Сладость

      Огни. Крики наполненные ужасом и отчаянием. Шумные муравьишки, именуемые людьми, в жуткой панике и истерике. Некоторые выделяются на их фоне. Молчаливые, строят из себя философских и глубоких личностей, принявших свою участь, скидывая это на «такова воля Божья» или какое-то дерьмо по типу «это Судьба». Глупцы. Они всего лишь умрут, сделав Изуку одним из счастливейших людей на планете, на некоторое время. Счастливым не потому что они умрут, или потому что пострадают, ощущая невыносимую боль лезвий, взрывов, пламени. Нет, Мидория не садист, он не сошел с ума. Он освобождает других от груза и трудностей жизни. От отчаяния, которое те почувствуют миллионы раз, перед тем как «благополучно» умереть, в окружении семьи. Хотя, смерть вообще не бывает благополучной, начнем с этого. Он спасает их, жалких людишек, верующих в судьбу, любовь, доверие и прочую хуйню, от разочарования, которое и довело его самого до Злодейской лиги, да не просто до лиги. До правой руки их предводителя, да-да. При этом, он всё ещё герой, спасающий людей от жестокого мира. Кровавый ангел, играющий роль суки в перерывах от террористических актов, среди коллег.       Сейчас, Мидория стоял и с блестящими глазами наблюдал за проделанной работой. Горящие где-то в далеке здания, окровавленные улицы в местах куда огонь не добрался. В глазах, кажущихся стеклянными, всё отражается. Зелёные, некогда честные глаза, смотрели на эти вспышки, высокомерно и радостно выдыхая, словно девица, что думает о возлюбленном. Удивительно, но эти глазки остались такими же обманчиво добрыми и до безумия красивыми, хоть и зверски жестокими, особенно на работе. Полные безумия и азарта, когда он видит как люди пытаются противостоять ему. Насколько же свободно он чувствует себя сейчас. Приятный морозный ветер лохматит зеленые волнистые волосы. 《Опять долго расчёсываться придётся.》каким-то ненужным и еле слышным эхом, проносится в голове у парня. Ему полностью насрать на то, что будет потом, его сейчас накроет очередной волной экстаза от превосходного чувства крыльев за спиной. От ощущения тепла в груди именуемого радостью. Он чувствовал себя так лишь однажды, когда ему передали способность Всемогущего. Но отличие состояло в том, что это, за всю геройскую «карьеру», назовём это так, он испытал кайф лишь один раз. Один, сука, раз! Это не в какое сравнение не идет с тем, что творится с парнем на работе сейчас, когда он состоит в злодейской лиге. О да, ему ломит кости когда Шигараки дает новое задание, стратегия по выполнению которого была перед этим нашептана самим Деку. Когда он слышит эти крики. Когда видит восторженные и восхищённые взгляды коллег, которые, действительно, уважают Мидорию. Это так ему нравится.       Как это не печально, но всё хорошее заканчивается. Несколько часов пролетели незаметно и телефон Изуку раздражающе гудит в кармане облегающих чёрных брюк, что лишь подчёркивали длинные тонкие ноги парня. Ответив на звонок в своей высокомерной и какой-то подростковой манере, а-ля «блять, как вы заебали, не трогайте меня, я принцесса». Ему сообщают что было бы неплохо вернуться и тот заслышав голос Томуры-сана, успокаивается, меняя тон на более сладкий и мурлыкающий. Такое поведение придаёт ему некой уникальности в образе, он влюбился в свой же образ. Образ стервочки, которая вертит всем как хочет, нагло суёт свой красивенький носик в чужие дела, при этом являясь одной из самой жестокой составляющей злодейского состава, которая очень страшна, особенно в моменты пыток. Страшна, когда ему нужно выдавить определённую информацию из какой-либо личности, что встала на пути у организации. Деку любит мучить неприятных личностей, потому что люди им восхищаются за это. В UA никогда не восхищались, не чувствовалось так. Всегда был Кацуки или кто-то другой. Кацуки, что довёл Мидорию до нервного срыва, под весом смерти его кумира, Всемогущего, от этих мыслей, он скалится, сжимая руки в кулаки.

