All Inclusive

      Одна бессонная ночь стоила того, чтобы всё хорошенько обдумать. Пропуск завтрака стоил того, чтобы приехать в школу на два часа раньше и сделать то, ради чего были принесены все эти жертвы.       Месть свершилась.

«Про­пала со­весть, (из­на­чаль­но не шла в ком­плек­те), мо­жет, у ко­го-то есть лиш­няя? Зво­ните по те­лефо­ну…»

«Куп­лю чувс­тво юмо­ра! Быв­шее в упот­ребле­нии луч­ше, что­бы инс­трук­цию не чи­тать. До­рого! Под­робнос­ти по те­лефо­ну…»

«Хо­чешь быс­тро и ка­чес­твен­но ис­портить свою пси­хику? Зво­ни, мы всег­да ра­ды по­мочь!!!»

«Те­бе скуч­но и оди­ноко? Зво­ни, раз­вле­чем­ся!»

«Про­дам ку­сочек са­мо­оцен­ки, на­ивыс­ше­го ка­чес­тва, в прек­расном сос­то­янии. Ос­та­вил бы се­бе, но са­мому от се­бя ста­новит­ся тош­но. Зво­ни!»

«Ты мо­лод, кра­сив, умен и уме­ешь смеш­но шу­тить? Мо­жешь, по­жалуй­ста, рас­ска­зать па­ру сек­ре­тов?»

«А ты уже стал иди­отом? Зво­ни, мы все­му на­учим, все объ­яс­ним и по­кажем на прак­ти­ке!»

«Хва­тит пря­тать­ся в те­ни ду­раков, я по­кажу, как стать са­мым луч­шим в сво­ем де­ле, ведь я луч­ший.»

«Ни­ког­да не сда­вай­ся, ты мо­жешь дос­тичь ещё боль­ше­го, опус­тить­ся ещё ни­же! Выс­шая шко­ла дег­ра­дации про­водит на­бор сту­ден­тов. Ус­пей за­писать­ся, ко­личес­тво мест ог­ра­ниче­но!»

