Я хочу ещё.

После написания письма моим родителям с "великими слезными мольбами" отпустить меня пожить у "друга", они... согласились. Я готова была просто прыгать от радости, несмотря на то, что Сириус пригрозил мне обыденными вещами, типа "готовки, уборки и ещё, Гермиона, ты обязана не давать мне скучать". Последнее условие я не совсем поняла, и моя фантазия, ставшая слишком уж шальной, видимо, из- за переходного возраста, накручивала просто сумасшедшие мысли на этот счёт. Кстати, о переходном возрасте... Мне уже 16! И никто этого, как назло, не замечает. Гарри уехал к своим Дурслям, а Уизли переехали в какой- то новый дом. Мы теперь с ним почти наедине. Всё бы ничего, но постоянные назойливые мысли и его жадный взгляд пробуждают некие чувства, такие как... может быть, волнение? Хотя какое там волнение! Страх, оцепенение, трепет, ужас и всепоглощающую страсть. Но никак не это поролоновое "волнение"!

Ну давай, давай, поиграй со мной в это снова. Чтобы сладко, потом бессильно, потом хреново; Чтобы – как же, я не хотел ничего дурного; Чтоб рычаг, чтобы три семерки – и звон монет. Ну давай, давай, заводи меня, трогай, двигай; Делай форвардом, дамкой, козырем, высшей лигой; Я на старте, я пахну свежей раскрытой книгой; Ставки сделаны, господа, ставок больше нет.

Он пьянит так, что мне даже ничего не хочется. Ни вода, ни еда, ни сон- теперь всё это - "детские" глупости. Он считает, что я заболела, но отправлять домой не собирается. Я же сдохну под этими его "расстрелами" - он смотрит так плотоядно, что у меня всерьёз подкашиваются ноги. - И долго будет такая погода? - спросила я, зажмурив глаза от яркого блеска молнии. Прогремел гром и я вся сжалась. - Лето обещает быть дождливым, - он как- то обнадеживающе вздохнул. Прошло минут 30... Я поежилась от озноба и уткнулась в книгу. Сириус ушел куда- то. Вечно он пропадает... Вчера, без объяснения причин, ушел из дому. "Привычка детства", - хмыкнула я себе под нос. Ушел, а я переживаю! Особенно меня поразило его поведение после прихода. Я тогда, не дождавшись его, уснула в гостиной. Он подошёл, ласково чмокнул в щёчку и отнес меня наверх. От этих мыслей голова приятно закружилась, а дыхание сперло. Но тут... - Опять читаешь, моя умница. Ты так всю молодость в книжках проведешь... Я и не заметила, как он вошёл. "Моя..." - у меня срывало крышу. Подумать только! Он говорит это так, как будто уже старый... - Ох, ну я же не хочу, как ты- бухать всю молодость, - съязвила я. Боже, что на меня нашло! - Ах, вот как... - Сириус соблазнительно вскинул брови, - Какие мы остроумные, - он ухмыльнулся и налил себе немного огневиски. Должно быть, он не обиделся. - Прости, - я посильнее закуталась в плед. - Да ладно тебе, - отозвался он, - Я и не обиделся. А вот и подтверждение моих слов. Я тихо чихнула. - Что с тобой? Ты замерзла? - вот, что я услышала вместо вежливого "Будь здорова". Ну и пусть, его беспокойство дороже всего. - Немного... Далее, я ожидала всего, что угодно... Сириус спокойно встал, медленно подошёл и... обнял меня сзади. Я тихо простонала, а он смотрел в пустоту и кусал губу. Те редкие моменты, когда ты счастлив до полной беспомощности.

А воздух его парфюма, пота и табака да старой заварки – стал нестерпимо вкусным. вдохнуть бы побольше, стать турбонаддувным. Ты просишь: - Можно я поживу у него пока? Надеясь: - Можно я поживу с ним? Глотая: - Можно я поживу в нем?..