Амортенция

Урок зельеварения. Практическая работа в парах. Выбор пар довольно странный, но да ладно. Это же профессор Слизнорт, кто-то удивлен? Он никогда не смотрел на то, общаются ли двое людей, ладят ли они или нет. Ему было все равно на такую, как он выражался, чепуху. Если он видел, что люди идеально смотрятся, он сажал их вместе на какой-нибудь практической или же семестровой работе. Многие возмущались, жаловались. А ему-то что? Он учитель. Он захотел так рассадить на свой урок, он сделал так. Кто его упрекнет? Верно – никто. Обратимся к одной парте. — Агх, с каких пор в зелье надо класть ветки гремучей ивы!? – возмущался Драко. — Да не ветки, а корень! Профессор Слизнорт уже давно подметил, что за третьей партой идет вечное капошение и недовольный шепот. Но он не обращал внимания, так и должно быть. Третью парту делили кровные враги – Гермиона Грейнджер и Драко Малфой. Они ненавидят друг друга, но в этом году, по чистой случайности, как сказала МакГонагалл, они стали делить общую гостиную. Да, вы правильно поняли, они стали старостами. Как они еще не убили друг друга, спросите вы? Что ж, это довольно грустная, но радостная, вперемешку с тем милая и необычайно трогательная история одного холодного мальчика и одной юной леди с разбитым сердцем. Но обо всем по порядку. Вернёмся к уроку. Который раз, девушка про себя ругается на парня. Который раз, он допускает ошибки в приготовлении зелья. Кажется, это не закончится никогда. Ну что ж, за этой партой явно творится хаос, который надо приунять. Профессор поднимает голову и пристально смотрит на парочку, которая пытается тихо, но очень агрессивно, разделить лист папоротника. Эти двое не сразу замечают взгляд со стороны. Так дело не пойдет. — Прошу прощения, что прерываю вас, мисс Грейнджер и мистер Малфой, но делить что-либо вы будете на нейтральной территории своей гостиной, которую вы разделяете. – монотонным голосом сказал профессор Слизнорт, чем вызвал мелкие смешки среди двух факультетов, и недовольные вздохи спорящих сторон. — Простите, профессор, но как мне объяснить мистеру Малфою, что он кладет не те компоненты в зелье? – с некой радостью во взгляде и усладой в голосе произнесла Гермиона. — Молодой человек, послушались бы вы лучше мисс Грейнджер, она знает, что говорит, – с оскорбительной дозой позитива для Драко, проговорил профессор, и удалился за свой письменный стол. Как же плясали чертики в глазах кучерявой шатенки! Он снова ниже её. Она снова выше его. Не надолго, но все же. Спустя секунд двадцать работа над практической продолжилась. Все дальнейшее время над этим несчастным зельем, молодые люди провели в молчании. Через десять минут – конец урока. Пора проверять работу учеников. Профессор встаёт из-за стола и начинает обход. Вначале, первые парты. Прекрасно, у всех получилось зелье. Затем вторые. Превосходно, и тут без изъяна. Третьи парты. Обращение к одному ряду. Все хорошо. Второй ряд: — Ну-с, порадуйте меня чем-нибудь. Что вы чувствуете мисс Гермиона? — Запах книжных страниц. Осенний воздух. Зеленый чай. — Что ж, прекрасно. Что скажете вы, Драко? — Овсяное печенье. Свежий кофе. Фисташка. — Мг. Замечательно! Далее все было лучше не куда. С этой практической справились все. Чудесно. Ну вот и звонок. Хвала Мерлину, это был последний урок! Все начали разбредаться по комнатам. Гермиона собралась и вышла из кабинета. У входа ее ждали Гарри и Рон. — Герми! Постой. – начал Рон. — Да, что-то случилось? — Нет, нет, ничего, просто есть вопрос. С каких пор ты любишь зелёный чай? – удивлённо уставился на кареглазую Поттер. — Эм, не знаю, просто понравился внезапно и все тут. – небрежно бросила девушка. Вряд ли она сама знала ответ на этот вопрос, но за полгода проживания с Малфоем, по-моему и не такое полюбишь... Ох! О чем это я!? Ах да, девушка просто направилась к себе в комнату, борясь с нахлынувшими воспоминаниями. Что же касается Драко, то к нему сразу, не отходя от места, подлетела Пэнси: — Что это значит, а? — Что именно, Пэнси? – хладнокровно ответил блондин. — Да брось, Драко, с каких пор ты любишь кофе? А фисташки? Ты раньше терпеть не мог утренний кофе и орехи. – вмешался Блейз. — Значит теперь мне это нравится. — А овсяное печенье? — А что овсяное печенье!? Что вы пристали ко мне!? Нравится и нравится, какая вам разница? – вспылил Драко. — Ладно, ладно, прости. Пойдем, Пэнси. Возможно, сейчас он пойдет только в одно место. Как и она. Они снова встретятся там. Что же это за место? Астрономическая башня. Так же, как и тогда, после игры.

