Потом поговорим

Комната освещенная светом уходящего солнца, производила невероятное ощущение свободы. Лучи отражались от блестящих предметов, даря комнате еще большую освещённость, солнечные зайчики сталкивались только с одним препятствием. Кожаному черному дивану, на котором сидели парни. Один упираясь коленом между ног большого парня, обнимал его рукой за шею и даря ему легкий поцелуй в затылок, заставляя его клыки блестят алым цветом уходящего солнца. Глаза блестели азартом у каждого из них, приводя себя в старую доисторическую форму. Омега и альфа в одной горящей комнате. Омегу спускается на ноги альфы и переводя свой взгляд со освещенного лица, на железную и такую яркую пряжку ремня на джинсах. Альфа довольно хмыкает проводя когтями по выгнутой спине пересчитывая каждый позвонок и гоня табун мурашек выше, заставляя омегу громко выдохнуть. — Раша. — тихо произносит он и тянется руками на шею альфы. — Да? — спрашивает альфа смотря на белоснежную шею на которой вырисовывался огромный шрам поперек горла. — Зачем ты тогда убил меня? — произносит Америка, подымая залиты глазницы кровь. Его руки трясутся, а на шее появляется будто свежая рана истекающая кровью. — Зачем. — лицо у альфы резко меняются, мертвец, его первая омега, на шеи показывается кольцо из тонких рук с большой татуировкой звёзд. — Зачем Россия! Громкий крик проносится по спящей квартире заставляя прийти в шок. Парень лёжа в своей кровати тяжело дышит и трогает свою шею, будто еще ощущая руки мертвеца на ней. Свет озаряет всю комнату заставляя зажмурить глаза от неприятного покалывания. В дверях стоит испуганная девушка замечая состояния парня, она проходит вглубь комнаты и садится на край кровати. Рука хлопает рядом и испуганный мальчишка смотря на этот жест сглатывает, но все же садится рядом. Ладонь проходится по татуировки со звездами, такой же как и у омеги когда-то. — Снова он? — тихо спрашивает она, видя, что брат тяжело машет головой в знак согласия, его дыхание не как ещё не успокоиться. — Я не знаю почему он вернулся. — говорит он подпирая больную голову, чтобы как минимум унять головную боль. — Это уже не первый раз, только на этот раз он появился в Америке. — тихо говорит парень кусая губу до крови, он с детства привык так делать, чтобы успокоиться. — Я конечно не специалист, но Русь может тебе съездить к нему. Дед всегда говорит, что если кто-то тебе снится из мертвых, они жаждут ответа. — говорит ему девушка бросая тело парня на кровать. — Тебе нужен отпуск, все что я тебе скажу. Я позвоню Свете, она все устроит да и тем более пора бы навестить старика. — Может ты и права, я просто устал. — Тогда я позвоню им, все равно час до подъема. — поднявшись с кровати девушка пощекотала Россия по ребрам и кинула ему его телефон с тумбы. — Он уже звонит с утра спозаранку, пусть скажет что тебе не будет минимум неделю. — Слишком много. — Слишком мало Россия.

