Дважды умереть нельзя

      Ошеломленная Вики ещё несколько секунд молча смотрела на старика с белыми крыльями и мудрыми голубыми глазами, которые по-доброму светились.       — Вы… ангел? — неуверенно спросила та, будто бы видела этих существ впервые в своей жизни.       Она ожидала, что дверь откроет какая-нибудь женщина, ведь аграф являлся, скорее, дамским украшением.       Незнакомец увидел украшение в руке девушки, немного странно улыбнулся и отошел назад на пару шагов, приглашая незваных гостей в дом: внутри он казался самым обычным, но стоило немного проникнуться атмосферой, как повсюду начинала ощущаться магическая аура.       — Откуда ты её знаешь? — подозрительно сузив глаза, спросил Люцифер. — Кто такой и почему живёшь в изгнании?       Внезапно Вики стало крайне неловко за демона: в его словах было явное неуважение и сомнение, будто бы этот добродушный старик мог являться потенциальной угрозой. Непризнанная хотела извиниться, но незнакомец беззаботно расхохотался. Слова Люцифера его, кажется, только позабавили.       — Неужели передо мной стоит сам сын Сатаны? — на последнем слове ангел сделал особенный акцент; теперь его слова звучали с какой-то издёвкой. — До меня доходили слухи о том, что король Ада обзавёлся потомством, но я уже и не надеялся увидеть принца своими глазами.       Взгляд Люцифера внимательно изучал старика. Его лицо оставалось безэмоциональным, но в голове что-то крутилось, будто бы кусочки сложного пазла начинали складываться воедино, а в памяти всплывали строчки из дневника.       «Ангел Кассиэль является самым молодым из всех учителей, и поэтому его все любят; кто-то однажды пошутил, что его родимое пятно на шее осталось после горячего поцелуя демона — в ответ профессор лишь по-доброму сверкнул своими голубыми глазами и громко рассмеялся».       «Уверен, в старости он будет таким же веселым безумцем».       Люцифер мельком глянул на шею старика: на бледной коже правда находилось родимое пятно непонятной формы.       — Наверно, сложно быть сыном такого требовательного отца, — хитро произнёс незнакомец.       Вики чувствовала, как в Люцифере начинал расти гнев из-за слов об отце, глаза сверкнули красным, и девушка поспешила перевести тему разговора.       — Как вы уже поняли, мы попали сюда благодаря аграфу, — Вики нервно крутила брошь в руке, а потом медленно протянула её старику. — В общем, мы в школе нашли старый дневник, который рассказывал о событиях прошлого, там были загадки, шифры, — девушка стала перечислять, не зная, как собраться с мыслями. — Так же в нем говорилось о том, что Немезида нам поможет, а, когда мы обратились к статуе, она направила нас к хранителю на земле, получается, к вам?       Пока Вики вкратце пересказывала прошедшие события, мужчина внимательно слушал и кивал головой, ждал каждый раз, когда девушка собиралась с мыслями, чтобы завершить свой рассказ.       — Так я все это уже знаю, — он улыбнулся по-доброму, но, кажется, только Люцифер заметил в этой улыбке капельку сумасшествия. — У меня было странное видение о необычном госте, который будет находится в поисках ответов. Правда, я был готов принять тебя одну, никакого появления сына Сатаны я не предугадывал.       Было заметно, с каким пренебрежением он относился к Люциферу, но демон стойко молчал, потому что понимал, что они могут не получить абсолютно никакой информации от него, если возникнет конфликт. Старик прошел мимо них, наливая себе чаю, будто такие гости для него — обыденность.       — Так, — начала Вики, — вы нам поможете в этом всем разобраться?       — Думаю, что у меня нет особого выбора, — ответил ангел и как-то грустно взглянул на непризнанную. — Не думаю, что Ребекка хотела бы этого, но я дал клятву: «помочь тому, кто рано или поздно придёт ко мне с аграфом». Но признаюсь, я надеялся, что Кроули спрятал его в более надёжное место.       Имя матери оказалось ударом тока для Вики. Она заметно оживилась, а в голове появилась целая куча вопросов. Но почему-то ей казалось, что этот ангел знал намного больше, чем могло показаться на первый взгляд.       — Вы знаете мою маму? — растерянно спросила девушка. — Но откуда?       — Профессор Кассиэль, я так понимаю, — спокойно произнёс Люцифер, — знакомься, Вики, перед тобой ангел, которому не посчастливилось возиться с ещё одной непризнанной.       — Я помню каждого своего ученика, — старик нагло перебил Люцифера. — Ребекка не была «обычной» непризнанной. Никто из учеников первого поколения не обладал и половиной талантов, которые были у этой девушки.       — Моя мама была в «первом поколении»? — переспросила Вики, помассировав свои виски. — Но ведь это было так давно, а умерла она при моих родах, как… как такое возможно? И откуда вы знаете меня?       Кассиэль смягчился в лице и с особой нежностью посмотрел на непризнанную. В его взгляде мелькнула какая-то боль от воспоминаний, но что-то будто бы не давало ему рассказывать всё — поэтому старик ловко уворачивался от неудобных ему вопросов.       — Вики, ты ведь знаешь, что единственная вещь, которую не может изменить сам Шефпа — это глаза? — ответил ангел. — Твои я увидел единожды, но запомнил на всю оставшуюся жизнь.       — Она спрашивала не об этом, — недовольно встрял в разговор Люцифер. — По этим рассказам Вики должна быть уже минимум тысяча лет.       — А я разговариваю с тем, кого ко мне привел аграф, — тут же ответил старик, — а привёл он далеко не тебя, сын Сатаны.       Девушка поймала себя на мысли, что ещё никто не позволял себе так разговаривать с Люцифером. Что-то в демоне очень раздражало спокойного и доброжелательного профессора. Видимо, когда-то давно он что-то не поделил с Сатаной.       — Это всё так запутано, — непризнанная пыталась разрядить накаляющуюся обстановку. — С каждой минутой у меня появляется всё больше вопросов.       — У меня есть для тебя несколько ответов, — Кассиэль опять располагающе улыбнулся. — Но продолжать разговор я готов только наедине.       Вики выжидающе посмотрела на Люцифера и нервно прикусила губу. Демон отрицательно покачал головой, давая ясно понять, что одну он её не оставит. Выглядело всё это очень странно и рискованно, да и кто знает, что можно ожидать от безумного старика? Но непризнанная прошептала одними губами: «Пожалуйста», и Люциферу пришлось недовольно удалиться.       Вики шумно выдохнула и посмотрела на бывшего профессора. Он правда казался каким-то странным: не безумным, скорее, чудаковатым, но являлся на данный момент единственным источников действительно ценной информации.       — Скажите, — начала Вики, не зная, какой вопрос задать первым, — Мальбонте был сыном серафима Кроули?       Кассиэль положительно кивнул головой.       — Он ведь тоже был учеником «первого поколения», да? — вопросы начали непрерывно сыпаться. — Он был знаком с моей мамой? Получается, и с вами тоже? А что стало со старым зданием школы? Почему серафим Кроули возвёл новое крыло, а старое пришло в такое запустение? Что случилось с Мальбонте, чтобы из него сделали страшную легенду? Почему наши учителя ничего не знают о туннеле и секрете Кроули? Геральд, Фенцио, Мисселина? С ними вы знакомы? И что случилось с учениками «первого поколения»? Что увидел автор дневника в конце тоннеля? Почему…       Вики остановилась, понимая, сколько вопросов задала за раз, и от этого стало неловко.       — Почему он сказал, что мы все будем тонуть в крови? — непризнанная прикрыла лицо руками. — Простите, я…       Ангел понимающе кивнул головой и усмехнулся.       — Вики Уокер, я сказал, что у меня есть несколько ответов, а не миллион, — ответил тот. — Как я и говорил, я помню каждого своего ученика, и да, Мальбонте был знаком с твоей мамой. Эти неугомонные ребята всегда что-то придумывали, — старик замолчал, будто предаваясь воспоминаниям своего прошлого. — Красивая история с печальным концом. К сожалению, это все, что я могу тебе сказать, но ответы на многие вопросы ты должна найти сама, — Кассиэль замолчал, будто закончив разговор с девушкой в целом.       Вики опешила. Ради этого она в очередной раз нарушила правила школы и сбежала? Это все, что ей могут сказать, когда она прошла через такое и разгадала все тайны? Она даже позволила выгнать Люцифера! К сожалению, после ответа старика появилось ещё больше вопросов к нему, которые Вики не могла задать то ли от злости, то ли от безысходности, понимая, что явно не получит каких-то конкретных ответов.       — Я не могу тебе многого рассказать, — сказал ангел, как бы намекая на запрет, — но, раз уж ты пришла с аграфом, то я обязан отдать тебе это, — он подошел к шкатулке с украшениями, которая стояла на полке и, покопавшись в кольцах и цепочках, достал оттуда кулон.       На золотой цепочке свисал небольшой камень в форме капли, который переливался сине-фиолетовым на свету, а в его отсутствие отдавал темнотой.       — Это все, чем я могу помочь, — сказал бывший учитель, но Вики вообще не понимала, к чему ей ещё одно украшение. — Возможно, это поможет тебе увидеть свет в темноте, а, возможно, позволит найти темноту, когда свет окажется ослепляюще ярким, — добавил он.       До Вики осознание дошло не сразу. В её руках сейчас был ключ к комнате с ослепляющей загадкой. Девушка даже не представляла, что это будет украшение, но старик четко дал понять, что к чему.       — Я вас поняла, спасибо большое, — непризнанная ярко улыбнулась, пряча драгоценность к себе в карман.       — Аграф оставь себе. Он принадлежал твоей матери, — после этих слов Вики уставилась на Кассиэля, не веря, что сейчас у нее в руке была частичка прошлого её мамы. — Ох, да, это было, наверно, одно из самых лучших ухаживаний того времени. А как он добивался её, — Кассиэль снова начал бормотать себе под нос.       — Извините, — Вики неловко перебила его, отвлекая от воспоминаний. — Я бы хотела задать вам ещё один вопрос, — девушка подождала кивка ангела, только после этого продолжила: — Меня мучают видения, — тихо проговорила Вики.       Она рассказала старику о своих снах. О криках своих друзей, крови, дрожащих руках. Обо всём тёмном, которое так и стремится завладеть её душой.       Выражение лица Кассиэля поменялось до неузнаваемости. Он заметно погрустнел, а непризнанная словила на себе болезненный взгляд, от которого всё сжалось внутри. Вики точно поняла, что ничего хорошего это не предвещало.       — Вики, я тебе скажу только одно: многие страхи у нас в голове, и важно помнить, что тьма не всегда всесильна. Она падет перед источником света, нужно только найти в себе силы, чтобы он не погас.       Девушка прикусила губу, поблагодарила ангела за гостеприимство и направилась к выходу из дома.       Такой большой поток информации просто не укладывался в голове, уж слишком много в словах ангела было несостыковок. Но насчёт дружбы Ребекки с Мальбонте непризнанная и подумать не могла! Неужели её мама, которая стала могущественным серафимом, имела связи со злом во плоти?       Люцифер ожидал на улице, нервно пиная камни под ногами. Когда Вики показалась в дверях, он бросил в её сторону взволнованный взгляд, а затем его лицо приняло привычное равнодушное выражение. Он хотел бросить в сторону девушки какую-нибудь обыденную колкость, но промолчал — отношение бывшего профессора оставило в душе неприятный осадок.       — Нам пора, — быстро проговорил он и готов был вызывать водоворот, как почувствовал ладонь Вики на своём локте.       От непризнанной не скрылось странное поведение демона. Он так рвался быть частью этой всей истории, дойти до места, которое отвечает на все вопросы, а сейчас… даже не поинтересовался прогрессом?       — Не очень приятно слышать, как тебе затыкают рот, да? — начала Вики, развернувшись лицом к парню. — В школе ты любимчик из-за своей безупречной репутации, но сейчас…       — Моя репутация, как медаль, — сжав зубы, ответил Люцифер, — тоже имеет две стороны. Кто-то меня боготворит, а кто-то ненавидит. И всё из-за отца.       Вики давно поняла, что тема родителей для демона была своего рода запретом — отношения с Сатаной у них были очень напряженными.       — Тень моего папочки преследует меня везде, и с этим ничего нельзя сделать, Уокер.       — А мама? — от неожиданного вопроса Люцифер на секунду растерялся. — Ты никогда о ней не упоминал.       — Было бы что, — демон посмотрел себе под ноги, — если о Ребекке Уокер на Небесах поют дифирамбы, то в Аду никто не знает даже имени жены Сатаны.       — Я не понимаю, — нахмурившись, ответила девушка, — ты её никогда не видел?       — Видел, — коротко ответил демон. — Но что-то забыл я сам, что-то меня заставили забыть насильно.       По спине непризнанной пробежали мурашки. Ведь это должно быть так ужасно: всё детство расти под гнётом отца-тирана, требующего от сына заоблачных идеалов.       По Люциферу было видно, что тема семьи поднималась не часто. Ведь сейчас демон выглядел крайне уязвлённо и подавленно, будто бы перед Вики стоял маленький мальчик, у которого в один миг отобрали всю заботу и любовь.       Поэтому непризнанная, не думая, сделала шаг вперёд и прижалась к Люциферу всем телом, смыкая свои руки за его спиной. Прикрыв глаза, Вики пыталась почувствовать энергию демона, и у неё это прекрасно получилось: в какое-то мгновение парень оказался открытой книгой.       А душа его — разбита на кусочки.