Второй шанс.

      — Холодно… — едва слышно прошептала Мари. Ее взору были открыты бесплодные одинокие поля, чьи границы увидеть было невозможно, а нежную кожу обдувал морозный ветер, запутывая темно-синие локоны девушки. — Что это за место? — дрожащими губами спросила Маринетт. Она не надеялась на ответ, ведь кроме неё здесь никого больше не было, но какая-то часть брюнетки жаждала найти хоть одну не упокоенную душу и спросить дорогу. Прошла минута или больше, за счетом времени следить невозможно из-за отсутствия часов и самого солнца, но ответа так и не прозвучало. — Эй! Меня слышно?! Кто-нибудь меня слышит?! Эй! — в страхе завопила Дюпен-Чен. Её хрупкое тело от истощения упало наземь, ударяясь коленями в высохшую землю. В отчаяние она заплакала так громко, как только могла. — Черт! Хоть кто-нибудь! Пожалуйста! Я не хочу… Не хочу оставаться одна! Умоляю, спасите! Спасите. Пожа…луйста! — обмякшая и обессиленная, не в силах больше кричать, Мари легла на землю и молча наблюдала на одиноким ростком среди жестокой пустыни. — Ты прямо как я. — от усталости глаза Мари закрылись и она уснула.

***

      Маринетт. Кто это?       Мари! Голос какой-то до боли знакомый, но только не припомню чей…       Маринетт Дюпен-Чен!       Резкое пробуждение ото сна привело девушку в ступор. Когда она открыла глаза, безжизненные и бескрайние поля сменились школьным кабинетом, где преподавала мадам Бюстье. Она, как и много лет назад, была все той же доброй и заботливой учительницей, что вела себя дружелюбно даже с такими учениками, как Хлоя Буржуа. Кстати об одноклассниках: Мари резко повернулась к соседке по парте и, убедившись, что это действительно Аля, крепко обняла подругу, чем, пожалуй, удивила многих.       — Кхем! Маринетт, я восхищена твоей огромной любовью к подруге, но сейчас время урока и я, надеюсь, больше не застану одну из лучших учениц моего класса спящей за партой! Я ведь могу на это расчитывать?       — Да, мадам! Простите! — словно на автомате, протараторила девушка. Она была так счастлива вновь оказаться в этом кабинете, за этой партой вместе со своими друзьями, но вся картина в целом казалась ей лишь сладким сном. — Наверное я вижу мираж…       — Что ты там бормочешь, подруга? — Аля тыкнула подругу локтем в бок, желая привлечь её внимание. — И что на тебя нашло? Тебе приснился кошмар? Пока ты спала, я слыша твои стоны. Ты просила о помощи. Детка, у тебя точно все нормально?       — Да! Вроде бы… — и лишь сейчас девушка вспомнила самую важную вещь — её родители! Если все это реально, то сбежать с урока не получится. Но что тогда делать? — Аля, какой у нас по счету урок? А то совсем из головы вылетело! — издав стандартный нервный смешок в конце реплики, Мари убедила Алю, что все в полном порядке.       — Сейчас урок французского, после него должен быть урок у мадам Менделеевой, но ей пришлось отлучиться по каким-то делам, поэтому нас отпускают по домам. Кстати, мы с Нино пойдем в кафе за углом, не хочешь с нами? — и тут весь мандраж Мари как рукой сняло. Это была точно Аля! Только она могла каждый день придумывать какие-то фантастические планы, чтобы оставить Маринетт с Адрианом наедине. Раньше девушке казалось это крайне серьёзной вещью, но теперь она смотрела на друзей и понимала, что они были такими наивными детьми.       — Привет. — бархатный голосок Адриана привлёк внимание синеглазки, но она, всем на удивление, лишь холодно качнула головой. — А что это с Маринетт? — обратился блондин к другу, что сидел возле него. Нино лишь не многозначно пожал плечами и, как только Адриан отвернулся, сразу же метнул испуганный взгляд на Алю.       — Э, подруга, что с тобой? Обычно ты даже и одного слова произнести не можешь, а теперь… Воу, стоп! Это новый способ привлечь внимание Адриана? Что-то типа «я вся такая недоступная, завоюй меня!»?       — Ничего подобного! Просто больная лихорадка по Агресту сошла на нет. — и это была жестокая правда. В прошлой жизни Адриан начал встречаться с Лилой, чем удивил буквально весь класс, а Маринетт попросту оставалась лишь забыть о своей первой любви и уйти с головой в учёбу. В какой-то мере она даже разлюбила его.       — Ничего себе! — воскликнула Аля, приковав к себе взгляды окружающих. В том числе и блондина. Он туповато посмотрел на Алю, потом на Мари, но если первая покраснела и спряталась за тетрадью, то вторая лишь отвернулась в другую сторону.