***

      До смерти уставший и сонный Деку завиливает в знакомое здание, где в холле его встречает Тога, что воодушевлённо машет ему, имея в себе кучу энергии, чему зеленоволосый завидовал сейчас. Девушка подбежала к Изуку, обняв его, через секунду тут же отпустив. Она единственная, кто так прикасается к зеленоглазому злодею, столь невинному и слабому на вид. Он любит свой обманчивый вид, что скрывает внутри настоящего дьявола, который изощрёнными планами, заставил правительство лежать у своих ног. Просто обожает, иногда самовлюблённо пялиться в зеркало, осматривая своё отражение. Блондинка улыбнувшись, качнула головой в его сторону, хлопая по плечу.       — Изу-кун! Изу-кун! Ты так долго! Дело на три часа, а тебя нету все шесть! Ты так восхищаешься этим хаосом, а тебя снова хвалили. — воодушевлённо и радостно произносит та, подпрыгивая на месте. Это заставило Мидорию вымученно, но счастливо улыбнуться девушке. Тога была его подругой, с которой можно было посмеяться и весело провести время. Вообще, «Изу-кун» поддерживал хорошие отношения со всеми злодеями. Ему удавалось выдерживать баланс, между уважением и дружелюбностью. Хотя… когда его злили, прорывался трёхэтажный мат и тот кто стал причиной таких эмоций, недельку посидит в запое и депрессии дома, так как правая рука Шигараки втаптывает в грязь на раз-два. Особенно если ему очень что-то не понравится. Однако, потом извиняется. Хотя в душе считает себя не виноватым от слова «совсем», в таких вопросах.       Химико кивнула в сторону двери в кабинет, где проводил рабочие часы иногда Шигараки. Она добавила, что боссу нужно кое-что обсудить с Мидорией и тот в свою очередь напрягшись подошёл к двери, в которую незамедлительно постучался. Зайдя, его встречает спокойный и мелодичный голос Шигараки. Он проходит, склонив перед ним голову, самодовольно улыбнулся, как послушный мальчик что получил 10 и пришёл отчитываться перед родителями. Дверь закрылась и за спиной Изуку возле двери, опираясь о стену, стоял брюнет по прозвищу Даби, с невероятно красивой, по мнению зеленоглазого, способностью. Огонь, сам по себе произведение искусства, а тут он еще и прекрасного голубого, даже неземного оттенка. Естественно, высокий парень с ожогами на руках, ногах, шее, слизистых железах и подбородке, не знает о том, что Деку думает о нём, не то что о способности. Страшно выглядящие ожоги, которые казалось дико ныли и болели от прикосновений, посему зеленоглазый не трогал Даби. Вообще, он не касался его рук и плеч, хотя с другими, в такой роскоши он себе не отказывал никогда. Даже с Томурой-саном, который впринципе был не против. Сам же Томура, подошёл к Мидории, похвалив того за прекрасно проделанную работу. Почему Томура занимается этим, а не Все за одного? Так как после освобождения, чем занимался Деку в течении 5 месяцев. (И безуспешно.) Однако, правительство, замечая что от героев нету никакого толку и отпора, принимает решение признать злодеев. Принять то, что они будут господствовать на улицах по крайней мере небольших городов и объявить своеобразный апокалипсис, в этих же городках. Военный образ жизни обычных горожан, что не могут высунуть носу без ощущения опасности, чувствовался сильным контрастом. Мол, как было раньше и как сейчас, чем питал самовлюбленность эпицентра, или точнее эпицентров трагедии. Почти вся Япония была порабощена, кроме больших городов, а заброшенное здание, сменилось другим. Огромным и вполне милым зданием, что тоже было заброшено, хех. Небоскребов много, а полиция и не пытается подняться против. А Все за одного, выпускают. Он вверяет Японию в руки своих злодеев, пока сам, властвует на материках побольше. Соответственно его место в лиге занимает Шигараки.       Синеволосый, тихо, в своей привычной манере начал: — Мидория. Не хочу долго задерживать, поэтому скажу сразу, ты месяц поживёшь с Даби. Вы будете сотрудничать и вдвоём пойдёте против UA, так как обладаете хорошими навыками командования, это имеет смысл, но вы оба знаете друг о друге лишь факт существования друг друга, как кажется. Я хочу совершить союз синего пламени и дьявольского ума. Ваше понимание сыграет нам на руку в будущем, когда мы решим стереть UA с лица земли. Вы понимаете. Верно? — Тянет Томура.       