От греха никто не застрахован

- Всё ещё никаких изменений? - Нет. Не видь я произошедшее сам, подумал бы, что вы решили меня разыграть, - Артур откинулся в кресле и взъерошил волосы, смотря на то, как Россия снимает пальто. - Никогда бы не подумал, что Канада окажется Похотью... Кто-нибудь, пристрелите меня... Послышался звук взводимого курка, а после на виске почувствовался металлический холод дула. - Мне сделать это сейчас или чуть повременить? - Россия! - Англия чуть не свалился. - Прекрати свои шуточки! - Да? - Иван убрал пистолет, строя обиженную моську. - А мне казалось, ты сам попросил... - Воистину, Бог наказывает, исполняя желания... - сказал он, но тут же посмурнел, вспоминая недавние события. - Воистину... - Эй, прекрати хмуриться, Ингланд! - от дружеского русского тычка у Кёркленда заныли рёбра, но он мужественно перетерпел. - Рассказывай, изменения есть? - Никаких. Сам посмотри, - Англичанин повернул к нему монитор. - Никаких изменений в обычном поведении, вот что самое странное. У остальных, вспомни, наблюдались хоть какие-то отличия, порой, еле заметные, но всё же... - Это ни о чём не говорит. Вспомни, какие Грехи достались им, и какие остались. Похоть и Гордыня. Их всегда очень трудно выявить. Не зря же считается, что они самые сильные, потому что копиться могут годами, в отличие от Чревоугодия, Гнева и Лени. Зависть тоже в их числе, но повезло, что ею стал Америка. Он совершенно не умеет притворяться. - В отличие от своего брата... Россия покачал головой: - Нет. Наверняка, Канада сейчас не притворяется. Он просто живёт. Но для него естественно не скрывать, а... Сдерживать собственные чувства, чтобы не причинить неудобства другим. Это настолько в его природе, что и сейчас он действует так же. - Удивительно... Когда ты успел его так хорошо узнать? - Узнать? А ты что, разве никогда не замечал за ним подобного? Англия хотел сказать "Нет", но вспомнил, что это "нет" было абсолютным. До недавнего времени он вообще редко замечал Уильямса, даже когда тот был его колонией, да ещё с Альфредом путал. Но сказать такое России... Но, кажется, тому не нужно было слов, чтобы понять. - Ясно... - Россия повернулся к компьютеру, начиная наблюдение. Десятый день. Франциск был прав, сказав, что они очень быстро со всем справятся. Из Грехов осталось меньше половины, и то две трети из них уже найдены, а на последнего только два претендента. Но... Как их спасти пока ещё непонятно. Шел уже третий день, как стало известно, кем является Похоть и второй - как Канаду посадили под домашний арест... Во избежание. Нет, никто и не думал, что Меттью даже в таком состоянии способен будет причинить вред, но... Тут скорее обратное. Другие могли навредить ему. Если эффект остальных грехов отражался на самих носителях, то его случай был обратным. Обоюдным. Он неведомым образом стал для всех НАСТОЛЬКО привлекательным, что это было неудобно... Особенно Франциску и Фреду. Первый испытывал смешанные чувства: и некоторую неловкость, что это произошло с его воспитанником, и гордость, что всё-таки не зря прошли его уроки пикапа, и мальчик далеко пойдёт, и треклятое возбуждение, такое неподобающее... Он же ему как отец! Отец! И точка! А Альфред, находясь с братом в одной комнате, невольно думал о таких несвойственных ему терминах как твинцест и нарциссизм. И если все страны в присутствии Канады вольно или невольно начинали действовать необдуманно (вернее, думая только в одну сторону и одним местом, отнюдь не головой), то сам Канада не менялся... Ну, так думали остальные. Россия так никому и не рассказал, как он узнал о Похоти. Пусть это останется их маленьким маньячным секретом. - Так говоришь, никаких изменений? - Абсолютно, - кивнул Англия, не глядя забирая из рук русского очередную порцию подкормки. На этот раз - семечки. - По крайней мере, ни я, ни Альфред, ни Франциск различий с его обычным состоянием не видим. - А, может, их и нет? - вмешался в их разговор ввалившийся в комнату наблюдений Америка, тащащий на плечах два огромных ящика. - Должны быть. Должны, - задумчиво произнёс маг. - Кстати, что