Второй шанс.

      — Маринетт, — прошептал Кот. Нуар тихим шагом пересекал крыши домов, совершенно не обращая внимание ни на что. Какой сейчас может быть патруль? Его Миледи не выходила на связь вот уже несколько дней, а с последней атаки акумы прошла неделя. Неизвестность напрягала парня, но то выражение лица Маринетт, то, как она плакала — это терзало героя ещё больше. — И какой я после этого друг, если даже не могу помочь! — Корил себя Адриан. Побродив пару часов возле Эйфелевой башни, Агрест направился домой.       — И что это было? — Раздался писклявый голос квами, когда Адриан отменил трансформацию. Плагг недовольно поглядел в окно и даже не сразу вспомнил о положенном сыре.       — Я и сам ничего не понимаю. — Блондин камнем рухнул на кровать и уставился в потолок. — Она плакала, Плагг, а я… Я даже не знаю причины. Я совсем ничегошеньки не знаю! Может у неё что-то случилось, быть может это даже связано со мной! Вернее, с Адрианом, а не с Котом. Может я чем-то обидел Мари? — Парень с грохотом плюхнулся в кресло и тяжело выдохнул. — Я точно сделал что-то не так! Иначе, разве она стала бы избегать мой взгляд? А? Плагг, скажи, что думаешь об этом? — Но чёрный котик только покачал головой. Сейчас, зная истинную личность Маринетт, ему стало интересно, почему же на ней не было серёжек. Он даже не смог ощутить присутствие своей верной подруги.       — Пока что панике поддаваться не имеет смысла, парень. Не думаю, что такая девочка, как Маринетт, злилась бы на тебя.       — Что ты имеешь в виду?       — Я хочу сказать, — квами подлетел к хозяину, — что Маринетт слишком сильно тебя любит, чтобы обижаться из-за какой-то мелочи. Если ты не ограбил её или не ударил например, то можешь сидеть спокойно.       — Но я не могу! Что если я действительно её чем-то задел и даже не заметил? Может я был как-то груб с ней? — Квами раздражённо поглядел на тупоголового хозяина, который как специально избегает такое слово, как «любовь».       — Поверь, эта девушка простит тебе даже такое! — Ухмыльнулся Плагг.       — С чего бы?       — С того, что это любовь, парень! — Рыкнуло существо. Котик отвернулся, но спустя минуту молчания, он вновь повернулся к Адриану.       — Любовь… Как у взрослых? — На это Плагг уверенно кивнул в знак согласия, чем вызвал ещё большее удивление на лице Агреста, а после жуткий смех. — Ну ты насмешил! Маринетт любит меня? Может ты что-то путаешь? Мы же друзья, она мой лучший друг и я люблю её! — На этой ноте квами чуть в осадок не выпал. — Люблю так же, как и Нино с Алей, и тебя, между прочим! — Парень ткнул малыша квами в животик и расплылся в улыбке.       — Да уж, ты просто безнадёжен! — Плагг схватил с тарелки последний кусочек сыра и отправился на боковую, оставив Адриана наедине со своими мыслями. Вскоре усталость взяла своё и блондина сморил сон.

***

      — Маринетт, вставай! — Донеслось с кухни. Мари резко поднялась с кровати и, в своей излюбленной манере, споткнулась о собственную ногу. Боль дала понять, что происходящее вовсе не сон. — Маринетт, детка, ты там как? — Голос встревоженной матери буквально отрезвил брюнетку.       — Да, все в порядке! — Не веря своим собственным глазам, Мари начала щупать себя. Она так и не смогла до конца поверить. — Это реально. Все это реально! И мама, и папа — все они живые и настоящие! Значит, это был не сон? — Девушка подскочила к окну, откуда открывался прекрасный вид на Париж. — Ммм… — Протянула Дюпон-Чен. — Я и вправду оказалась здесь! Мама и папа живы, Нуар пока не сбежал, а Адриан до сих пор думает, что я люблю его как друга. Да уж, какими детьми мы все-таки были! — И тут девушка замерла на месте. Пусть все родные вернулись, но кое-что беспокоило её до сих пор. — Вот же блин, Тикки! — Мари ломанулась к комоду и выудила оттуда заветную коробочку с парой серёжек. Убедившись, что они все ещё на месте, Маринетт собралась с духом и надела аксессуары. Появившаяся Тикки, квами Леди Баг, удостоила свою госпожу лишь гневным взглядом. — Прости меня, Тикки, я совсем о тебе забыла! Прости, прости, прости!       — Ладно, на первый раз прощу, но больше так не делай! Леди Баг не пристало так себя вести! А если бы Бражник объявился? Что-б ты делала без меня?! — Гнев квами было невозможно усмирить никаким известным способом, кроме…       — Печеньку? — Тикки сразу расплылась в улыбке и налетела на лакомый кусочек свежей выпечки.       — Ты знаешь, чем меня подкупить.       — Маринетт, ну где ты там? — Донёсся голос матери. — Поторапливайся, тебя друзья уже ждут!       — Иду! — Девушка накинула на себя чёрный пиджак и уже хотела бежать чистить зубы, но внезапно замерла. — Стоп! Друзья? Какие друзья?       — Детка, тут пришла Аля, Нино и Адриан. — Мари знала наверняка, пока она собирается, мамуля найдёт, чем занять одноклассников, так что особо торопиться не было смысла. — Забавно, но раньше я всегда вылетала отсюда пулей, лишь поскорее увидеть Адриана.       — Ещё ты забывала чистить зубы. — Добавила Тикки и они засмеялись.