Его не перебивают. Лишь молча и возмущённо, даже как-то расстроено хлопая глазами, от мысли что принцесса не сможет ходить в одиночестве, а делить жильё с кем-то. Однако, мысли этой принцессы прервало резкое, от чего и напугавшее Мидорию, касание. Брюнет подойдя коснулся плеча Деку, окидывая его ледяным взглядом. Таким безразличным, что ему становится неловко. Минуты раздумий и тот смиренно кивает, качнув своей головой, от чего зелёные пряди волос, падают на лоб.       Считанные секунды и оба парня стоят у двери, с другой стороны. Даби как-то пугающе, оценивающе осматривает Мидорию. Молча, заставляя этим поёжится обладателя дьявольского ума, лишь через минуту открывая рот и подавая голос:       — Не строй такой недовольной рожи. Я тоже против этого.       Нахмурившись в ответ, Мидория лишь фыркает, приподнимая подбородок.       — Ничего я не строю! Просто я не понимаю зачем ради нашего объединения, мы обязаны жить вместе. Да и тем более в твоём жилище, если это так можно назвать. Живем то в одном здании. — устало промолвил тот, зевнул и подняв руки к верху, потягиваясь.       Брюнет саркастично цокнул языком. не меняя интонации.:        — Ой. Принцесса все вещи свои взять не сможет. Какая жалость. Пошли, скорее.       В ответ Изуку лишь свёл бровки к переносице, кусая губу, уже готовясь что-то сказать, но тут же ощущает щелчок на губах, от чего он хмурится сильнее, но всё же умолкает, и уже в полной тишине идёт рядом.       Даби это тот самый человек, который восхищал Деку своей садистической манерой речи, силой, подходом к делу и способностью. Ему даже нравится это холодное отношение, которое напоминает о человеке, что разбил сердце ещё юного Изуку. Они похожи. Оба владеют огненной причудой, схожи характерами, что уже сказано ранее, и оба имеют ожоги на теле. Однако же, их отличие состоит в том, что Даби был свободным и любил эту свободу. Его не ебало чужое мнение, чьё бы оно не было. Не сковывали правила и законы, навязанные обществом и государством. Эта независимость и превосходная дикость, что проглядывается в террористических актах она изумляла. Его подчерк всегда виден. Такой неаккуратный, но ахуенно красивый. Мидория уважает его.

***

      Дверь отпирается и зеленоволосого пропускают вперёд, а он из-за переутомления сразу плюхается на диван, что был в 3-4 метрах от двери, немного левее. Вымученно выдыхая, чуть ослабляет черный галстук, сползая по спинке дивана, принимая более расслабленную позу. Даби, глянув на это полу-разлившееся на диване существо, закрывает за собой дверь. Подойдя, он посмотрел на Мидорию сверху вниз. Тыкнув того в макушку, он скептически приподнял бровь.       — Эй, не забудь что завтра у нас, что-то в роде празднования успешного выполнения плана. Компресс и Спиннер освободятся к трём и мы к этому времени должны будем завершить сегодняшнее. -без единой эмоции в голосе произносит брюнет, вспоминая что завтра в компании с Деку, будет шастаться по крышам горящего города, от чего лишь неясно хмыкает. -       Что? Я сплю до трёх! Хрена с два, если так рано. Что мы весь вечер будем делать? — недовольно стонет Изуку, который потирает свои виски пальцами, поднимая голову, и встречаясь взглядом с бирюзовыми глазами.       — Капризничать будешь своим любовникам или любовницам. Меня не ебет чего ты хочешь или не хочешь, а завтра если не будешь готов к сроку, проснёшься от синего пламени, обещаю.       Дослушав, зеленоглазый поёжился, всё же кивая, инстинктивно быстро опустив голову и выпрямившись, ощущая чужой взгляд на своём затылке. Даби вновь хмыкает, чуть склоняя голову набок, дабы увидеть хотя бы уши его нового соседа, прошептав:       — Забавно.       Нервно дёрнувшись от такого действия, Мидория повернул голову в место, откуда услышал этот звук, что напоминал мурчание. Приятный голос, который вскоре вновь звучал в ушах.       — Мидория Изуку. Как же смешно осознавать что ты вроде как открыт для всех, но в то же время никто о тебе ничего не знает. Шото Тодороки научил, правильно?