это у тебя? - Это? А, Метт по интернету заказал. Я проверил, обычные покупки - немного фруктов, продукты, несколько книг. - Как это - проверил? - удивился Англия. - Разве такие посылки не должны доставлять прямо к получателю? - Ну, так их и отправили! Просто... - Альфред опустил один ящик на пол и сел на него. - Я тут подумал, что... - Ты подумал? Браво! - Не смейся, Артур. Может, у него всё-таки появилась хоть одна здравая мысль, правда, Джонс? - вступился за него Россия. Америка кивнул и продолжил. - Я тут подумал, что нам ещё повезло, что мы страны. Определённый иммунитет к магии, не такой сильный, как у Раши... то есть России! - быстро исправился он, - Есть у каждого из нас. Поэтому никто, даже Италия, не свихнулся на своей мечте полностью. Но... Что если с этим воздействием столкнётся человек? Вернее... - Альфред смутился. - Брат, конечно, отобьётся, да и мы в стороне не останемся, но... - Не будем искушать людей? Мне кажется, это правильно. - Вот-вот! И я о том же! Поэтому я забрал его паспорт и встретил курьера сам. Сейчас пойду всё ему отнесу... Как только он вышел, Россия и Англия, не сговариваясь, повернулись к экрану. Вовремя. Как раз прозвенел звонок в дверь, и улыбающийся Уильямс пошёл открывать дверь. Затащив ящики внутрь, Канада поблагодарил брата, отчего тот сильно смутился и пулей выбежал наружу. Меттью только вздохнул и пожал плечами, начиная сортировку. Некоторое время спустя, Россия, немного покраснев, спросил у Америки: - Джонс, а какие фрукты заказал Меттью? - Фрукты? Ну... - начал припоминать тот. - Яблоки, апельсины, огурцы, пару банок своего кленового сиропа, помидоров много... - Бананы... - продолжил за него Артур, смотря на то, как обсуждаемый моет тот самый фрукт, видимо, собираясь съесть. В это время канадец выбрал себе несколько бананов, положил их на тарелку и присел на кресло, читая книгу. - А вы говорили, что различий нет... - как-то глухо произнёс Россия, покраснев. - А ты что, нашёл их? - Да. - Как? И какие? - начали терзать его англичанин и американец. Иван только показал рукой на экран и сказал: - Артур, прочти, пожалуйста, как называется книга. - Пожалуйста, - пожал он плечами и вгляделся в текст, разбирая по слогам. - Как научиться... гм... - и замолк, тоже наливаясь краснотой. - Ну что там, что там, ну? - нетерпеливо спросил Альфред. Но бывший пират только молча ткнул его в компьютер. Полминуты Америка близоруко щурился, силясь прочесть, проговаривая про себя по словам, а потом тоже покраснел. - Воу! - Вот тебе и "воу"... Мне кажется, что раньше Меттью не питал любви к... Литературе подобного рода, так? - тактично спросил Брагинский. - Ты что, нет, конечно! Он больше фэнтези любит, ну и классику. Диккенс там и прочее... Ещё целая полка про твоих толстых отведена! - Не толстых, а Толстой Алексей Константинович, Алексей Николаевич, Лев Львович, Сергей Сергеевич и Лев Николаевич, - поучительно сказал Россия. - Кстати, которого из них? - А я знаю? Да и какая разница! На полке они все поместятся! - Ох-хо, Альфред-Альфред... Поверь, если бы Канада собрал все произведения этих авторов, то тебя под ними можно было бы закопать, а "Войной и миром" в одном томе - и убить. - Всегда знал, что ты из всего сможешь делать оружие массового поражения! - оскалился Англия. - И это говорит тот, кто может из любого продукта сделать яд, вызывающий долгую и мучительную смерть с вариациями. - Это как? - поинтересовался Альфред, и Россия довольно пояснил. - Всё зависит от того, насколько силён окажется желудок у жертвы: если слабый - от асфиксии, если крепкий - от обезвоживания!