Единственное в своём роде письмо

Тоши вскользь читал письма от поклонниц. Ему было очень смешно. Хотя и надоело уже порядком. И не только ему. Вон как некоторые поверх очков косятся. – Что-то, я полагаю, дико важное? – Да так. Хочешь – сам глянь, – ну да, разозлится… – Настолько важное, что без меня никак? – С тобой хоть не скучно будет. – Даже так? Ну что ж. Хиджиката перекинул пару писем Саннану. И искоса наблюдал за реакцией. Чего ожидал увидеть – и сам не знал. Но отражение мыслей и чувств на этом лице всегда завораживало. – А я думал, я старомоден. А тут всё честь по чести, вплоть до «от росы, видно, насквозь…» – Даже скучно, да. Я пишу по-другому. – Как пишешь ты, я знаю. – Ну вот. И каждый раз надеюсь на что-то свежее… – Ещё не надоело? – Ну так… Мне нравится, как ты реагируешь. – То есть ты хочешь, чтобы я тебе написал? Ладно. – Да, Яманами-кун, я бы этого очень хотел. – Я учту. Тоши улыбнулся. И побросал письма в огонь. – Красиво, – оценил Саннан. – Да что там, подумаешь… – но было видно, что комплимент, даже ироничный, Тоши приятен. – Подумаешь так подумаешь. – Вот теперь можно заниматься по-настоящему важными делами. …Работы в самом деле было полно. Как, в общем-то, и всегда. И тут Хиджикату и Саннана подстерегали куда более серьёзные разногласия. Не в первый раз, конечно. Оба привыкли. Каждый примерно знал, как думает другой. И всё равно… – Да не жестоко это, это нормально! – доказывал Тоши. – Как с ними ещё? – Может, и никак, только потом это против нас же и обернётся. – Да потом оно уже неважно будет, победителей не судят! Да и что ты предлагаешь вообще? – До победителей нам еще далеко. Ну, например… …Саннановский план был весьма хитроумен. Но Хиджикате внушал смутные сомнения: – Думаешь, они такие умные, что оценят такую ловушку. – А нам не надо, чтобы её оценили. – Я имел в виду – поведутся ли или просто не заметят. – Увидим. …Кондо тоже оказался против того, чтобы «крошить в капусту». Так что приняли план Саннана. Хотя, конечно, в успехе были уверены не все. Но ведь получилось же. И то хорошо. Тоши был доволен результатом, но поворчать хотелось. – Извини, – Саннан глянул на него поверх очков. – В следующий раз я предложу план, который не сработает. – Не издевайся. – Я не издеваюсь. – Допустим, верю. Но письмо всё ещё жду. – Я помню. …И в одну из ближайших ночей, вернее, уже под утро, Тоши проснулся от холода и щекотки. С него стянули одеяло и водили чем-то… пониже спины. Спросонья понять, что происходит, как-то не получалось. Тоши заморгал, обернулся, увидел хитрую физиономию Саннана. – Ты чего? – Кто-то, если мне не изменяет память, просил письмо. – Саннан! У меня там глаз нету! – А я так понял, тебе важнее сам факт, а не содержание. – Это да. Но я ж теперь с ума сойду, гадая, что ты там начертал! – Ну, если не угадаешь по ощущениям, я прочитаю. – Нет, угадывать не берусь. Щекотно. – Ладно, ладно. Тоши молчал – ждал, пока этот невозможный человек допишет и возгласит. «Хиджиката-сан очень хороший человек, – примерно с такими же интонациями Саннан обычно зачитывал всякие важные документы, – пусть и не намеренно. И, однако же, даже это не мешает его любить…»