Больно.       В груди что-то колит и так ужасно ноет, заставляя большие зелёные глаза блестеть больше от накапливаемой влаги. Он быстро замахивается локтем, но горячая рука хватает его за этот локоть, предотвращая атаку. Несколько мгновений, что ужасно долго тянуться, заставляя испытывать неловкость. Даби единственный, кто знает о том, что произошло с Мидорией. История безответной любви, которая сломала окончательно. Он выдыхает, выпуская локоть из железной хватки, виновато поморгав, на что Изуки лишь опускает голову, произнося: — Ты. мх. Зачем? -чуть ли не всхлипывая, произносит тот, хмурясь от обиды. Изуку не плачет уже как два года с момента поступления сюда, но часто наигранно то ли всхлипывает, то ли ещё выкидывает что-то, чтобы показаться обманчиво наивным и до жути простым для окружающих. Отличие состоит в том что Даби то, кажется, единственный кто провоцирует Изуку на настоящие и неподдельные эмоции, вызвав обиду, а с ней горечь и печаль, что противно оседают ближайшие несколько минут. Обида не на брюнета, а на весь этот чёртов мир, который никогда не давал парню того, о чём он мечтал. То, чего он желал.       — Не открываться людям проще. Они не видят всей картины, не могут понять, а соответственно, не сделают больно.       Шепчет зеленоволосый. Ответом Изуку послужил тихий смешок и тёплая ладонь на голове. Даби погладил его по голове, при всей своей ненависти к прикосновениям и физическим контактам вообще, чтобы успокоить.       — Мидория, ты слишком добрый. Даже в таком пиздеце, под названием «наша работа», ты делаешь всё из добрых побуждений. Убивая людей, не потому что это тебе нравится, а для того, чтобы не дать возможности чувствовать всю боль этого мира, в первую очередь, а это просто совпадает с тем что ты начал чувствовать себя свободным. Не заставил ли, самое главное. -ненадолго умолкнул, дабы удостовериться что попал прямо в точку.       — Ангелочек. Бедный, подавленный ангелочек, что движим своими предубеждениями, справедливостью и правилами. Крылышек не хватает. — отняв руку, он замолчав, прошмыгнув к столу, что стоял по правую сторону, прямо за углом, от входной двери. Мидория лишь по-детски обиженно потер щёку, качая головой на слова Даби. Изуку донельзя злила эта ситуация. Злила потому что всё, просто абсолютно ВСЁ, оказалось правдой. То, о чём никто, от слова «совсем», не знал. Он не общался с людьми, он лишь создавал иллюзию что доверяет им и считает чем-то большим, чем прохожими с улицы. От части да, они ведь коллеги. Встав, он подошёл чуть ближе, осматривая всю комнату лишь сейчас, от чего забавно вертел головой в разные стороны.       — Даби, я так понимаю что сплю на кровати, да? — в силу усталости, тихо, от чего голос звучит более нежно и мелодично, спрашивает он. Сам Даби округлил глаза, оборачиваясь, в непонятках осматривая, напротив стоящего парня, с ног до головы. Он впервые слышит такую интонацию у Изуку, и она запала в душу брюнету, как бы это не звучало. В его жизни было столько страшных, в большинстве своем непонятных и жестоких моментов, что в ней не было место чему-то хорошему. Там не было обычных человеческих радостей жизни. Не было ничего, кроме безумного увлечения, создавать хаос и это даже радовало и вполне устраивало. Однако, почему обладателя огненного квирка так сильно зацепил этот приятный голос. Он звучал настолько непривычно, что из головы вылетели как и все мысли, так и вопрос заданный Мидорией, от чего брюнет прищурил глаза, склоняя голову набок. Сам обладатель «ангельского» голоска, лишь чуть поддул губы, фыркая ему в ответ. 