Шоколад

Лондон. Пасмурная погода. Мелкие капельки моросящего дождя хаотично падают на город, заставляя жителей разбегаться по находящимся рядом кафе и чайным домикам. Молодой человек, лет двадцати, бредет по засыпаному листвой скверу. Она любила дождь. Он тоже очень любил дождь, а теперь особенно. Легкий, достаточно теплый ветерок, трепал парня по его платиновой макушке. Временами, блондин поднимал свои серые глаза и смотрел в небо, но всякий раз отводил взгляд, и вновь наблюдал за людьми, которые разбегались по теплым уголкам города. Дойдя до ворот сквера, блондин решил поступить так же. Он зашел в любимое кафе, и сел за столик у окна. Здесь он бывал очень часто, даже через чур, поэтому его знали уже все официанты. Так и этот, подошедший принять заказ: — Мистер Малфой, рады снова видеть у нас. Чего желаете? – Драко слегка улыбнулся. — Чай, фруктовый. И плитку мятного шоколада, пожалуйста. — Сию минуту, сэр. Странный выбор, не правда ли? Но для него этот набор хуже коньяка, которого, впрочем, за последние годы он нахлебался сполна. Она всегда пахла шоколадом, мятой и фруктовым чаем. Она любила такой набор за интересной книгой, по вечерам, во время дождя. Каждый раз, сидя в этой кафешке и смотря на пробегающих мимо людей, он понимал, как же он ненавидит Поттера, как же он ненавидит Уизли, как же он ненавидит себя. Раньше, еще в школе, когда он был на факультете Слизерина, а эта парочка на Гриффиндора, он их тоже ненавидел, вдобавок с этой мерзкой грязнокровкой, как он ее раньше считал. Но сейчас, он понимает, что тогда, это была всего лишь детская зависть, не более того. Гарри Поттер – золотой мальчик, всегда прав, всегда оправдан. Как же его это бесило! Рон Уизли – разгильдяй, ничего не могущий, ничего не умеющий слюнтяй, вечно таскающийся с Поттером и Грейнджер. Гермиона... мха, обычная заучка! Хотя нет, не обычная, она стала совсем не обычной для него с шестого курса. С начала года. Знаете, у слишком самоуверенных парней есть такая странная черта, если им нравится девушка, и они это понимают, они стараются всеми способами мира не пересекаться с ней никак. Вот и Драко делал так же. Началась война. Он присоединился к армии Темного Лорда. Против своей воли. Ему начали угрожать, что уничтожат все, что он так любит. Под ударом стояла мама. Хороший дар – хладнокровие, умение скрывать свои чувства. Никто не знал о том, как дорога ему эта маглорожденная. С годами, он начал осознавать, что нет разницы между чистокровными, полукровками или рожденными маглами. Для него все стали равны. Все, кроме нее. Она всегда для него будет выше всех, лучше всех. Навсегда. Тот день. День, когда Белатрисса сделала непростительный с его стороны поступок. Она мучила ее. А он.. Он не мог ничего сделать. Он проклял то слово, которым звал ее первые пять лет школы: "грязнокровка". До сих пор, по ночам он просыпается в холодном поту от крика. От ее пронзительного крика. Блондин не знает как, как ему избавиться от этого кошмара, который он видел наяву. Он ничего не мог сделать. Не мог ее защитить. Никак. Он ненавидит себя. Приводят Поттера и Уизли из темницы. У этого мальчишки со шрамом проявляется лицо. Драко этого не ожидал. Он тогда не узнал его, специально, не для того, чтоб помочь самому Поттеру, а чтоб помочь Гермионе. Ведь он знал: она преданная. Даже очень. Она бы опять увязалась за ним. Но младший Малфой не осозновал, что больше всех за этот его проступок достанется именно ей. Лицо Поттера изменилось. Он стал вновь собой. Как же злилась и истерила Белатрисса! — Ах, так все ж таки это ты, Гарри Поттер, да!? — Да! Это я! «Зачем?! Зачем, ты это сказал, придурок!» – вертелось в голове у Драко. — Вряд-ли ты сам наложил на себя это заклятье, – злобно рассуждала ведьма, – Рон Уизли? Хаха, смешно! Никчемный волшебнишко, он бы не смог! Ах да, кто же тут лучшая ученица Хогвардса? Кто знает все заклинания? Гермиона Грейнджер, верно!? Следующего шага от этой придурошной не ожидал никто. Она взмахнула своей палочкой, и направив ее на бедное, обессиленное создание, лежавшее на полу, и произнесла: «Авада Кедавра» Неееееет! Нет! Нет! Нет! Из глаз, всегда безчувственного парня покатились.. слезы? Да! Именно. Поттер и Уизли стояли, пытаясь осознать, что произошло. Но было слишком поздно что-либо понимать, они потеряли того, кто был их головой, их центром. Она всегда знала что делать, даже когда говорила, что не знает. А Драко? Что потерял он? В тот злосчастный день он потерял сердце, он потерял надежду на любовь. Его глаза потухли, и больше не горят тем огнем, которым горели в минуты, когда он заходил в Большой Зал и суетно искал шоколадную кудрявую макушку за столом Гриффиндора, и с облегчением выдыхал, когда находил. Глаза больше не зажгутся от того, что проходя по коридору весной или ранней осенью, он видел ее сидящей на траве, и читающей книгу. Боже, как она была хороша! Этого больше не будет. Никогда. И поэтому, он ненавидел Поттера, который мог поменять что-либо, который мог во время понять, что произойдет в следующий момент. Где была его хваленная гриффиндорская молниеностность, скорость осознания ситуации?! Где!? Он ненавидит Рона Уизли. Он знает, что он бы ничего не сделал и так. Он бы не понял, но все равно, эта злоба, она остаётся в нем. Война окончилась. Темный Лорд проиграл. Поттер и Уизли спокойно живут. Да, они вспоминают ее, но Малфой считает, что им никогда не понять его горя. Для них, она была лучшей подругой. Для него, чем-то гораздо большим. Он винит себя в ее смерти, даже не Гарри, и не Уизли, а только себя. Из тяжелых воспоминаний Драко вывел официант, принесший заказ. Она всегда пахла шоколадом. Ее глаза – бездонный шоколадный омут, в который он так редко мог заглянуть. Ее волосы – шоколадная кудрявая макушка, которую он, то и дело искал в коридорах школы. Она любила есть шоколад. А он ... любил ее. Теперь, он ненавидит шоколад, мяту и чай. Они напоминают о ней. Но пожалуй, именно в этот день, единственный в году, когда Драко останавливает свой выбор на этом – день ее смерти. Он всегда в этот день ходит на кладбище, и рассказывает ей о том, как ему без нее плохо. Но он живет. С того времени, только ради своей мамы, которая после войны, так предательски полюбила шоколад.