***

Деревья сменялись один за других, ёлки сосны, берёзы. Весенняя дорога в лес прекрасна. Если идти пешком наслаждаясь воздухом и звуком шелеста листвы на высоких верхушек деревьев. Это намного лучше, чем мчаться на чёрной тонированной бентли с личным водителем и надоедливой песню играющие на прерывающемся радио. А слушать тишину, тоже самое что сидеть в пустой комнате без мыслей. Проще сказать, останется неприятный осадок. Телефон уже давно не помогает, туда звонят только два абонента мешая банально сосредоточиться на танчиках. Взять ноутбук, просто не дали сказав, чтобы никаких звонков эту неделю. Так что приходилось считать дорожные знаки или фонари, скорее то что чаще появляется на уже давно не нужной дороге вела только в одно место. Усадьба Российской Империи. Тихое и забытое место. Кому кроме его родственников и друзей, придёт мысль уехать из города за почти двести километров, чтобы насладиться побего от его питомца. Может экстремалу, который вернуться либо с простреленной задницей, а того и хуже откушенной вовсе. Любой кто заходил без предупреждения мог не вернуться целиком, так было всегда. А особенно во времена Империи, когда крестьянские дети пробирались в его сады воровать яблоки, нет он был не против, но мужик Герасим, часто выбрасывал со двора мальчишек метлой. За что и получал по шапке, на самом деле Ри, никогда не был назойливым монархистом с роскошными дворцами, балами и прекрасными нарядами, в которые с радостью влюблялись молодые девицы. Он всегда был добр по отношению ко всем, всегда любил тихий дом в лесу, без прислуги то и вовсе без охраны, что часто пользовались неприятели. Но защиту ему давала мудрость и продуманность, скрытность и красноречие, ну и ещё то что именно от него у всех остальных его потомков пошли острые клыки, яркие глаза и острые когти, пугая всех неприятелей. Но все же он был примером для подражания многих, но не собственного сына. СССР был совсем другим, холодным серым, готовым убить только за одно слово против него, с чистой паранойей, что все против него. Это ему и было начало такой страшной политики для всех, но не для его народа. Они были рады, хвалили его за это, и делали все чтобы страна и дальше развивалась такими бешеными темпами. Но подозрения и паранойя усилилась после предательства его лучшего друга, как не странно беда пришла откуда не ждали. А дальше и вовсе страшно говорить как он растил близнецов. РФ и ТРФ рождённые одной из Республик СССРа, да все было прекрасно рождение долгожданный наследников, счастье для всей семьи, народа, и убийство матери близнецов. В ней увидели потенциальную опасность, а точнее парня её любимого. Расстрел без причины и следствия, в собственном доме, ужасно особенно на глазах трехлетних детей. Тогда и начался детский ад для этих двоих, постоянные побои, тренировки, уроки политик которую хотел СССРа, никаких игр, друзей, только они сами, только они и не кто. Запрет на банальное детство, был выставлен еще в шесть лет, когда и определился главный наследник. Табу на все, они жили в клетке, они выросли совсем разные. Он эмоционально сильный, и также силен телом, смог исправить все ошибки допущенные отцом, поднялся с колен и показал все на что он способен, альфа единого народа. А она? Она стала его левой рукой во всем подражала ему, в политике, в увлечения, даже во вкусах, так чтобы её ставили ему в пример, но какая она. Настоящий убийца без совести и сожаления, сильная духом и умом, куда её только не отправляли возвращалась и мстила, так что поколения до сих пор помнило о ней. А вроде бы слабая бета, но с таким родителем как у них невозможно оставаться нормальным ребёнком. А кто останется после них, такие же чокнутые? Не знают даже они, они знают что их дети точно не будут плакать на их могиле, если они станут такими как он. РФ и ТРФ, не проронили не слезы на похоронах сумасшедшего отца, все что они сказали «Мы очень рады, что ты умер отец», и ушли оставив в недоумение всех людей готовившихся на коленях умолять, чтобы их вождь вернулся обратно. Они точно не будут как все — Господин РФ, мы прибыли. — сказал водитель останавливая машину у позолоченного высокого забора. Девушка сразу заметила, что сам РФ пока что точно не готов выходить, по крайне мере пока не выпустит когти из кожаного кресла