《Ой ла-адно, могу и на диване поспать》, на что Даби качает головой, кивая в сторону спальни.       — Не ты один устал, иди ложись. — служит ответом на недовольное фырканье и вызывает у Деку некий конфуз и смущение. Усталость? Порой Изуку и забывает о том, что злодеи такие же люди и тоже имеют какую-то энергию.       — Ты от усталости перестаёшь слышать? — с насмешкой произносит тот, приподняв, брови оценивающе осмотрев брюнета.       — От чужих голосов, что ставят в тупик, но твоя прежняя интонация вернулась, так что пиздуй спать. О и прекращай строить из себя хуй пойми что. Нет, мне нравится конечно образ стервы, как и всем вокруг, но это всё-таки образ и наигранность. Ты приятнее как настоящая личность, что не меняется с того дня.       — Тц! Только от того, что ты привёл меня в лигу злодеев, не имеешь права утверждать что знаешь меня — как-то… больше расстроенно проговорил Изуку, опуская плечи, и к концу сводя тон на полу-шепот.       Снова этот голос. Такой красивый, что волей не волей Даби кладёт руку на макушку Мидории, отвечая полу-шепотом на полу-шепот — Это же правда.       Стиснув зубы от того что Изуку хоть кому-то понятен, с точки зрения «дома -на работе», несильно кольнуло в груди. Если Даби, знал всё, прошлое, настоящее и даже любые повадки Мидории, то тот не знал, в свою очередь, ничего. А так хотелось знать что-то в отместку.

***

      — Ого, ты спишь с 3 людьми вдобавок? Кровать такая огромная.       Мидория проходит по полу-освещенной комнате, с широкой и довольно высокой кроватью. Сев на нее, он чуть подпрыгивает на пружинах матрасов, ощущая невероятную мягкость покрывала, которое было кинуто в сторону парня из шкафа.       — Иногда с одним или максимум двумя. — поворачивается Даби, осматривая панорамное окно напротив, что было зашторенно длинными шторами, которые водились и несильно грязнились от пола каждый раз.       — Ой, правда? С кем? Когда? Ты вообще умеешь обращаться с человеческим телом аккуратно? — восторженно и воодушевлённо, словно ребёнок, спрашивает Изуку, с нарочитой детской наивностью в голосе, на что получает щелбан в ответ.       — Физические потребности удовлетворять нужно, но то как и с кем я ебусь не должно ебать тебя. Не дорос ещё. — еле-еле усмехается синеглазый пробежавшись взглядом по покрасневшему от ответа лицу, усыпанному веснушками, которые придавали миловидный вид, такому иногда жестокому мальчику.       — Я выгляжу как ребенок, в свои то 18? — саркастично, спрашивает тот, взглянув в глаза собеседника из-под ресниц, на что тот лишь тихо хмыкнул.       — Да, девственник, выглядишь. А теперь будь добр закрой глазки и засыпай, или тебя завтра разбудит не твой будильник, от которого ты не встанешь, подушка что прилетит в твоё ангельское личико. — поддаваясь вперёд, наигранно и насмешливо произносит Даби, от чего зеленоглазый чуть хмурится, поджимая губы.       На этом разговоры закончились и как только брюнет покинул комнату, перед этим очень вальяжно вырубив в комнате свет, оставляя того в темноте, Мидория разделся, залезая в кровать, и быстро засыпая. Не было не желания обдумывать что-либо, не думать вообще. Просто поскорее восстановить энергию, что почти полностью покинула тело.