игриво отозвался я.       — Я не о том. — Отмахнулся он и, придвинувшись очень близко, зашептал мне на ухо. Я так отвлёкся на это, что не сразу осознал, о чём идёт речь, и только через пару секунд выпучил глаза, а потом и рассмеялся.       — Я в деле, клубничка! С тебя тоже какое-нибудь одолжение, — Ал начал было хмуриться, но я быстро продолжил, — не волнуйся, не понравится — сможешь отказаться. Приступим вечером!       

***

             В баре Хаск как обычно курсировал повсюду, подливая напитки, я сидел на любимом месте у стойки, а Аластор напряжённо пялился с ближайшего дивана. Я уже несколько раз успел украдкой показать ему фак, прежде чем до него дошло, и он хотя бы сделал вид, что погружен в работу.       Когда бар совсем опустел, и Хаск начал прибирать посуду со столиков, я быстрым отработанным движением всыпал голубовато-белый порошок в его ополовиненный бокал. Вскоре бармен походя опустошил его.       Я расслабленно развернулся на стуле, опёршись спиной и локтями о стойку, и довольно улыбнулся Аластору. Не прошло и пяти минут, как Хаска повело, он присел на подвернувшийся диван и медленно завалился вбок.       Радиодемон, нервничая, вскочил на ноги. Я тоже поднялся, в три шага преодолел расстояние и присел на корточки рядом со своей жертвой, потыкал пальцем и приподнял одно веко, показывая закатившийся глаз.       — Смотри, теперь его пушками не разбудишь, проспит до самого утра и ничего не вспомнит.       — Что ты ему подсыпал?       — О, ничего такого, просто мой фирменный коктейль.       — А как же весь алкоголь?!       — Я же не клофелинщик какой-то! — С негодованием отозвался я. — С алкоголем сочетается прекрасно, действие чуть усилится, всё как в аптеке.       Вытянув из-за спины свою тщательно подобранную аптечку, я поставил её на столик, сдвинул в стороны целебный и наркотический кармашки, и показал Алу пакетик с белыми таблетками.       — Снотворное, отключает мозг и никак не влияет на тело.       Второй рукой я помахал пузырьком с голубыми капсулами.       — А это — лёгкое возбуждающее и тонизирующее для организма. — Я небрежно бросил лекарства на столик и вернулся к Хаску, укладывая его на живот. Безвольные крылья с шорохом игральных карт раскинулись вокруг.       — И? Что дальше? — Спросил Ал, и я поднял брови, молча указывая ему на стоящий напротив второй диван. Он посомневался, но присел.       Шаловливо улыбаясь, я взялся за обвисшее крыло и начал разминать мышцы, зарываясь пальцами глубоко в перья, перешёл ко второму, развернувшемуся по диванной спинке, погладил голову, почесал за ушком и восторженно пискнул:       — Он мурчит! Как мило! Хочешь попробовать? — Аластор отрицательно замотал головой. Я перекинул через Хаска ногу, поёрзал, устраиваясь поудобнее чуть пониже его ягодиц, и начал деловито надавливать на напряжённые точки на шее и плечах, чувствуя, как сведённые мышцы начинают понемногу расслабляться.       — Он ужасно зажат, неудивительно, что плохо спит.       — И это поможет?       — Я знаю своё дело! Когда закончу с ним, уж неделю-другую точно будет спать, как котёнок.       Пройдясь по спине, я спустился к пояснице, и тело подо мной прогнулось и замычало.       — Да, детка, — жалостливо засюсюкал я, — здесь всё особенно плохо, сейчас я это исправлю. — Пощупав копчик, я ухватился пальцами за основание хвоста, поводил им из стороны в сторону и аккуратно дёрнул. Громко хрустнуло сразу несколько раз, Радиодемон нервно сморщился.       — Вечно у хвостатых одна и та же проблема. — Покачал я головой, поднимаясь и ощупывая его зад и ноги, прошёлся по рукам, и долго осторожно собирал крылья, чтоб перевернуть пациента на спину.       — Видишь, он даже перестал хмуриться… и пускает слюнки. Фоточку на память? — Ал снова помотал головой.       Я достал из аптечки зеленоватый пузырёк и, раздвинув шёрстку, нанёс по капельке на виски. По комнате поплыл легкий аромат мяты.       Погладив его лицо и уши — Хаск пурчал без перерыва, как игрушечный паровозик — я помял грудь и живот и снова оседлал его.       Подняв невинный взгляд на Ала, я медленно запустил руку коту между ног. Аластор дёрнулся в безотчётной попытке сбежать, но сдержал себя, так и оставшись сидеть напротив с прямой спиной.       Погладив между ягодиц, я поднялся повыше, нащупал в густой шерсти два небольших меховых шарика, удобно лёгших в ладонь, и чуть сдавил. Хаск слабо застонал, я сжал чуть сильнее, другой рукой нащупывая забавный меховой чехольчик чуть выше. Член выскочил резко, как чёртик из табакерки и закачался, тонкий и длинный.       — Это обязательно? — Сглотнув, нервно спросил Ал, не зная, куда девать глаза.       — Конечно, детка! Если ты хотел просто ароматерапии, стоило обратиться к Чарли! — Я снова дотянулся до аптечки, вытащил со дна большой розовый флакон в виде толстенького члена, выдавил немного содержимого и начал растирать по рукам. Запахло клубникой.       — Итак, возвращаясь к нашим котятам. Что ты предпочитаешь? Ручками, ртом? Может, трахнуть его или хорошенько попрыгать сверху? — Каждый вариант сопровождался характерными жестами и телодвижениями. — Ещё я могу достать пару замечательных игрушек, а вот в плётках и связывании сейчас ну никакого смысла!       Лицо Аластора залилось краской под стать его костюму.       — Ты заказываешь музыку! — Подбодрил его я, отставляя флакон и залезая одной из рук между ягодиц Хаска, надавливая и растягивая, другой нащупывая в меху бубенцы. — И одним разом тут не обойдёшься, думаю. — Облизывая пальцы ещё одной руки, я продолжал держать зрительный контакт.       Аластор с титаническим усилием выдавил:       — Давай первое.       — Окей, детка. Никакого хардкора, ты меня расстраиваешь!       Пальцами я уже нащупал и массировал простату, другой рукой прошёлся по члену. Из головки выдавилась и смешалась с лубрикантом капля смазки. Хаск пурчал на всю комнату, подёргивая лапами, будто месил что-то, я посмеивался и мурлыкал в ответ. Через минуту всё было кончено, и я обтёр его член и живот салфеткой из аптечки. Аластор всё же сбежал чуть раньше, я даже не заметил, когда, и теперь, вернувшись с двумя полными бокалами, молча поставил один на стол передо мной и присосался ко второму.       — Ты такой заботливый, только бледноват что-то. — Поддел его я, вытирая руки и прикладываясь к бокалу. И даже не дешёвое бухло!       — Это всё? — Кивнул он на развалившегося на диване расслабленного Хаска. Кажется, тот даже слегка улыбался во сне.       — Не думаю, ещё пара минут. — Я, смакуя, опорожнил бокал и, не стесняясь, приложился к пыльце из аптечки, протянул порцию Алу, но он жестом отказался.       Стоило мне вернуться к пациенту, провести пальцами по его шее и почесать под скулой, как моторчик снова затарахтел.       — Вот видишь, обязательно хотя бы два раза! Ох уж эти котики…       Второй раз продлился немногим дольше, после чего Хаск растёкся окончательно и начал похрапывать. Я ещё раз проверил его мышцы и реакции.       — Теперь всё. — Я собрал аптечку, переставив её на пол, протёр столик, запульнул комок салфеток с внушительного расстояния в мусорку, и, аккуратно придерживая крылья, перевернул тело на бок, поясняя:       — Это если вдруг алкоголь попросится назад.       Закончив, я поднялся на ноги, и меня вдруг ощутимо повело. Радиодемон, как будто ожидая этого, подскочил и придержал меня за талию. Я пошире расставил ноги, пытаясь поймать ускользающее равновесие, и округлившимися глазами уставился на него:       — Ты? Мне? Подмешал? — Я попытался оттолкнуть его, но ноги подогнулись, и Ал, страхуя, опустил меня на диван рядом с Хаском. Дрыгнувшись ещё пару раз, я отрубился.