       Девушка бро­дила по ко­ридо­рам, закусывая нижнюю губу, чтобы не расплыться в довольной улыбке, лю­бу­ясь стол­потво­рени­ем лю­дей воз­ле этих объявлений. Их фот­ка­ли, от­ры­вали но­мер­ки, фо­тог­ра­фиро­вались с ни­ми и, са­мое главное — ученики зво­нили по объ­яв­ле­ни­ям, ког­да ря­дом с ни­ми зак­ры­вали рты рукой, что­бы не сме­ять­ся слиш­ком гром­ко.       В один прекрасный момент она встретила Арси, что тоже не могла сдержать улыбки, и Уилджека, у которого смех, кажется, перерос в некоторого рода истерику. Подойдя к ним, сероглазая с улыбкой кивнула фем, что кивнула в ответ, и повернулась к другу.        — Ты видела, что вообще происходит? — его улыбка, кажется, сейчас достигнет ушей. — Я давно так не смеялся! — и, тут же не выдержав, начал ещё громче смеяться, что невольно заставило Белую шире улыбнуться.       Светловолосый снова и снова ста­рал­ся доз­во­нить­ся по объ­яв­ле­нию. По его словам, этот бот, который всё это расклеил, стал в его гла­зах нас­то­ящим ге­ро­ем сов­ре­мен­ности.       — Да, — слы­шит­ся из телефона ус­тавший го­лос.       — Доб­рый день, это по объ­яв­ле­нию, вы не мог­ли бы…? — еле сдер­жи­вая смех, Джеки ста­ра­лся го­ворить серь­ёз­ным го­лосом.       — ИДИ В БАМПЕР! — Нокаут сбро­сил, и, ра­зуме­ет­ся, русоволосая рас­хо­хота­лась, гля­дя на не­пони­ма­ющее вы­раже­ние лица Уилджека. «Он рас­счи­тывал на что-то дру­гое? Выглядит, как ребёнок…»       Ми­нута, он сно­ва ста­ра­ет­ся доз­во­нить­ся, по­ка сероглазая чувс­твует сла­дость по­беды над «её новой няней», ко­торый, су­дя по го­лосу, знат­но за­дол­бался уже от­ве­чать на звон­ки и по­сылать всех ку­да по­даль­ше.       Ми­нута, и Сашу хва­та­ют за ру­ку, боль­но стис­ки­вая, и тя­нут в сто­рону лес­тни­цы. Она пытается выр­вать ру­ку, а её всё та­щат даль­ше, по­ка за её пред­плечье не хва­та­ет­ся ещё од­на ру­ка, ос­та­нав­ли­вая.       — Эй, ты что тво­ришь, от­пусти! — воз­му­тился Уилджек, зло гля­дя на Нокаута, плот­но сжи­ма­юще­го че­люс­ти.       — Те­бя за­был спро­сить, Уилджек, — прошипел он его имя. — Ру­ку убе­ри и ва­ли от­сю­да.       Тому всё рав­но: он так же зло смот­рит на красного, ста­ра­ясь дер­нуть русую в свою сто­рону.       — Слы­шишь, не пе­рехо­ди гра­ниц, от­пусти! Она тебе ничего не сделала!       Нокаут на та­кое лишь тя­жело взды­ха­ет, и го­ворит, поч­ти не раз­мы­кая зу­бов:       — Слы­шишь, бу­дешь свое «слы­шишь» друзь­ям сво­им при­дур­кам го­ворить, а в наши дела с этой мелкой не лезь!       Саша всё ещё не мо­жет ос­во­бодить­ся от его бо­лез­ненной хват­ки, он всё ещё раз­дра­жен­но смот­рит и на парня, и на девушку, чем знат­но начинает обоих подбешивать.       — Не кричи на него! — заступилась сероглазая за Джеки.       — Ты са­ма мне это пра­во да­ла, зо­лот­це, ког­да решила оборвать слежку, — после чего до­бавил, дер­гая девчушку в свою сто­рону. — За мной иди, ес­ли не хо­чешь уме­реть.       — Ни­куда она не пой­дет, по­нял? — сно­ва влез Джеки, ви­димо как и Аля счи­тая, что Нокаут сле­тел с ка­тушек окон­ча­тель­но.       — Ска­жи сво­ему друж­ку, что­бы от­ва­лил, — об­ра­ща­ет­ся он к девушке, тя­жело взды­хая.       «Как он сде­лал это так ску­ча­юще и без­различ­но, ес­ли вид­но, что он ки­пит из­нутри?»       — Окей, — сог­ла­ша­ется русая, серь­ёз­но гля­дя на не­го — спешит вы­пол­нить прось­бу. — От­ва­ли, Нокаут.       Парень закипел, в буквальном смысле. Из него, кажется должен был пойти пар.       Однако Саше не было страшно. Совсем. Даже если бы к её горлу сейчас приставили нож и угрожали ей, то нет. Нокаут ничего не может с ней сделать, пока она не даст ответа, пока они находятся не одни. Будет тянуть до последнего. Сколько там, три недели? Ну вот и будет отрываться все три недели. А дальше — как Бог даст.       — В этот раз ты пе­реш­ла гра­ницы, — ши­пит он, сно­ва дер­гая девушку на се­бя, и тя­нет за со­бой, иг­но­рируя воз­му­щения парня, рва­нув­ше­го за ними.       — Все нор­маль­но, я раз­бе­русь! — кри­чит Белая однокласснику, зас­тавляя его с некоторым сом­не­ни­ем пос­мотреть на них, но ос­та­новить­ся.       Нокаут при­волок девушку на за­пас­ную лес­тни­цу, зак­ры­вая за ними дверь на этаж, после чего тут же отпустил руку, прижимная к стене.       — Ты не думаешь, случаем, что слишком осмелела с последней нашей встречи? — прошипел он, сужая красные глаза.       — Пока не дам ответ, ты не сможешь ничего сделать, — в тон ему ответила девушка.       Парень наигранно посмеялся.       — Я могу тебя подтолкнуть к ответу, — прошептал красноволосый, перемещая одну руку на тонкую шею девушки.       Саша усмехнулась. «Он правда не видит дальше своего носа? Как жаль.»       — Это не в интересах Мегатрона, — спокойно ответила русая, сжимая его запястье. — Если ты это сделаешь, я могу быстро отказаться. Это меня может напугать. Но, если ты этого не сделаешь, — она сжала запястье, после чего прошептала. — я продолжу хорошенько думать над предложением Мегатрона, — после чего ослабила хватку и расслабилась. Нокаут смотрел очень зло, однако видно было, что он борется сам с собой. — Так что даже если бы убить или изнасиловать меня было в твоих интернах — увы — у десептиконов превыше всего интересы Мегатрона. Правильно я понимаю? Кроме того, не сомневаюсь, что вы ещё можете его побаиваться.       Парень ничего не ответил, лишь отпустил шею, отступив на два нага, и видимо по хмурым бровям, начал мыслительный процесс.       — И на будущее: красть мою одеж­ду бы­ло край­не банально, — шепнула она, смотря в сторону.       Тут же Нокаут ока­зал­ся так близ­ко, с улыб­кой на гу­бах уг­ро­жа­юще вы­дыхая неп­ри­ят­ный ше­пот в ли­цо, что та вновь оказалась прижатой к стене.       — Ты не по­нима­ешь, во что ввя­зыва­ешь­ся, малявка.       Девушку пе­редер­ги­ва­ет от все­го это­го: от его опасной (в прямом смысле) бли­зос­ти, от злого шёпота, от слов.       — Ещё раз так на­зовешь ме­ня, и поп­ро­ща­ешь­ся с па­рой кос­тей, — серь­ёз­но гля­дя на не­го, обе­щается она, зас­тавляя того прыс­нуть. — И Мегатрон может в любой момент узнать, что ты до меня домогаешься.       Столь­ко нас­мешки в его гла­зах, что Сашу это начало раздражать. Похоже, он наконец открыл глаза и «огляделся вокруг», готов привести свой аргумент на её слова.       — Прав­да? А если я буду делать всё это так, что Мегатрон не будет знать? — кажется, его усмешка стала шире, хотя куда уже шире, разве что до ушей. — Что если Мегатрон до последнего не будет в курсе моих манипуляций, а я, всё же, заставлю тебя ответить «Да»? — его лицо настолько близко, что она уже прижала затылок к стене.       — Хм, думаю, предупреждать второй раз тебя не стоит? Или настолько глухой? — прищурилась она, боясь, что он настоит на своём.       — Интересно, — протянул задумчиво парень, чуть ли не облизываясь от удовольствия. — Так ты у нас крош­ка с ха­рак­те­ром? — но тут же девушка не сдер­жа­лась, рез­ко под­ни­мая но­гу вверх.       Самый чувствительный мужской орган оказался и у кибертронских парней, однако он был… жёстче? Наверное, зависит от внутреннего строения. Ну, в общем, не суть.       Нокаут сог­нулся по­полам, крас­нея от злос­ти и бо­ли, а Саша нак­ло­нилась к его уху.       — Я пре­дуп­режда­ла те­бя… крош­ка, — до­воль­но прошептала она, после чего по­кину­ла лес­тнич­ную пло­щад­ку, слы­ша за спи­ной хрип­лые ма­ты, ад­ре­сован­ные в её розарий.       Нес­мотря на то, что она правда осталась на её стороне, раз­го­вор с Нокаутом знат­но под­портил нас­тро­ение, потому та быстро ушла к кабинету астрономии, чтобы не пересекаться с этим гадом снова.       Но тут же в животе недовольно заурчало. Девушка вновь вспомнила, что сегодня без завтрака, потому сил было критически мало, а руки тряслись. Взглянув на часы, она с некоторой радостью для себя обнаружила, что урок начнётся только через десять минут, потому, в принципе, есть время спуститься в столовку.       Спокойно придя туда, она перехватила какую-то непонятную булочку в буфете, очень похожую на булочку в сахарной пудре. Осмотревшись, Аля заметила, что за одним из столиков сидит Джек. Но не один. С ним была ещё японка и какой-то маленький русоволосый парень. Делать нечего, мест больше не было.       — Привет, — пробурчала она, подойдя к Дарби. — Можно я присяду с вами? — и указала на пустое место.       — Конечно, — ответил Джек. — Знакомься: они тоже по-обмену. Мико Накадаи из Токио…       — Вау, из Японии? Правда? — в некотором детском восторге произнесла сероглазая, улавливая на себе такой же взгляд девушки. — Эх, страна моей мечты, моих грёз и прекрасных воспоминаний!       Девчушка усмехнулась.       — Жду тебя в Японии, подруга, — заулыбалась та.       — А это, — продолжил Джек, указывая на мальчика в очках. — Рафаэль Эсквайвель. Тоже из США, со мной из одного города.       — Можешь называть меня просто Раф, — немного стеснительно произнёс парень.       Девушка кивнула, улыбнувшись в ответ, после чего осторожно откусила кусок булки. Лишних мыслей, кроме как «Боже мой, как же это вкусно…», в голове у русой не было.       — А эта девушка, — тут же брюнет указал на неё. — Саша, Саша Белая из России. Санкт-Петербурга, если быть точным.       — Ого! — вырвалось у Мико. — Собралась здесь компашка, как в анекдоте… — и не сдержала смеха.       — Мне тоже с вами приятно познакомиться, — кивнула светловолосая, откусывая следующий кусок. «Боже, спасибо, что оставил меня сегодня без завтрака… Это очень вкусно!»