автомобиля. — Россия, его здесь нет, он давно сдох под слоем земли. — сказала девушка помогая брату со своей маленькой проблемой. — Я в курсе, просто я вспомнил отца, — ответил он ей, разорвав когтями кресло он вышел из машины беря свою сумку с вещами. — Георгий, я думаю тебе придется снова менять обшивку. — Конечно господин, прекрасного вам отдыха. — сглотнув сказал водитель, и заметив что когти переливаются на свете рядом с дверью водителя, уехал на той же скорости, как и мчался сюда. — - Расслабься, это дедуля Ри, ни отец, ни Китай, а тем более не мертвец. Он ещё нас переживёт. Пошли? — спросила она беря брата под руку. — Надеюсь ты права. — подняв ее на плече они зашли во двор. — Я и не права, это ты у нас младший всегда не прав! — крикнула она, специально чтобы все услышали, в дверях показался монархист с разведенными руками для обнимашек. — Дедуля Ри! — снова закричала девушка заставляя Россию прибавить шаг. Спустившись перед самым входом, Трф налетел на деда заставляя его засмеялся своим заразительным смехом, альфа только оперся на близь стоячий косяк дожидаясь и своей очереди. Не пришлось так долго ждать, как и его обняли. — Как здоровье дедуль? — поинтересовался парень, стянув с себя сумку. — Ну если могу удержать твою сестру на руках, то не меньше чем у Бориса, сам как, народ как, а политика и личная жизнь. — громко в царской манере сказал мужчина заставляя иногда задуматься, не оглохли чутка старик стреляя из своей старой двустволки по яблоками. — Рад, очень рад дедуль. Давай только сначала в дом, неудобно на улице чутка. — На душе у тебя не спокойно, а не на улице тебе удобно. — проговорил старик. — Заходи молодежь, или как там сейчас люди моего возраста говорят. — Ну точно не как ты гордо дедуль. — сказала Трф, забегая в родную усадьбу, где и было время свободы. Пару чистейших и светлых коридоров и они оказались в столовой с картинами ещё далёких их предков, на нежно голубой скатерти стояли чашки, и разные любимые угощения Империи, да и те которые близнецы часто воровали у кухарки прямо с кухни. Кофе ароматный кофе, даже империя любил его, но в силу возраста начал пить чай с разными травами, которые служанка Светлана набирает на поляне возле реки. А вот для близнецов точно стояло кофе, с молоком и сгущенкой для сладкоежки девчонки, и крепкий без всего для грозного альфы России. — Рассказывайте, что да как, и где мои правнуки. — игриво сказал мужчина, забыв про свои царские манеры. — Вот Трфочка где мои внуки, а Россия где омега в доме? — Дед притормози. Слишком много сейчас хочешь, мы занятые молодые страны, — сразу взгляд упал на девушку. — Ну окей, полустраны и страны. — Ну вообще — то у неё и правда кое кто есть. — сказал Россия, подмигиваю радостно у деду. — У тебя тоже если что. — пропищала красная девушка, и чтобы успокоить себя взяла с подноса её любимое ванильное печенье. — Вот его не трогай, мы с ним не пара. А вот Фредрик, которого ты недавно вскружила, все уши мне прожужжал. — парень тоже потянулся за любимым печеньем, только с корицей и яблоком. — Вы мне ещё подеритесь, пока я не услышу крики младенцев я не отстану от вас господа. — проговорил император, гладя свою голову на соединение вместе руки. — И так, моя дорогая внучка вскружила голову Финляндии? А ты тогда кому Россия? — США, прикинь дед, США! — в крикнула Трф, заставляя их деда поперхнуться воздухом. — Ну у них такое творится, а точнее не какое. — У тебя тоже там не конфеты и букеты, ко мне вопросов нет, у меня нет времени на эти сопли. Нажрался всего этого. — злобно прорычал Руслан. — Слышь ты не монархист! — - Слышь не коммунистка! — эти двоя даже разлили кофе по скатерти. — А ну-ка сели и рассказали все по порядку! — крикнул Ри, и они уселись на свои задницы, надувная щеке. — У тебя будет отдельно разговор, а вы Трф поаккуратней с языком. — Тц, все равно уже все испорчено. — девушка взяла в зубы печенье и подойдя к двери поклонилась. — Чертовка, вся в отца. — Дед, а ты все же прав у меня и правда на сердце не спокойно. — сказал парень, пытаясь убрать салфеткой тёмную жидкость. — У меня снова кошмары с ним, только теперь я вижу его в другом теле. — Милый мой, я не могу сказать все только по твоему рассказу в трех словах. Мне нужно знать все от начала до конца. Ты меня понял. — Да дедушка Ри.