      ***

      Аластор определённо не был мастером-фармацевтом, так что я очнулся через пару часов. Было темно и очень уютно, в ухо мне тихонько сопели, в районе спины работал пурчащий моторчик, а распахнутое крыло накрывало меня целиком, отлично сохраняя тепло. Хаск облапал меня всеми конечностями и продолжал дрыхнуть без задних лап.       — Вот же рогатый ублюдок! — Беззлобно выругался я, просканировав, что в комнате больше никого нет, и попытался встать. Когтистые объятья сжались крепче, я мог лишь двигать ногами и руками.       — Вот бли-и-ин… — Жалобно протянул я после пары бесплодных попыток, потёрся было ягодицами о крепнущий утренний стояк Хаска и, видимо, снова отключился.

      ***

      Я проснулся от звука приближающихся шагов и успел принять наиболее недовольную в моем положении позу, кисло скривив лицо.       В поле зрения вошла Чарли и застыла с отпавшей челюстью.       — Добренькое утро хорошо выспавшимся. Хочешь это сфотографировать или поможешь мне выбраться? — Сварливо спросил я и показушно начал отрывать от себя чужую конечность. Хаск сзади со всхлипом втянул в себя воздух, просыпаясь, и в следующую секунду, задёргавшись, уронил меня с дивана. Стоя на карачках, я быстро припрятал свою аптечку, пока она не привлекла ненужного внимания.       — Это что ещё такое! — Потрясённо захрипел Хаск, пока Чарли продолжала пребывать в остолбенении.       — Это я у тебя хотел спросить! — Подхватил я срывающимся фальцетом, поднимаясь с пола и стирая его слюни с остатков своей причёски. — Упился в хлам, сгрёб меня в охапку и продрых всю ночь сном праведника!       Чарли наконец отмерла и начала неудержимо хохотать.       — Да я!.. Да ты!.. — Хватал ртом воздух Хаск. Я в ответ рявнул, заглушая звонкий девчачий смех:       — Надеюсь, ты хорошо отдохнул! Довольно тяжело выспаться, когда тебе всю ночь то храпят, то мурчат, то пускают слюни в ухо. Извращенец! — Припечатал я, и с видом оскорблённейшей невинности ретировался с поля боя, пока на заливистый хохот Чарли не подтянулись все остальные.