***

      Когда до урока оставалось две минуты, ребята вышли из столовой, после чего распрощались. Точнее только Мико и Раф распрощались с Джеком и Алей, а те пошли в сторону кабинета астрономии.       — Сейчас сядь, лучше, со мной, — сказал Дарби, останавливаясь у кабинета и притормаживая подругу. — Ладно?       — Почему? — немного удивилась такому повороту событий девушка и с некоторым удивлением посмотрела на друга.       — Ничего такого не подумай, — замахал руками брюнет. — Просто астрономию ведёт Квинтесса. А она… она единственная была против того, чтобы органика приезжала в школу, — и тут же зазвенел звонок. — В общем, сейчас поймёшь.       Ребята быстро зашли в кабинет, и Саша с некоторым удивлением для себя обнаружила, что уже все сидели на своих местах. Даже Нокаут, бросивший не самый добрый взгляд в её сторону, на что она тоже не осталась в долгу.       — Не время устраивать визуальные битвы и расчленёнки, — протараторил Дарби, беря подругу за плечи и ведя её в сторону своей третьей парты на первой колонке.       «О! У окна! Круто!»       Но тут же все мысли в голове расплылись, когда в класс влетела женщина, голубые и холодные глаза которой, кажется, просканировали весь класс на предмет всего, что возможно и невозможно, при этом остановившись взглядом на пару секунд на Белой.       Обе рассматривали друг друга на протяжении секунд трёх.       Квинтесса была красива. Тонкая талия, точёные формы лица, даже губы, что-то на подобии кокошника на голове, а ниже пояса будто бы длинная юбка, не достающая до пола и дающая всем присутствующим понять, что она парит. Буквально.       Однако, когда они отвели взгляд друг от друга, Аля достала датапад и присела, а учительница принялась включать доску.        «Она красивая настолько, что я готова ориентацию сменить! Что может пойти не так?»       Написала Аля на кусочке бумаги, передавая её Джеку. Девушка бы спокойно сказала это шёпотом, но ту гробовую тишину, которая стояла в классе, нарушать боялась. Статное чувство подсказывало, что так делать нельзя.       Дарби осторожно, чтобы не нарушать тишину, начал строчить ответ, быстро и неаккуратно вырисовывая буквы, также быстро отложил бумагу на часть парты Саши.

«Подожди, сейчас поймёшь…»

