Мальчик в соседнем окне.

Мне двадцать восемь, и уже второй год моя жизнь не отличается оригинальностью. Каждый день, приходя с работы, я ем то, что приготовила соседка. Она заходит по вторникам и субботам, готовит, ужинает со мной, потом я веду ее в кино, затем - в постель. Каждый день, возвращаясь с работы, я вешаю свой костюм работника среднего звена в шкаф. Туда же я отправляю дружелюбную фирменную улыбку и корпоративную этику. Я работаю в небольшой фирме, мой босс - лощеный придурок; по средам и пятницам я трахаюсь с его секретаршей на столе для совещаний. Каждый день, приходя с работы, я иду в душ. Там я провожу около двадцати минут - и, наверное, это единственное место, в котором я никого не жарю для своей выгоды. Каждый день, идя домой с работы, я захожу в небольшую забегаловку, там меня обслуживает всегда одна и та же официантка - ее я "обслуживаю" в воскресенье. Каждый день, когда я прихожу домой, выключаю свет и наблюдаю за соседским мальчиком: по вторникам и субботам, средам и пятницам, и даже в воскресенье я представляю, что трахаю именно его. Мне двадцать восемь лет, и уже два года в моем доме не включался телевизор. Его тут попросту нет. Уже два года я неотрывно смотрю в окна напротив. Я наизусть выучил все его привычки; я знаю, что он любит есть и что каждую субботу к нему приходит друг и они садятся смотреть японские мультики; я знаю, что у него на лопатке шрам. А еще, что он втайне от родителей проколол правый сосок. Я ни разу не слышал его голоса, я даже не знаю его имени, но уже два года не отхожу от окна. Сегодняшний день не исключение. Сегодня среда, а это значит, что я застегиваю ширинку у стола для совещаний. Длинные, стройные ноги секретарши разведены передо мной, как Тауэрский Мост; я вижу ее черные трусики, которые не так давно сам же с нее снимал, но они совсем не заводят меня. Все, что меня интересует - это боксеры со значком супермена. Я видел, как он надевал их сегодня утром. Секретарша целует меня в губы, и мы прощаемся. Я до сих пор не могу запомнить ее имени: то ли Катерина, то ли Светлана... не помню. По пути домой, по привычке, захожу в магазин, покупаю пачку хлопьев и пакет молока. С работы я всегда иду пешком. Нужно пройти всего три остановки маршрутки, через парк, пару двориков, одну шумную улицу и детскую площадку. В подъезде, как всегда, воняет: бешеная смесь запахов мочи и хлорки бьет по моим рецепторам нещадно. Мой этаж - пятый. Лифт, как всегда, не работает. Поднимаясь по ступенькам, я встречаю бабушку Зину. Старушка мило мне улыбается и рассказывает последние сплетни, приглашая на пирожки. Мне становится даже стыдно... Она-то не знает, что я конченый извращенец. Два поворота ключа в замке - и я захожу в свою квартиру. К окну не подхожу. Нет! Это стало своеобразным испытанием на стойкость. Вначале я переодеваюсь и вешаю костюм в шкаф. Потом иду в душ, там провожу не меньше двадцати минут, хотя меня уже колотит от желания пойти к окну и посмотреть, чем занят мой мальчик. Дальше по плану кухня, я прохожу мимо окна, не позволяя себе взглянуть в него - если сделаю это, то пропаду, пока малыш не уйдет спать. На скорую руку перекусив, я мою посуду, тщательно вытираю тарелки и расставляю их по местам. Только после этого я позволяю себе выключить свет... POV Андрей Мне семнадцать, и уже в мои юные годы мне живется очень тяжело! Долгое время за мной наблюдает парень из соседнего окна. Я не помню, когда именно заметил, но началось это уже давненько. Все бы ничего, но мне приходится прихорашиваться в ванной перед тем, как зайти в спальню! Где-то полгода назад я заметил, во сколько мой наблюдатель приходит с работы. Он никогда не смотрит в окно, пока не сделает кучу разной ерунды! А вот я смотрю... Пару раз я видел, как он занимался сексом с какой-то девицей. Обидно, черт возьми! Почему он следит за мной, а спит с ней?! Ну да ладно! Сейчас речь не о том. Я опять кручусь в ванной перед зеркалом, проверяя, все ли в идеальном состоянии. Руки, плечи, спина, стрижка, хорошо ли сидит на мне одежда? Уверившись, что все хорошо и я выгляжу превосходно, выхожу из ванной и иду в свою комнату. Никогда, никогда я не зашториваю окна в спальне. Раньше я делал это постоянно, сейчас же мои занавески раздвинуты всегда. Войдя в комнату, я закрываю дверь и подхожу к окнам, под предлогом открывания их для проветривания. Он уже ждет меня! Наверное, со мной что-то не так, но то, что за мной наблюдают, заводит меня нещадно! Я чувствую на себе его взгляд и от этого ощущаю себя как минимум богом! Мне нравится играть в прятки: я делаю вид, что не знаю о слежке и, "беззаботно и ничего не подозревая", переодеваюсь у окна. Повернувшись спиной, нарочито медленно расстегиваю рубашку и снимаю ее с себя, обнажая вначале плечи и лопатки, а потом и всю спинку. У меня действительно красивое тело, и я знаю это, как никто иной. Интересно, он фантазирует обо мне? Вот сейчас, смотря на мою обнаженную спину, он представляет, как бы прикасался к моей бархатной коже? Отойдя на середину комнаты, я расстегиваю змейку на узких джинсах и делаю вид, что дико увлечен поиском чего-то в сети. На самом деле, просто клацая мышкой куда попало. Это все игра на публику; все время, которое я провожу в этой спальне, когда он сидит и смотрит - все это время я играю. Мне не составляет труда отыгрывать перед ним жизнь маленького мальчика-подростка. Я раздеваюсь перед ним и заваливаюсь смотреть порно, я танцую под любимый rock-n-roll, собираюсь по утрам в школу, вожу друзей. Мне нравится, безумно, дико, яростно нравится понимание того, что на меня смотрят! Черт, да я согласен хоть в костюме пингвина скакать перед этим гребаным окном, если он будет кончать от одного взгляда на меня! Говоря по правде, я даже не знаю, кто этот парень: на вид ему лет двадцать шесть, он весь такой правильный - но я-то знаю, что это не так! Мы пару раз сталкивались на улице - он проходил мимо, даже не смотря на меня. Зато я успевал украдкой рассмотреть его. Вообще, всю жизнь я думал, что таким извратом занимаются только жирные прыщавые уроды - от безысходности, но, черт побери, этот парень крут! Я бы не сказал, что он красавец, или что-то типа, но он действительно крут! Неудивительно, что на него так вешалась та телочка. После того, как я увидел его на улице, начал вдвое усерднее крутить задом перед окном. А почему нет? Я переоделся в пижамные штаны, сменив боксеры с суперменом на боксеры с бэтменом, и рухнул на кровать, клацая каналы телевизора и теребя пирсинг в соске. Кровать отлично просматривается из его квартиры, и это я тоже знаю. В моей спальне, наверное, и нет места, которое бы было невозможно увидеть из окна напротив - разве что внутренности моего шкафа. Время медленно подходило к двенадцати; я встал и потянулся, демонстрируя все прелести молодого тела, затем нехотя выключил телевизор и свет. Интересно, ему понравилось сегодняшнее представление?