...a few time ago...*¹

Закончилась игра. Все игроки команды, болельщики, собираются в гостиной грифиндора. Ах, как хорош был новый вратарь – Рон Уизли! Он был неподражаем! Гермиона безумно счастлива за него. Все радуются, но в один момент, очевидно переломный, для Гермионы, Лаванда целует его. И это чувство, как разбитое стекло, всеми осколочками забивает душу юной леди. В глазах туман, вот-вот польются слезы. Она помнит, как сказала Гарри, что устала от шума, и что пойдет к себе в башню старост. Но слезы предательски выступали. Гарри это заметил, он пошел за ней. — Гермиона, постой. – крикнул Поттер, уже когда они вышли из шумной гостиной, – Это из-за Рона, верно? — Угу, – скрывать было бессмысленно. — Охх, Герми, он тебе нравится? — Да, а что, это что-то меняет? — Конечно, нет. – больно это слышать, но правда всегда болезнена, – Я могу поговорить с ним! — Нет, Гарри, не стоит. Он сделал свой выбор, не надо. Я пойду. — Спокойной ночи, Гермиона! — Спокойной ночи, Гарри! Они разошлись. Он еще долго смотрел ей вслед, думая, как лучше поступить. Поговорить с другом? Послушать Гермиону? Он знал, что Рон догадывался о том, что он нравится ей, но не решался спросить лично, что-ли? Это уже не важно. Что ж, раз она попросила не говорить, он не будет. В конце концов, она всегда знала, что делала. Выйдя из поля зрения друга, девушка сорвалась на бег. Она бежала невесть куда, точнее сказать, куда несли ноги. А занесли они ее далеко. Туда, где обычно пустынно в ночные часы, туда, где она любила разглядывать звезды. Верно, Астрономическая башня. Она уселась рядом с перилами и стала плакать, а может даже, если лучше выразиться, то реветь? Гермиона никогда не позволяла чувствам бить ключом, а тем более, как сейчас, разводным и по голове. Тем временем, по лестнице поднимался юный лорд Малфой. Его, возможно, как и Гермиону, бросили, просто использовали. Но кто мог ожидать такого от родного отца? Никто. Вот и он тоже. Драко частенько бывал здесь. Это помогало ему приобрести равновесие, спокойствие в душе. Здесь все его мысли были собраны и разложены по нужным полкам. Пройдя чуть ближе к перилам, в полуночном свете, он заметил девушку. Хотя по натуре своей Драко был человеком холодным, но он не мог пройти мимо. Он не такой, как бы это сказать... Ему слишком много тепла и любви передала мама, он не может делиться этим теплом и заботой с каждым, все же он Малфой! Именно потому, ему нужен один человек, всего один, которому он мог бы отдаться целиком и с головой. Подойдя ближе к силуэту, парень замер. — Грейнджер? Девушка быстро подняла голову, и на блондина теперь смотрела пара очаровательных, но заплаканных карих глаз. За тот жалкий месяц, что они разделяют гостиную, они почти не общались. Так, решали проблемы, связанные с их обязанностями, не более того. У Драко дверь всегда была открыта, у Гермионы – закрыта. Но редкими холодными вечерами, девушка любила почитать у камина – это именно те мгновения, которые позволяли парню разглядеть её без лишних звуков, выяснений и прочего. Он просто лежал на кровати и смотрел на неё. Она безумно красива. Но у ему никогда не удавалось рассмотреть глаза, а сейчас, когда она на него смотрела, он понял – глаза, вот то, чего не хватало до его полного идеала, в лице Гермионы Грейнджер. — Зачем ты тут? — Пришел узнать, почему моей соседки нет в комнате. – не говорить же правду ей, верно? Но впрочем, ему очень хотелось знать её правду, что она тут забыла так поздно, да еще и в таком виде. Что касается Гермионы, она была в неком шоке. Не веря своим ушам, что это сейчас сказал Драко Малфой, она решила съязвить, ведь не может быть, чтоб он, и не ответил ей на язвость. — Какая тебе разница? С каких пор ты печешься обо мне? — Не знаю. Молчание повисло между двумя молодыми людьми. Ночь набирала обороты, становилось холодно. Драко снял с себя пиджак и накинул на плечи девушки, что вызвало у неё всплеск, пусть невидимых для парня, но довольно теплых эмоций. — А теперь рассказывай, что случилось? Почему ты тут, да еще и в таком виде. — Тебе правда интересно? – сказала Гермиона, поднимая свои, полные