***

Серый дым уходил в белоснежную луну гуляющая по тёмному чистому небу. Какая эта пачка за ночь, вторая или третья. Не важно, главное чтобы его сейчас не подвёл телефон. Столько номеров, половина никогда не используются, некоторые пользуются такой популярностью, что стоят на беззвучном, а нужный номер позвонил именно сейчас и зовет я он «Пиндостан🇺🇲», сказать что сейчас самое время. Впринцепе может он и поможет, как не странно это говорить, но ему и правда это сейчас нужно. — Ты время видел? Зачем так названивать?

— Курить меньше надо honey.

— Это ещё мне отец говорил.

— Honey, я тебе не отец.

— Если ты хотел со мной встретиться, то тебе нужно было повернуть на лево.

— Сам РФ просит меня приехать, а может я ехал к Британской империи.

— А значит ты не отрицаешь, что я прав?

— Мне уехать?

— Господи, не тупи американец все равно здесь не с кем не бухнешь, даже если и вином, или что там в закромах у деда.

— Так все же ты меня ждёшь~

— Сейчас как передумаю. Вызов сброшен как и телефон на подоконник. Почему он сейчас чувствует себя принцессой, за которой скачет принц. Неизвестно, но ясно одно «принц» вовсе забыл, что дальники хорошо подсвечивают могучие деревья покрывавшие дорогу. Машина остановилась возле ворот, большая красная феррари исчезла в темноте, подсвечивалась только одежда парня, его любимые майки с неоновыми фразами. Сегодня же она была «Кишка тонка, ебать короля». Двери ведущие в сад открылись и он подошёл к окну России, повезло что он любит спать в обычной комнате на первом этаже. Протянув руку омеги он залез через окно. И сразу упал на альфу он поцеловал его в щеку. — Пожирнел как, всего неделю не виделись если не меньше. — омега ударил его локтем в ребро. — Ладно, шутка не удалась. Ну что теперь делать будем? — Делать? Выполнять мои пожелания, теперь ещё и штрафные. — сказал Америка, слезая с тела. Россия на это закатил глаза встал с пола, подойдя к двери он стуклук три раза, тут же в дверь ответили. — Что за система? — Попросил принести выпить и ключи, всегда так делал. — парень вернулся на ковер рядом с американцем. А тот смотрел на него странным взглядом. — Что? Я всегда сбегал гулять ночь, сейчас хотя бы Герасим нет. Так бы ещё и Бориса приходилось уговаривать. — Борис? — Россия закатил глаза и подойдя к окну свистнул, в ночной тьме показался тёмный силуэт подходящий к их окну. — Я надеюсь это человек, а не какой-то зверь. — Не угадал. — американец подошел к окну и увидел медведя, который поднялся на заднии лапы, чтобы поласкаться об руку русского. — Не боись, голову не откусить домашний он. Добрый старый Борис Михайлович Лесов. — У него даже фамилия и отчество? — подойдя к альфе спросил он, протянув руку к шерсти он не ожидал, что такое грозно животное издает звук похожий на урчание. — Мягкий. — А то, дед не плохо за ним ухаживает. Правда Боря? — медведь тихо рыкнул и опустившись на лапы пошел к другому окну, куда начал скрестись. Ему открыли и он перелез в комнату. — Не затискай его. — Пошёл нафиг Руслан! — послышалось за стенкой, на это двое парней тихо хмыкнули. — А это кто был? — тихо и поникшем голосов сказал Америка, сажая свою задницу на кровать. — Да забей, один дорогой человек, точнее один из них. А что? — подойдя к нему спросил Россия, омега помахал головой в знак отрицания. — И так, товарищи отдыхающие, что мы будем делать? — Ты вроде обещал мне выпить. — Что-то мне не нравится твоё настроение. — сказал альфа, усевшись за парнем он лёг на его плечо. — Колитесь USA. — Тц, ничего не произошло. Это вам колоться надо РФ. — повернувшись к нему омега завалил Россию на кровать, а сам сел сверху. — Странный вы США, очень, очень