* Так ничего и не понявшие из его вывода, но не желающие это признать, Альфред и Артур снова уставились на экран. А там Канада решил закрепить почерпнутые из учебника знания на практике. Но до наблюдавших за ним это не дошло даже тогда, когда он потянулся за бананом... И только спустя полторы минуты, когда дотянувшийся Россия смог-таки вырубить камеру, все вздохнули с облегчением. Точнее, задышали, потому что увлечённые зрелищем совсем забыли про эту насущную необходимость. Меттью оказался ОЧЕНЬ старательным и прилежным учеником. Увидь эту запись Франциск, он бы поставил ему пять с плюсом... Ну, после того как смог остановить кровотечение из носа. Да что там говорить - наблюдающие за ним вообще забыли, что это был банан. К сожалению, воображение у всех было хорошее... Альфред даже пожалел, что Канада его брат, Артур - что у него есть определённые принципы, а Иван - что тогда в коридоре уморил Меттью снотворным. Зная, что могло быть в продолжении, он бы... Артур снова сел в кресло и расслабил узел галстука. Потом подумал и, расстегнув пару верхних пуговиц, начал обмахиваться каким-то журналом. Его брат еле доковылял до стоящего у стены диванчика и рухнул на него, закрывая глаза, после чего просунул руку за пазуху и вытащил бутылку ледяной колы. Не вставая, выхлебал одним глотком больше половины, а оставшуюся приложил к голове. Хотелось к другому месту, тоже "охладить" так сказать, ноющий от притока крови орган, но решил, что так и отморозить недолго. Россия только присел на край стола и немного расслабил шарф. Но было видно, что зрелище проняло и его. - Фууух... Нет, ну это просто невозможно! Я знаю, он не специально, но кажется, что он над нами издевается! - До тебя только сейчас дошло? - Что? Что ты имеешь в виду, Россия? - возмутился Кёркленд. - А то, что я, в отличие от вас, смотрел не только на банан, но и на глаза. - И что? Я тоже смотрел! - до Америки даже после того, как он это сказал не дошло. - Эффект-то на всех одинаковый! Иван и Артур понимающе переглянулись и сожалеюще посмотрели в сторону американца. - Идиот, - определил диагноз второй. - Клинический, - дополнил его первый. - Я не это имел в виду. Вы разве не заметили, как двигались его глаза? Нет? Тогда я вам скажу. Вначале Канада был полностью поглощён... Гм, процессом. И все мы в этом убедились. Но перед тем как я выключил камеру, он... Посмотрел. - И что? - Нет, ты не понял, Артур. ОН ПОСМОТРЕЛ ПРЯМО В НЕЁ. - То есть... Альфред, это же ты устанавливал камеры, так? Скажи, как у тебя это получилось? - Ну... Я пришёл к брату и всё ему рассказал. - ЧТО? - Ой! Прости-прости! Ну не мог же я поставить их без его согласия? Это было бы не по-геройски! - Зато по-идиотски! - Хватит! Прекратили, сейчас же! - подавил скандал в зародыше Россия. - Значит, моя догадка была верна... Канада не только знает, что в его доме камеры, но и их расположение. И то, что он делал сейчас, было ничем иным, как провокацией. - Провокацией? Ты уверен? - Англия усомнился. Да, Уильямсу было бы нетрудно узнать, где стоят камеры, но зачем делать всё это? - Именно провокацией. Только... Неосознанной. Похоть страшна тем, что у неё женское лицо. Борясь с нею, сдерживая себя, Меттью всё сильнее загоняет себя в тупик. Нужно поскорее закончить с этим. - Но как? - Я... Я не знаю, - повесил голову русский. - Но... Ты никогда не задумывался над тем, что какими бы не казались Грехи и их носители вначале, они странно им подходили? Как раз под их желания? Франция, желающий оставить о себе хорошую память, с помощью Жадности неплохо поработал над собственной экономикой и прочее. Значит, своими действиями Похоть всячески пытается подтолкнуть исполнение желания Меттью. - Да, но какого? - А вы не спрашивали? - Пытались, но... Из этого ничего не вышло. - Ясно... Что ж... Значит, время ещё не пришло. Но одно известно точно... - И что же? - Это желание как-то связано с эфемерной, чувственной сферой, а не с материальной. Тем сложнее будет его исполнить. Но вам должно быть легче. - Правда? Да что ты! - усмехнулся Англия. - Каким образом? - Вы же родственники, Артур. Вы должны знать его лучше всех. А если нет... Подобные желания, - веско произнёс Россия, будто ни к кому не обращаясь, - Можно доверить только самому близкому человеку... * - Россия имеет в виду, что тот, кто попробует стрепню Англии обречён скончатся либо от удушья рвотой, либо от поноса. От Беты: Мужчина тот, что силой обладает, Любого вмиг околдовать, к подвалу замка, где один он обитает, Приглянувшихся за одного одним ведет, И свой гарем довольно скоро расширяет.