***

      — Я думала, что ты умерла! — Раздражённой протянула Аля, когда Маринетт спустилась в пекарню.       — Что? — Девушка пришла в ступор от услышанного. Неужели Аля что-то знает? Нет, этого не может быть. О своём перерождении помнит лишь Дюпен-Чен.       — Я говорю, что уж больно долго ты спускалась. Обычно тебя ждать не приходится. — Аля подмигнула подруге и кивнула в сторону Адриана. Когда взгляд Агреста встретился с Мари, он тепло улыбнулся.       — Здравствуй, Маринетт. — Но, вместо привычного заикания и нервозности, девушка совершенно спокойно ответила.       — Доброе утро. — Она прошла мимо блондина, чтобы поприветствовать Нино, а после на выходе махнула рукой родителям.       — И что это было?! — Аля буквально поедала подругу взглядом и заговорила лишь когда девушки отошли назад на приличное расстояние от парней. — «Доброе утро»?! И это моя девочка?!       — Что есть, то есть. — Маринетт лишь пожала плечами.       — О нет, так просто ты от меня не отделаешься! А ну рассказывай, где моя подруга?! Что случилось с той кроткой и, вечно говорящей всякую бессмыслицу, тихоней? А? — Но Маринетт лишь закатила глаза и улыбнулась. — Что происходит? Ты даже «привет» не могла выговорить в его присутствии, — пальцем Аля указала на блондина. — Адриан Агрест — ты же млела лишь от одного его имени!       — Я и вправду была такой дурой? — Прошептала девушка.       — Блин, подруга, а ну выкладывай! Я хочу знать все! — Уверенное лицо Али на секунду поразило Маринетт и она было хотела все рассказать, но мимолетная и чертовски глупая мысль быстро испарилась. Аля ей не поверит. Никто не поверит. Но не могла же она и впрямь изменится за полчаса. Надо было что-то ответить, но никаких идей так и не пришло в голову.       — Я решила сдаться. — Аля поперхнулась собственной слюной и резко закашляла. — О боги, ты в норме?       — Я? Я то в норме! Очень даже в норме! В отличие от кое-кого!       — Аля! — Нино видимо услышал громкие возгласы своей девушки и обернулся проверить, все там хорошо. — Девчат, у вас там все в порядке?       — Нет, не все в порядке! — Рыкнула Аля.       — Эм, Маринетт, у вас все хорошо? — В разговор вмешался Адриан. Маринетт наивно полагала, что Аля не будет поднимать этой темы при Агресте, но подругу так далеко занесло, что остановить было невозможно.       — Нет, не все хорошо! Знаешь, кхм, у Мари были чувства к одному парню, а сегодня она ни с того, ни с сего говорит, разлюбила его! Подруга, неужели ты сдаёшься? После всего, чего мы добились! Чего добилась ты! Ты правда хочешь оставить его?       — Я… — Маринетт неуверенно поглядела на Адриана, но быстро отвела взгляд. — Я устала. Устала сражаться за его внимание, устала накручивать себя, устала от всего! Но больше всего я устала от другого: что бы я ни делала, он никогда не заметит такую как я! — На этой фразе взгляд брюнетки был направлен на Адриана.       — Маринетт, ты… — Аля виновато уставилась на подругу. Она даже не подозревала, что той так плохо. Да, Мари была совсем не своя в последние дни, но чтобы виной тому были её чувства к Агресту — мулатка и подумать о таком не могла.       — Я отступила, сдала позиции, но я вовсе не жалею. Я делала все, что было в моих силах, а он… Он до сих пор считает меня лишь другом.— Огорченная сказанными словами, Маринетт покинула друзей и быстро побежала в школу. Влетев в главный вестибюль, она свернула в туалет и заперлась в кабинке. К какому же удивлению она пришла, когда поняла, что не может остановить слёзы. Они прямо лились рекой. Пускай сердце и разбито, зато она не прошла дважды через «это» унижение. Но как же горько было осознавать, что первая любовь — лишь мимолетный порыв! Он никогда не принадлежал ей! Как было тогда, так же будет и впредь!