странный~ руки русского поползли по спине американца и остались на заднице верхнего парня. — Тем более я, кое-что вам не отдал ~ Россия хитро усмехнулся и ввел американца в краску. Отведя взгляд омега тихо вздохнул. Одно резкое движения и он упал на золотые покрывала, хитрый взгляд смотрел сверху над жертвой. Как только альфа приближался к лицу США, отвел в голову в сторону, не поняв такого поведения Россия поцеловал его в шею, так чтобы омегу прошибло током. Дыхание ушло разом, а Поцелуи спускались все ниже, рука альфы приподнял ногу так, чтобы было удобней мять ягодицы американца в узких джинсах. Омега зашипела, как не странно, но когти царапают кожу даже через плотную ткань джинс. Мимолетный поцелуй в щеку в качестве извинений и футболка отпадает напрочь, а по комнате слышится визг парня. Снова ухмылка, снова поцелуи спускались ниже расцеловывать кожу вокруг сосков пока пальцы потихоньку массировали их, выбивая воздух из лёгких. Тихие стоны разносились по комнате, слышно было сбитое дыхание обоих. Глаза, руки бегали по телам пытаясь найти, за что зацепиться и не потерять рассудок раньше времени. Эти вздохи эти крики, и недовольно бурчание штатов ставили неопределённость. Наконец американец начал отвечать на действия России, взяв его лицо в свои руки он поцеловал его в приоткрытые губы, сразу беря все и полностью. От такого альфа даже подается вперед, уменьшая расстояние между их телами. Сердце, стук сердца слышен везде. Но так отчётливо чувствуется между ними. Они стучат одинаково. Будто они едины. Такие страсти эти стены не видели давно. Эти стоны в ладонь точно не такие как были раньше, они особые. Как же громко стонал американец, когда Россия массировали его достоинство. Разврат. Любовь. Грех. . Каждый раз проходят языком по пульсирующей вене штаты просил больше, просил пощады. Но твою мать ему хорошо лучше чем когда либо было. В этой усадьбе, в этой кровати, именно с этим человеком. Холодным и сковоным Россией. Именно с тем кто раздражал его только одним видом, одним острым языков, заставляя как вулкан вспыхнуть от ярости. А эта улыбка показывающий пофигизм и довольна заинтересованность, а будет ли представление дальше. Даже сейчас эта чёртова ухмылка смотрит сверху и довольно улыбается, язык который совсем недавно убаюкивал все твое тело, слизывает остатки твоей ненависти случайно попавшего мимо губ в ухмылка. А этот острый, но бархатный голос пытается вразумить тебе, что-то, но разве ты слышишь. — Раша? — Да? — спрашивает он где-то в районе шеи. — Мы вроде хотели поговорить. — Потом поговорим, сейчас я слишком возбудился ~ Шепчет он на ухо и глубоко лижет ушную раковину, подымая табун мурашек. И один громкий стон проходится по комнате снося любое терпение этому альфе, его альфе. . Он давно уже раздет, также как и он. Но ему так не терпится узнать это чувство вновь, но все время пик удовольствия уходит куда-то далеко, будто на зло. И вот он. Предупреждающий поцелуй, нежный, долгий и томительный, переходящий на восхитительный фейерверк в честь огромного и важного праздника, сотни разных огоньков проходятся по телу принося приятный осадок, который начинает разгораться еще больше. Это тело оно просто прекрасно. Сколько раз говорил себе американец сжимая край подушки зубами, не произнося не звука. Сколько раз его доводили до пика, и резко прервали все на самом красочно месте. Столько же сколько потребуется для него, для этого чертового прекрасного искусителя. Который через свою же боль пытается не причинить не грамма боли, сжимая одеяло под собой. Каждый миллиметр тела исследован этими руками, губами. Принося столько удовольствия.

От края, до края.

