День сурка

       Дин судорожно мнётся перед зеркалом, то поправляя перекосившуюся бабочку, то приглаживая растрепавшуюся причёску, не решаясь выйти из комнаты. Он долго этого ждал. Они долго ждали. Они вытерпели и пережили столько, сколько обычному человеку даже и не снилось. Они заслужили это, заслужили быть счастливыми вопреки всему. Со всем остальным разберутся позже. А сейчас… Раздался короткий стук в дверь и ворчливый голос Бобби:        — Ты долго там возиться будешь, принцесса? — Дин улыбнулся, снова глядя в зеркало, кажется, столько он никогда за свою жизнь не улыбался, как сегодня, — Только тебя одного и ждут. Балбесы, — уже тише прозвучали последние слова уходящего в зал Сингера. Ему тоже пора. Нельзя заставлять гостей слишком долго ждать. Они и так уже давно превысили лимит всеобщего терпения. В который раз поправив бабочку, Винчестер вышел из комнаты, где тут же встретил его. Этот пронзительный взгляд небесно-синих глаз всегда успокаивал и волновал одновременно. Сейчас их обладатель выглядел испуганно, но в тоже время находился в праздничном возбуждении. И даже в этот день он не изменил своему синему галстуку, так изумительно подчёркивающему его глаза. Плащ же сменился элегантным костюмом. Не в силах оторвать взгляда от любимых глаз, Дин заметил:       — Жениху нельзя видеть невесту до встречи у алтаря. Похоже мы снова нарушаем традиции, — мужчина напротив улыбнулся:       — И кто же из нас невеста? И, помнится, мы всегда нарушали правила. Так зачем изменять этому? — произнес он, ловко уворачиваясь от в который раз пытавшегося его поцеловать Винчестера, — Всё после свадьбы, дорогой!       — Какой же ты всё-таки искуситель, ангел! Ты уверен, что ничего не попутал с местом работы? Может тебе надо спуститься немного ниже? — пошло ухмыльнулся охотник, беря будущего супруга под руку, — Пойдём, а то все и правда уже заждались, — они улыбнулись, одновременно делая первый шаг. Двери распахнулись. Заиграл свадебный марш.       Немногочисленные гости обернулись в их сторону. Тут были все, кого они любили и ценили: Бобби и Чарли со своей половинкой, Джек, Джоди и девочки, даже Ровена сидела в первых рядах. Неожиданно, но на свадьбу пожаловал и Михаил, стоящий напротив Сэма, исполняющего роль шафера Дина. Остальные же, кого унесла их непростая жизнь, оставались только в их памяти. Перед глазами тут же вставали мама с отцом, Бенни, их Бобби и Чарли, ставшая для них младшей сестрой, которую они никогда не хотели, но слишком сильно полюбили, да даже чёртов Кроули затесался в их ряды. Крепко держа друг друга, они рука об руку вошли в их новую общую жизнь, направляясь к священнику. Да, сейчас, при таких-то обстоятельствах, венчание в церкви выглядело глупо и наигранно, но Дин понимал, что так надо. Надо взглянуть страхам в глаза, плюнуть в лицо этому самодовольному ублюдку, доказать, в первую очередь самим себе, что уж своей-то жизнью они распоряжаются сами. Да, пожалуй, это — вызов. Вызов всему миру и им самим, в частности. Никто не сможет разрушить всё, что они создадут вместе. Подойдя к алтарю, они остановились и встали напротив друг друга. Дин облегчённо поймал на себе подбадривающий взгляд брата. Он уверен, они все поступают верно.       — Итак, перед лицом господа, отца нашего, произнесите клятвы, — раздался громкий голос священника. Дин улыбнулся, предоставляя будущему супругу первенство.       — Я, Кастиэль, беру тебя, Дин Винчестер, в законные мужья, чтобы с этого дня быть вместе, в хорошие времена и плохие, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас, — охотник кивнул и в точности повторил свою часть клятвы. Михаил, стоящий за спиной ангела одобрительно кивнул.       — Теперь можно, — одними губами прошептал Кас, сам делая шаг вперед, касаясь рукой щеки мужа.       — Ну наконец-то, — горячо подхватил Винчестер, готовясь впиться поцелуем в эти слегка припухшие от постоянных покусываний и так давно манящие губы…

И просыпается.

      Дин просыпается, с громким криком вскакивает с постели, круша все что ни попадется под руку. Будильник, брошенный с особой жестокостью, влетает в стену, разбиваясь на осколки. Та же участь настигает и телефон охотника.       — Ублюдок! Ублюдок… — сквозь слезы, безжалостно стекающие по его щекам, шепчет Дин хватаясь за голову руками. Ноги его подкашиваются, и он падает на пол, не обращая внимания на тянущую боль в коленях.       — За что, сукин ты сын?! — громкий крик непроизвольно разрезает гробовую тишину бункера. Этот сон преследует его каждую чёртову ночь.

Кас мёртв уже 6 лет.