      Маленький червячок страха зародился в мозгах у девушки. А к концу урока она поняла, что правильно поняла слова Дарби.       Квинтесса, хоть и была до невозможности красива, очень строга и скупа на душу.       — Извини меня, пожалуйста, — начала возмущаться Аля Джеку, хлопнув дверью кабинета на прощание. — но это было жутко непедагогично! Кричать на детей? Что с ней не так?       — Не кипятись, у неё такой характер, — ответил Дарби, пытаясь успокоить подругу.       — Такой характер? Джек, да она еле сдерживается, чтобы не отлупить нас! Ты видел вообще, как она манипулировала нашими одноклассниками? — негодовала девушка, вспоминая действия Квинтессы, когда та использовала немного другую частоту своего голоса. — Ты видел, что она сделала с Арси? — а ведь лазурной не повезло, потому что при блестящем ответе у доски, та начала её валить такими вопросами, ответов к которым не было даже в учебнике, после чего вообще выгнала из класса за то, что «ничего не знает по предмету». — Да этого даже в программе нет!       — Ладно, да, она перегнула палку… но… — пожал плечами брюнет, вновь пытаясь сгладить острые углы.       — Что «но», Джек? — она остановилась у лестницы, тем самым останавливая и Дарби, и показала рукой в сторону кабинета астрономии. — Во-первых, такое у нас не прощают, и даже я, которая никогда не любила мстить учителям, не потерплю и не прощу такого. Это уже переходит все границы. Во-вторых, это не педагогично даже с точки зрения кибертронких методов воспитания. Посмотри на других учителей — они такого себе никогда не позволят, пытаются найти контакт с каждым учеником, а ей вообще наплевать на всех. Что она тогда вообще здесь делает? В-третих, она пришла в школу. Она должна была понимать, что не в армии, что учит обычных детей, которые только формируют свой взгляд на мир. А ей вообще пофиг на это, — Саша нахмурилась, после чего поправила рюкзак на плечах. — ЧСВ-шница, блин. Кто её вообще допустил на работу в школу?       — Что происхо-одит? — тут же из неоткуда появилась японка, внимательно, с улыбкой, переводя взгляд то на Джека, то на Белую. — Тебя с четвёртого этажа слышно, — сказала она ей.       Белая мысленно завидовала Мико, которая сейчас была счастлива. А вот про саму себя такого сказать не могла: возмущение просто захлёстывало, а тот факт, что ученики ничего не могут сделать, был очень досадным.       Однако в одном Саша видела плюс: они с Дарби были органикой. Исходя из этого урока, она поняла, что Квинтесса просто ненавидит род человеческий — она постоянно обходила их стороной и вообще делала вид, что их не существует — они не подвластны ей, она не может «с ними справиться», поэтому она тихо кипит в себе. Но в то же время эта ненависть вызвана их слабостью. Она прекрасно знает, что может их сломать, но не делает этого как минимум потому, что они в школе.       И, кажется, именно поэтому она должна быть счастлива, как Накадаи, но нет. Очень было больно за своих новых инопланетных друзей.       — Квинтесса, эта дура, — нахмурилась русая, смотря в окно. — Добила моё настроение окончательно.       Девочка внимательно смотрела на свою новую подругу, после чего расширила глаза, набрала в лёгкие воздух и проговорила с некоторым возмущением в голосе:       — Соглашусь, она переходит границы, — Саша с удивлением посмотрела на Джека, что также посмотрел на неё, после чего оба внимательно уставились на японку. — Она на уроке оскорбила моего друга и выкинула его рюкзак с вещами за дверь.       Дарби тихо промычал что-то неразборчивое, тяжело вздыхая и отворачиваясь от девочек. Кажется, он уже понял, к чему эти обе могут привести разговор, и был прав.       — Мне очень обидно за него, — пожала плечами Накадаи. — Особенно из-за того, что они не способны с ней ничего поделать. Именно поэтому я хочу ей ото- — но тут же русая закрыла её рот рукой, после чего приблизилась и проговорила:       — Тише, это не для школы, — и сверкнула глазами. — Я всеми руками-ногами за, подруга, — после чего заулыбалась. — Есть идея?       Девушка отошла от японки, после чего та немного подумала, почесав подбородок. Через пару секунд та растянулась в злой ухмылке.:       — Когда у вас с ней следующий урок?       — Джек? — Саша обратилась к нему, не в силах вспомнить.       Дарби быстро подошёл к девушкам и в испуге затараторил:       — Нет, нет, нет! Девочки, вы же понимаете, что- — но не успел договорить, как Аля заткнула ему рот.       — Завтра, первым, у нас с ней что? — немного вспомнила русая, отпуская того, но он снова начал:       — Да вы же рискуете тем, что бы- — но девушка снова закинула ему рот:       — География. Точно, у нас с ней география. Спасибо, Джек.       Ещё немного пораскинув мозгами, чтобы откорректировать этот план, Мико шире улыбнулась:       — Да, у меня есть идея.