Глаза давно уже видят фиолетово-желтые звездочки, все плывет остаются только острые ощущения приводящие к пику. Ничего не спасёт эти стены от атомного взрыва наслаждения и выкрикивания имени. Ничего уже не спасёт. Тела давно прикрытия одеялом, а обладатели их смотрят друг другу в глаза сжимая руки в замке. Они устали, они пережили самый лучший праздник, любое торжество приносящие столько эмоций. С этим точно ничего не сравниться. — И так, ты хотел что-то спросить у меня. — прикрывает тишину немного хриплый голос. — А да конечно. — через глубокий выдох говорит омега, и тихим движение вытаскивает руку из этого замка. Но кто же его отпустит. — Ладно, я просто, хм, мне было интересно почему ты избегал меня эти три недели после того вечера. Просто знаешь. — Чёрт. — прерывает его речь Россия, прикрывая голову в сгибе локтя. — Это обязательно сейчас? Такой хороший момент, и хочешь все испортить. — Испортить? Если ты не хочешь говорить то и не надо. — парень отвернулся от него и поправив волосы пробежался глазами по комнате, и хотел уже встать, но его остановили большие руки на талии. — Ладно. — ответил ему Россия, усевшись напротив друг друга. Протянув руку с татуировкой американцу, альфа глубоко вздохнул. — Видел у какого-то такую татуировку? — У Китая была такая, он тогда радостный чуть меньше месяца ходил. — быстро проговорил Америка, оглядев первую звёздочку. — А ещё он говорил, что у его альфы такая же. — резкое осознание пришло в голову омеги. — Так это ты был его первой любовью. — Неожиданно да? Теперь тебе интересно как вся эта история произошла. — много покачиваний головой в знак согласия, и ещё одно поглаживание по звёздочка. Интерес. — Мы познакомились ещё при СССР. Тогда его мать часто бывала у нас в гостях, и пока отец решал с ней вопросы, параллельно ебав ее. Мы общались, он был один из трех с кем я мог общаться. И так было года три, пока нам не исполнилось по 17. Тогда и умер СССР, за ним ушла его мать. Мы стали свободны и независимы от друг друга, я просто не хотел оставаться один, с этими проблемами, а он просто не мог забыть эту влюблённость. И он признался, я не смог ему отказать зная как глубоко он примет это. Так что мы стали парой, татуировку сделали, жили вместе, да и что там скрывать я ебал его. Но спустя три года появился этот чёртов хохол. Мы просто напились раза три, а на четвертый мы пересекли. Я хотел это скрыть, чтобы не расстраивать Китай, но он сука рассказывал всем кому только мог. И конечно об этом узнал и он, я пытался объяснить ему, но кто будет тебя слушать, тем более когда ты узнаешь, что твой друг беременн от тебя. Всё ложь, вся эта чертова ложь. И, я думаю ты сам знаешь, что с ним стало. — голос становился все тише, и не как не напоминал обладателя. — Я видел его в кошмарах, видел его во всех тех шлюхах, а теперь ещё и в тебе. Сука я такой жалкий. — крикнул альфа и упал спиной на кровать. — Смотри. — американец показал на небольшой и еле видный шрам. — Когда мне было пять отец учил меня кататься на велосипеде. И сколько я не пытался встать на него, я не смог. А потом когда все забыли про это вся, я ночью стащил велик и попытался проехать, и у меня почти получилось, но не удержав эту громадину я упал в овраг, где расцарапал все что мог, а вот он остался от лопуха, или как он называется. Под утро я вернулся весь в царапинами и листьями на голове, тогда отец хотел меня прибить, но увидев уже потом шрам, отстал от меня с велосипедом и вообще от всего, сказав что я ничего не добьюсь, если я не смог даже его осилить. Ну и как видишь я перед тобой, правда на велосипеде я так и не научился ездить. Поэтому когда меня позвали на свидание на велосипеде я садясь послал того альфу и утопил его в мусорном контейнере. — А вы опасный США. — сказал Россия, сдерживаю смех. — Жалко того парня. — Это был Япония. — Тогда ещё смешнее. — и смех прошёлся по всей комнате и прервался только по стуку в дверь. — Россия, у тебя все хорошо? — послышался старческий голос. — Да дед все прекрасно, просто кошмары, — ответил ему Россия. — Может тебе Мишутку как раньше принести, он всегда тебе помогал при них. — американец кусал одеяло, чтобы громко не ответить на это заявление. — Нет спасибо дед. Спокойной ночи, а точнее уже утра. — за дверью послышалось шаги, которые становились все тише. — Одно слово, я тебе яйца по самые гланды засуну. — по комнате разнесся громкий и заразительный смех.