слез, глаза. Что она пыталась увидеть в его глазах? Поддержку? Возможно. Это то, чего ей так не хватало сейчас. Парень лишь присел рядом и приобнял девушку за плечи. Начался рассказ. Когда девушка закончила, повисло молчание, вновь. Никто не знал, что он может сказать. Драко первым оборвал эту тишину: — Хватит сидеть на холодном полу, Грейнджер. Заболеешь, мне тебя потом лечить. — Мх, смешно. Я не хочу уходить от сюда. Мне здесь нравится. — Нравится плакать здесь? – осознав, что не нужно было этого говорить, блондин молча подошёл и сел на скамейку, облокотившись о стену, – Иди сюда, садись на колени, ты совсем озябла. Девушка послушно уселась, она действительно, уже совсем продрогла. Драко обнял ее, а она уткнулась, шмыгающим, носом в грудь парня. Он сидел и чувствовал ... сердцем?.. Да, он чувствовал сердцем все всхлипы, мелкую дрожь, пробегающую по телу Грейнджер. — Что ты чувствуешь? – спросил Малфой, прерывая тем самым, тишину ночи. — Я? – растерялась девушка. — А тут разве есть еще кто-либо, сидящий у меня на коленях, у которого я могу это спросить? – с нежной улыбкой, Драко посмотрел в бездонные карие глаза. — Ах нет, я не знаю. — Ты чувствуешь это? — Что? — Аромат свеже заваренного зелёного чая, шоколадный кекс и ликер. — Профессор Слизнорт разлил котел с Амортенцией. – равнодушно произнесла Гермиона. — С чего ты взяла? — Я чувствую аромат книжных страниц, овсяного печенья и вишневый кофе. — А еще.. – начал Драко, – .. аромат осени. – сказав последние слова вместе, они засмеялись. — Тебе нравится кофе и овсяное печенье? – посмотрел на девушку блондин. — Лучшего завтрака или же просто перекуса, не придумать! — Что ж, тогда, есть предложение. — Какое? — Завтра утром ты нам делаешь кофе с овсяным печеньем, я знаю, у тебя есть плитка в комнате, а в обед, я тебе заварю свой любимый зелёный чай с шоколадным кексом. – после того, как парень сказал это, Гермиона озадаченно посмотрела на него, – Ты чего? — Нет, нет ничего. Хорошо, я согласна. Только чур, я ликер пробовать не буду! — Ахха, а я не буду читать твои пыльные книги. — Ахм, договорились. Так они просидели до тех пор, пока Драко не почувствовал мирное сопение. Блондин взял девушку на руки и понес вниз. Судя по часам, было уже за полночь. Кто бы мог загадать на будущее, что он будет нести эту девушку на руках? Кто мог знать, что она доверится ему? В ту ночь, на небе засияла новая звезда, знаменующая, новую любовь. Прошел месяц, а может, меньше, они не сильно вели слежку за временем, молодые люди жили в гармонии. Они устраивали каждый раз показательные ссоры, чтоб дать всем понять, что они враги. Зачем, спросите вы? Они и сами не знали. Но разве может промелькнуть искра, между разными людьми? А может, они все же безмерно похожи? Кто поверит в то, что они любят друг друга? Какая им разница на мнение этих людей? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Как-то раз, проходя по коридорам школы, Гермиона и Гарри увидели интересную картину: на подоконнике сидел Рон, а Лаванда, стоявшая рядом, нежно отвечала на его поцелуи. — Гхм! – достаточно громко прокашлялся Поттер. Браун моментально отпрянула от Рона, схватив свою сумку она убежала. Уизли медленно поплелся в сторону друзей. Гарри рассказал ему о той ночи, когда Лаванда первый раз его поцеловала. Он знал реакцию Гермионы, и боялся смотреть ей в глаза. Когда парень был на небольшом расстоянии от друзей, Гарри спросил: — Все еще ревнуешь? Гермиона улыблунась. — Нет, мое сердце уже занято другим. Девушка ушла, оставляя позади двух озадаченых друзей. Ни один не мог понять, что только что было?

...nowadays...*²

Астрономическая башня. — Ты тут, Грейнджер? — Конечно, а где же еще? — Не знаю... Драко подошёл и обнял девушку. Гермиона сцепила руки за его спиной. Она всегда пахла фисташкой. Он навсегда полюбил этот аромат. — Когда мы скажем всем о том, что мы пара? – этот вопрос поставил парня в тупик. — Не знаю... — А что ты знаешь? — Не кипишуй, разберемся. Малфой зарылся носом нежные кучеряшки шатенки, а она уткнулась в его грудь. Небо дышало осенним дождем. Они нашли друг друга. Наконец. Спустя столько лет.