***

      Сно­ва железная дверь, ведущая в кабинет алгебры и геометрии.       Однако, зайдя в кабинет, русая выпала из мира мыслей и раздумий о том, где бы взять те вещи, которые нужны. Она с интересом смотрела на одну свою новую одноклассницу, стоящая рядом с их со Смоуком партой, взявшись за спинку стула Саши, и что-то говорящая ему. Хмыкнув, русая попыталась отбросить эти мысли и снова найти пустое место в классе, где бы могла бы присесть.       Но, когда та направилась к другому месту, рядом со слившимся ещё в самом начале рассказа плана Мико Джеком, ус­лы­шала обрывок разговора:       — …убрать рюкзак? — сероглазая повернулась и увидела, что на стуле Белой стоит его сумка.       — Из­ви­ни, но здесь уже за­нято, — не от­ры­ва­ясь от датапада, ответил Смоукскрин, зас­тавляя светловолосую уди­вить­ся то­му, что он может так оттолкнуть кого-то, потому что обычно, когда она видит его в коридорах школы или на уроках, он всегда очень дружелюбно относится к своим одноклассникам.       — За­нято? Но-       — Мне очень жаль, ни­чем не мо­гу по­мочь, — после чего Саша прыснула со смеху: «Вот это поворот…»       Фем с досадой на лице уш­ла, а та про­дол­жа­ла смот­реть на Смоукскрина и ду­мать о том, ко­го он мо­жет ждать. Неужели её?       Прой­дя меж­ду партами и стеной, Аля ос­та­нови­лась ря­дом с беловолосым, который на шум оторвался от датапада, поднимая свой взгляд. Она мило улыбнулась, нагнув голову набок и заглядывая в его голубые глаза.       — Как ты себя чувствуешь после того удара? — улыбка девушки, неволько, стало шире.       Она поймала себя на мысли, что ей реально кажется, что ошибалась на его счёт. Этот мех не просто странный, а очень, очень интересный. Такое ощущение, что в нём перемешиваются в равной степени инь и янь, а теперь, заглядывая в его ошарашенные глаза, потому что он понял, что она всё слышала, понимает, что, кажется, нашла того, кто станет гвоздём её поездки на Кибертрон.       — А… Э… ты слышала? — румянец проступил на щеках, но тут же на лице растянулась хитрая улыбка. «Как быстро меняется настроение…» — Может быть, я имею на тебя виды, — и положил голову на руку, внимательно рассматривая соседку.       Девушка смущённо улыбнулась, кокетливо убирая волосы за ухо, после чего посмотрела вниз и, приблизившись, поцеловала того в щёчку.       Парень выпал. И в прямом, и в переносном смысле. Он упал со стула и большими глазами взглянул на русую.       Все присутствующие, коих пока было мало, в том числе и Дарби, в испуге взглянули на молодого меха, вызвавшего грохот своим падением.       — Чего же ты падаешь? — невольно дёрнула бровью. — Я всего спросила, могу ли я присесть. Это «да»?       Смоукскрин вернулся в реальность, после чего встал, поставил стул на место, сел, небрежно скинул со стула своей соседки рюкзак и вновь уставился в датапад. Его лицо вмиг стало таким, серьёзным.       — Так, ты за­нял это мес­то для ме­ня? Или есть дру­гая при­чина? — девушка отправила сумку на пол, рядом с партой, а потом спокойно села, но тут же провалилась. Стул оказался сломанным…       Белая сначала испугалась, но потом организм не выдержал, и она залилась смехом на грани истерики, а Смоукскрин победно уставился на всё это: она согнулась пополам, так как сломалась только седушка в середине.       — Блять… — засмеялась ещё громче русая, покраснев. — Смоукскрин, ты… ты зараза…       До неё дошло, что он тогда специально поставил рюкзак, чтобы никто другой, как та одноклассница, не сел. Всё это было сделано ради неё.       Когда же она подуспокоилась, а вокруг люди перестали тихо хихикать, снова продолжая свои дела, протянула руку парню, чтобы подняться, и тот спокойно помог.       — Ты победил, я сдаюсь, — вновь заулыбалась она, потирая спину и ноги, которые пострадали больше всего от трения по стенкам оставшегося стула, пока светловолосый любезно менял предмет на себе же подобный, но уже целый. — Спасибо за хорошее настроение. Боже мой, это же надо было додуматься…       Когда парень любезно поставил новый стул, оба сели, смотря друг на друга.       — Ты какая-то очень интересная, — протянул он, рассматривая то, как она пытается подтереть слёзы смеха.       — В каком смысле? — подрагивающим голосом спросила Аля.       — Реакция. Твоя реакция слишком непредсказуема. Потому интересная.       — Да и ты точно такой же — фиг знает, какой выкрутас от тебя ожидать можно, — улыбаясь, ответила она, после чего нагнулась к рюкзаку, доставая датапад.       — Признай, таких, как я-       — Днём с огнём не сыщешь, ага.